Битва при Никополе 1396 г.

Пнд, 04/13/2015 - 19:14

Валахи и сербы при поддержке венгров построили Никополь-Минор — крепость напротив города Никополь, чтобы предотвратить возможное османское наступление.
Следует отметить, что рыцари рассматривали поход как большой турнир, как мероприятие, на котором можно похвастаться вооружением, конем или показать свою доблесть на поле боя. Источники свидетельствуют, что победа над «сарацинами» считалась «делом сделанным» и рыцари больше внимания уделяли куртуазным ухаживаниям за местными дамами, чем подготовке войск.

Тем временем Баязид взял в осаду Константинополь. Он начал переводить войска из Анатолии в Румелию для борьбы с «римлянами». Также он укрепил Никополь, который был форпостом османов на болгарских землях. Итак, когда крестоносцы начали собирать свои войска, сначала во французском Дижоне, а потом близ Буд, Баязид мог быстро перебросить войска к Никополю и город смог бы продержаться до его подхода.

Крестоносцы быстро перешли границу Валахии и Сербии, которые были вассалами османов, и начали продвигаться в направлении Никополя. Форсировав Дунай, крестоносцы захватили несколько укрепленных пунктов, в частности замок Белградчик. Также была захвачена крепость Видин. Позже была взята штурмом крепость Оряхово, которая защищала переправу через Дунай. В плен было взято несколько тысяч турецких воинов, войск вассалов и местного православного населения, которое поддерживало османов. 24 сентября всех пленных казнили перед турецкими позициями, а тела были оставлены на поле — «в назидание». Это привело к распространению реваншистских настроений в османском войске, где значительную часть составляли православные или мусульмане в первом поколении (то есть бывшие христиане, принявшие ислам). Позже, в ответ на эти события, Баязид точно так же казнил пленных крестоносцев. Весь парадокс этих событий в том, что большинство этнических турок благоразумно покинули районы, которым угрожали крестоносцы. Гарнизоны крепостей составляли, в основном, местные жители — сербы и болгары. Только командование состояло из турок или славянских дворян, принявших ислам. Таким образом, можно с большой долей вероятности утверждать, что многие, если не все, пленники, казненные 24 сентября католическими крестоносцами, были православными христианами. Кроме того, проходя по землям Сербии и Болгарии, войска крестоносцев не гнушались грабежами, «освобождая братьев христиан», и наносили больше ущерба, чем, собственно, турки-османы. Повторяется ситуация с IV Крестовым походом 1204 года, который направлялся в Египет для борьбы с сарацинами, а завершился взятием и разграблением Константинополя, а также разделом европейской части Византийской империи между крестоносцами. Именно этот удар подкосил мощь Византийской империи, от которого она уже не смогла оправиться. Ослабевшая Византия стала относительно легкой добычей для турок (сначала сельджуков, а затем османов), которые в течение последующих столетий понемногу «откусывали» земли «ромеев» или «римлян», как называли себя византийцы. Империю спасло только монгольское нашествие, так как монголы захватили и расчленили Румский султанат сельджуков. Все это (ослабление и византийцев, и сельджуков) в свою очередь расчистило путь османов в Европу, с чем теперь и боролись новые поколения крестоносцев.

Но вернемся к Никопольскому крестовому походу. Османы переправили для разведки немногочисленный отряд на венгерскую территорию для разведки, но он был уничтожен рыцарями Ежерана (Ежена) де Куси. Крестоносцы решили, что это были основные войска османов и начали очередной банкет с «куртуазными» развлечениями — турнирами и пирами в честь далеких дам, находящихся порой в сотнях километров от Никополя, где-нибудь в Бургундии.

Тем временем главные силы Баязида подошли к Никополю 25 сентября 1396 г. Султан занял позицию на юго-восток от города. Пока рыцари праздновали, турки успели окопаться и возвести оборонительные сооружения. Левый фланг был защищен лесом, а правый — гористой местностью и болотами вокруг берегов Дуная. Баязид поставил в первую линию лучников, основа которой состояла из янычар с турецкими композитными луками. За ними строилась турецкая конница, которая должна была нанести решающий удар. Центр второго ряда был занят конными капыкулу, правый фланг — румелийскими сипахи, левый — анатолийскими сипахи. Третий ряд — за частоколом и окопами — занимала пехота, преимущественно из ополчения азабов. Вассалы были на флангах. Провинциальной румелийской кавалерией командовал сын Баязида Сулейман Челеби. Анатолийскими тимариотами (сипахи) командовал другой сын султана — Мустафа Челеби, поддерживаемый караманами под руководством Мехмед-Бея и Турхан-бея. Акинджи (конные лучники) заняли наиболее низкую позицию и должны были первыми вступить в битву, постепенно отступая, обстреливая врага. Такая тактика построения обороны традиционна для османов и мамелюков (с которых османы и скопировали свою тактику).

Существуют восточные работы рубежа XІV / XV ст., которые можно назвать пособиями по ведению боевых действий. Особое внимание османские и мамлюкские полководцы уделяли лучникам, что также указано в подобных восточных работах того же периода. Лучник должен был стрелять со скоростью 2 выстрела в секунду («пока моргнет глаз») — и только тогда лучник мог именоваться «воином».

