Бородинская битва - победа или поражение?

Пт, 06/05/2009 - 10:42

Михаил Богданович Барклай де Толли был назначен военным министром в 1810 г. Его деятельность на этом посту способствовала значительному укреплению и увеличению боеспособности русской армии. Однако для «придворной камарильи» Барклай оставался чужаком, человеком без связей и покровителей, таким же выдвиженцем Александра I, как Аракчеев и Сперанский. Сравнительно быстрая карьера Барклая вызывала раздражение и зависть среди генералитета. Наиболее активными противниками его были такие влиятельные генералы, как П.И. Багратион и А.П. Ермолов, пользовавшиеся в обществе большой популярностью и имевшие крепкие связи при дворе. Положение усугублялось тем, что Багратион, как и некоторые другие генералы, оказавшиеся под началом Барклая, был старше его службой, т. е. служил в армии дольше, и, следовательно, по нормам того времени имел больше прав на занятие командной должности. Как уже говорилось, отступательные маневры Барклая вызывали большое недовольство и в самой армии, и вообще в русском обществе; Барклая несправедливо обвиняли в предательстве, трусости, отсутствии какого-либо плана действий. С раздражением воспринимали холодность и сдержанность полководца, которые трактовали как равнодушие, акцент в его речи, нерусское имя. Вдобавок ко всему этому Барклай для придворных кругов был одним из символов либеральных увлечений императора, и уже поэтому свалить его представлялось очень заманчивым. В армии большей популярностью пользовался Багратион, окружение которого немало интриговало в его пользу.

Однако было бы неверным связывать перипетии судьбы Барклая лишь с интригами двора. Гораздо важнее был тот национальный характер, который очень скоро приняла война. Практически около двух сотен лет, со времен Смуты, на русскую землю не ступала нога иностранного завоевателя. Вторжение Наполеона вызвало подъем патриотических чувств, породило порыв к национальному единению. Из районов, оставляемых русской армией, жители уходили, сжигая свои селения, уводя скот, оставляя неприятелю выжженную пустыню. Уже в июле 1812 г. и стихийно, и по указанию Барклая де Толли стали формироваться партизанские отряды, наносившие французам большой ущерб. «Смоленская губерния весьма хорошо показывает патриотизм,— с восторгом писал Багратион в августе, — мужики здешние бьют французов как свиней, где только попадаются в малых командах...» В условиях, когда, по выражению историка А.Г. Тартаковского, возникло «чувство общности национальной жизни, единения перед лицом смертельной опасности людей самых разных состояний», когда в сознании людей война стала отечественной, т.е. войной за Отечество, отступление, поражение естественно воспринимались как трагедия, а их виновник — как предатель. Страна жаждала получить истинно народного вождя, который повел бы ее к победе и уничтожил ненавистного врага.

Накопившиеся разногласия со всей очевидностью проявились на собранном Барклаем в Смоленске военном совете. Практически все участвовавшие в нем генералы, среди которых был и брат царя великий князь Константин Павлович, высказались за сражение, в то время как Барклай не считал возможным рисковать судьбой армии, численно явно уступавшей противнику. К тому же и сам Александр I в это время начал также высказываться за прекращение отступления. Обстановка была накалена до предела. Багратион обвинял Барклая в бездеятельности и предательстве; так же думало большинство русских генералов. Не понимая глубины замыслов Барклая, общественное мнение требовало смены главнокомандующего. 20 (8) августа император Александр, после трехдневного колебания согласившись с предложением Чрезвычайного комитета, подписал указ о назначении главнокомандующим М.И. Кутузова, а также назначил его членом Государственного совета и пожаловал титул светлейшего князя. Это решение было с восторгом встречено всей русской общественностью и армией. Кутузов сразу же включился в работу.

Показательно, что и после передачи командования Кутузову Барклай оставался командующим 1-й армией, в качестве которого принял участие в Бородинском сражении. Один из биографов Барклая писал:
«...Среди ужасов и смерти удивлял всех своим хладнокровием, присутствием духа... лично вел войска, ехал впереди их в полном генеральском мундире. Вряд ли осталось в центре опасное место, где он не распоряжался бы, полк, не ободренный словами и примером его. Под ним убито и ранено пять (!!!) лошадей, из адъютантов и офицеров его весьма немногие уцелели... В Бородине общее мнение решительно склонилось на его сторону…»

От наступления на Петербург Наполеону пришлось отказаться. Не овладев Ригой, нельзя было осуществить наступления вдоль побережья; Киевское направление потеряло смысл после того, как Турция отказалась выступить против России. Оставался единственно возможный вариант - наступление на Москву. Наполеон произвел перегруппировку своих войск и утвердил новое операционное направление Варшава-Минск-Орша-Смоленск-Москва.