Крестоносцы не имели единого плана действий. Каждый рыцарь со своим отрядом присоединился к тому или другому руководителю похода. Что касается дисциплины, то европейские войска значительно уступали туркам, однако военная подготовка каждого отдельного рыцаря была значительно лучше, чем у турецких провинциальных кавалеристов сипахи. Об этом свидетельствуют работы средневековых авторов, которые описывали подготовку рыцарей и, в частности, приемы боя с различным вооружением. В центре была собрана тяжелая рыцарская франко-бургундская конница (можно предположить, что в формации «клин» или «свинья»). Среди крестоносцев было относительно мало стрелков, основные надежды они возлагали на единый удар конницы, который должен был принести им «благородную» победу.

Битва началась с наступления тяжелой конницы на позиции турок. Первый ряд османских войск — акинджи (добровольческие отряды конных лучников-гази, большей частью религиозных фанатиков, стремившихся искупить свои грехи кровью врагов в рамках объявленного Джихада и, естественно, пограбить) и юрюки (конные лучники, которые служили как регулярные подразделения османской армии) — быстро отступили на фланги, не переставая стрелять, но эффект от стрельбы по рыцарям в полных доспехах был минимальным. Потом рыцари достигли укрепленных позиций турок, но неизвестно, спешились воины или пошли в атаку на частокол верхом. Известно, что крестоносцы задержались перед позициями турок и османская пехота начала стрелять из луков. Крестоносцы потеряли много людей, но франко-бургундский костяк армии достиг укреплений и преодолел их, а потом быстро пробился сквозь турецкую легкую пехоту (азабов). Центральные отряды османов начали отступать. Турецкая историческая традиция говорит об этом как о засаде для крестоносцев, европейцы же считают, что турки просто начали бежать. Так или иначе, рыцари, которые преследовали пехоту, сильно отдалились от основного войска. В это же время на рыцарей с флангов напали сипахи, а пехота прекратила отступать и повернула оружие на опешивших врагов. Рыцари оказались в окружении. Франко-бургундские войска старались построить круговую оборону, чтобы продержаться к приходу венгров и других союзных войск. Румелийские и анатолийские сипахи отступили на свои фланги, но только для того, чтобы дать место для разбега элитной кавалерии капыкулу во главе с самим султаном Баязидом Молниеносным. Крестоносные войска не выдержали и побежали, но на флангах были сипахи и болота. Множество рыцарей тогда было убито или взято в плен.

Следующая фаза битвы началась с того, что к основному месту сражения подошла пехота крестоносцев во главе с королем Сигизмундом Венгерским. Они вступили в битву с целью пробиться к окруженным рыцарям, но с флангов их атаковала конница сипахи, которые отошли ранее на фланги, а потом к ним присоединилась турецкая пехота (пияде). Чтобы не попасть в окружение, с поля боя отошли полки валашского князя Мирчи Старого и серба Стефана Лачковича. Венгры и немцы остались одни, но продолжили наступление. Турецкая пехота после первого удара франко-бургундских рыцарей снова смогла выстроиться в баталию и выступить навстречу крестоносцам. Следует отметить, что средневековая тактика боя заключалась в разделении армии на авангард, баталию и арьергард, причем эти названия сохранялись за отрядами в течение боя, даже если полки занимали иную позицию в построении. Таким образом, «арьергард» мог вступить в бой раньше, чем «авангард». Это свидетельствует о высоком уровне организации и дисциплины в турецком войске.

Тем не менее, венгры смогли пробиться через ряды турецкой легкой пехоты. Однако с флангов нанесла удар провинциальная конница и акинджи. Тяжелая европейская пехота продолжала держаться до момента, когда им во фланг (или в тыл — информация источников противоречива) ударила конница сербского вассала Баязида — Стефана Лазаревича, состоящая из тяжелых воинов, вооруженных по европейскому образцу. После битвы при Марице подобные войска назывались османами лагатор. Таким образом, венгры были полностью окружены и смяты. Сигизмунд собрал вокруг себя всех уцелевших и начал отступать к Дунаю. Сначала это было организованное отступление, нобили уже успели погрузиться на лодки и корабли, но потом, когда турки преодолели сопротивление окруженных бургундских рыцарей, турецкие кавалеристы начали преследование — и отступление венгров превратилось в паническое бегство. Для переправы большого количества пехоты не было достаточно лодок, поэтому лидеры похода, которые остались живы, бежали, оставив свои войска между болотами, водами Дуная и переформировавшимися войсками турок. Убежать удалось Сигизмунду Венгерскому, гроссмейстеру госпитальеров Филиберту де Наильяку, архиепископу Грана и немецким курфюрстам — Иоанну Нюрнбергскому, Герману Цилли и др. Иоанн Гарай также убежал, но сухопутным путем, и смог достичь Будапешта, где правил Венгрией до возвращения короля. Ширина Дуная в районе Никополя около 1 км, поэтому большинство простых воинов, одетых в тяжелые латы или стеганые гамбезоны, утонули. Для европейцев этот крестовый поход завершился катастрофой. Это был один из первых примеров упадка рыцарства, когда обученная пехота (хотя и при поддержке конницы) смогла противостоять военной рыцарской элите, главенствующей на поле боя со времен Первого крестового похода. Однако воин в тяжелых доспехах оставался грозной силой, против которой были бесполезны большинство типов ручного метательного оружия.

Турецкая армия показала себя эффективно, но именно благодаря тактическим приемам Баязид смог одержать победу, если учесть, что окружение бургундцев было маневром, а не случайностью. Такой строй, который мы видим у османов, становится типичным для турецких войск вплоть до конца ХІХ ст., хотя качество военной подготовки османских войск начиная с XVII в. заметно падает. Также османы продолжали использование конных лучников, что традиционно для тюрков. Сильной стороной османского войска этого периода была его мобильность, возможность быстро приспосабливаться к разным ситуациям и дисциплина. Использование композитных дальнобойных луков было недостаточно эффективным против воинов в рыцарских латах. И вдобавок туркам не хватало тяжелой пехоты, а тяжелая конница значительно проигрывала рыцарям по всем показателям, кроме мобильности. Для борьбы с латами Баязид начал использовать тюфеки или тюфенки — турецкие аркебузы, но при Никополе огнестрельное оружие у османов использовалось скорее как эксперимент, а не как массовое оружие пехоты.

Другие материалы рубрики

  • Вначале XIII века, в то время когда европейские страны были заняты решением своих собственных проблем, молодой монгольский воин по имени Тэмуджин выступил в поход против татар, живших на землях, лежавших к востоку от той территории, которую занимали монгольские кланы. Достигнутый им успех позволил создать базу для дальнейшего расширения границ, и Тэмуджин смог приступить к созданию собственной великой империи.
    Она зародилась в степях Центральной Азии и стала самой большой империей в истории, протянувшейся от Центральной Европы на восток до Японского моря и на север - в Сибирь, на юго-восток и юг - к Индийскому полуострову, Индокитаю и Ирану, на запад - в Левант и Аравию.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • ...Впервые учение, близкое катарам, было замечено в Европе в середине Х века. В далекой, окраинной стране Болгарии жил в то время поп Богомил. Лишь по хулам противников знаем мы его проповеди. Слова же его всколыхнули всю страну. Ведь Богомил рассказал людям то, что долго скрывали от них.
    Спокон веку льются кровь и слезы, и никто не объясняет, почему так беспомощен Бог. Люди книжные и попы боятся говорить, что есть два Бога: один из них добрый, другой злой. Есть Господь и есть Люцифер, оба они равны по силам. Бог сотворил душу, Люцифер  — тело. Душа ищет небо, тело  — грязь. Душа молится, тело мотовствует. Душа  — голубь, тело  — свинья...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Понятие «Столетняя война» было придумано историками в XIX в. Тогда же были определены и хронологические рамки 1337 — 1453 гг., когда затяжной конфликт между двумя могущественными королевствами Западной Европы принял особенно интенсивный характер. Между тем это название довольно условно. Войну вполне можно назвать по крайней мере Трехсотлетней. Корни конфликта восходят к временам норманнского завоевания Англии (1066 г.)., а постоянные столкновения между двумя королями за владения на континенте не прекращались со второй половины XII в. Условность термина выявляется особенно ярко, если учесть, что в период 1337-1453 гг. неоднократно заключались перемирия.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5


  • В 1253 г. на извилистых берегах верховьев реки Онон состоялся курултай монгольского народа-войска. Было принято стратегическое решение завершить войну в Китае, для чего был назначен царевич Хубилай, и освободить от мусульман Иерусалим, что было поручено царевичу Хулагу. Странно и удивительно — но крестоносцы отнесутся к идее военного союза с монголами, как к предложению изгонять бесов с помощью сатаны. Палестинские рыцари решат, что привычное зло — меньшее зло, и помогут своим старым соседям-соперникам против новых неведомых народов, хотя и христиан. О чем со временем сильно пожалеют...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • В марте 1357 г. пленный французский король Иоанн Добрый подписал в Лондоне мирный договор, в котором были признаны все захваты Черного Принца. Но правивший страной в отсутствие отца дофин Карл и Генеральные штаты отказались признать этот документ. Несмотря на крайне тяжелое положение, лишенная короля и армии Франция не была настроена на капитуляцию. Но до национальной консолидации было еще далеко...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5


  • Египет — страна богатая, но мобилизовать для военной службы крестьян-феллахов или торговцев с базаров было более чем проблематично. Они платили налоги в казну султану и не хотели воевать. Поэтому правительство Египта покупало в рабство юношей и, обучив их военному искусству, использовало их для военной службы. Так как эти рабы принадлежали государству, их называли мамлюками (государственными рабами). При этом экономическое и социальное положение мамлюков было неизмеримо выше, чем свободных налогоплательщиков. Они были хорошо организованной, сплоченной и единственно реальной силой в стране. Мамлюки побеждали врагов ислама — крестоносцев, и именно они заставили Людовика IX сдаться на милость победителя.

    • Страницы
    • 1
    • 2