И русские, и французкие историки солидарны в том, что «…коренной из всех ошибок Наполеона была ошибка, происшедшая от полного незнания и непонимания русского народа. Не только он, но и буквально никто в Европе не предвидел, что русские крестьяне обратят весь центр своей страны в сплошную выжженную пустыню, но ни за что не покорятся завоевателю. Все это Наполеон узнал слишком поздно…»

Другие материалы рубрики


  • В 50–60-е годы XIX ст. в странах Европы наблюдается некоторое оживление как в экономической, так и в политической жизни. Появляются крупные промышленные предприятия — заводы, фабрики, в которых активно внедряется машинное производство.
    Широкое применение получают радио, телеграф, паровые машины, электрические приборы и приспособления, а также многие-многие другие изобретения, которые способствовали резкому повышению производительности труда и улучшению качества выпускаемого товара.
    В политической сфере Западной Европы начались движения по объединению разрозненных мелких стран в более крупные государственные образования.
    Это коснулось и Апеннинского полуострова, особенно области, называемой Сардиния (Пьемонт), которая начала активные действия по объединению в единое государство разрозненных итальянских земель. Для этого Сардинское королевство искало союза с более могущественными и влиятельными странами Европы.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • 6 ноября 1860 г. кандидат от республиканской партии Авраам Линкольн одержал победу на президентских выборах, получив 180 голосов выборщиков против 123. К тому времени противоречия между Севером и Югом зашли так далеко, что избранный большинством президент оказался не просто нежелателен, а совершенно неприемлем для оказавшихся в меньшинстве. Никакие заверения республиканцев в том, что вопрос о рабовладении есть внутреннее дело каждого из штатов и никто не собирается его отменять, никого не успокоили. Общественность Юга была уверена, что политика Линкольна будет направлена против их интересов. Надо сказать, часть республиканцев укрепляла эту уверенность. Еще в ходе избирательной кампании Фредерик Дуглас высказал мысль: «Рабовладельцы управляли страной с помощью правительства в течение последних 15 лет. Пусть враги рабства руководят нацией в течение следующих пятидесяти лет»
    Хотя сам Линкольн еще не предпринял ничего определенного, южные газеты призывали не сотрудничать с правительством и писали, что «сецессия — только вопрос времени». Но, согласно закону, до 4 марта 1861 г. у власти продолжал находиться президент Бьюкенен. За это время регулярные воинские части были отведены с Юга на Запад, крупные суммы из бюджета переведены в южные банки, а военный департамент переправил на Юг 500 тыс. ружей.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • Итак, первоначальный план военных действий французов был таков: соединить военные корпуса при Меце и при Страсбурге; переправиться через Рейн при Максау; принудить южногерманские государства к нейтралитету и затем перенести театр военных действий на Эльбу. Превосходящий по численности французский флот мог одновременно искать себе применение в Немецком море: произвести, например, высадку в Ганновере или войти в союз с датчанами.
    Однако немцы не дремали и, не дожидаясь 19 июля, быстро и четко провели мобилизацию. В течение десяти дней объединенное северогерманское войско перешло с мирного положения на военное, т. е. с 300 тыс. чел. оно разрослось до 900 тыс. чел. С такой же быстротой и четкостью была произведена и мобилизация южногерманских войск, которые без малейших помех были доставлены сквозными поездами на границу.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • Император объехал берег в сопровождении саперного генерала Аксо. Утром ему пришлось накинуть шинель одного из польских солдат, чтобы не привлекать внимания. По окончании рекогносцировки он подъехал к группе чинов штаба, чтобы снова обсудить вопрос о различных пунктах, где войско могло занять позиции. Когда император скакал галопом по полю, из-под ног его лошади выпрыгнул заяц, и она слегка отскочила вбок. Император, который очень плохо ездил верхом, упал наземь, но поднялся с такой быстротой, что был на ногах прежде, чем я подоспел, чтобы его поднять. Он вновь сел на лошадь, не произнеся ни слова. Почва была очень рыхлая, и он лишь слегка ушиб нижнюю часть бедра. Я тогда же подумал, что это — дурное предзнаменование, и я, конечно, был не единственным, так как князь Невшательский (маршал Бертье — Н. Б.) тотчас же коснулся моей руки и сказал:
    — Мы сделали бы гораздо лучше, если бы не переходили через Неман.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5


  • 1 апреля 1861 г., спустя неполных два месяца после обнародования манифеста об освобождении крестьян, А.И. Герцен, уже много лет как обосновавшийся в Лондоне с тем, чтобы выпускать здесь свободный от цензуры русский журнал, опубликовал заметку, в которой говорилось следующее: «С упованием на новую поступь России, с бьющимся сердцем ждали мы наш праздник. На нем первый раз от роду при друзьях русских и польских, при изгнанниках всех стран, при людях, как Маццини и Луи Блан, при звуках «Марсельезы» мы хотели поднять наш стакан и предложить неслыханный при такой обстановке тост за Александра II освободителя крестьян!.. Но рука наша опустилась; через новую кровь, пролитую в Варшаве, наш тост не мог идти».
    Польское восстание 1860-х годов отбросило мрачную тень на все царствование Александра Освободителя, весьма затруднило примирение правящей элиты с либеральной интеллигенцией, которое, как мы видим из заметки Герцена, было возможно и могло оказаться весьма плодотворным. Об этом событии очень трудно составить объективное мнение. Пролитая кровь, польская и русская, не способствует беспристрастности суждений. Хотя с момента восстания минуло уже полтора столетия, страсти до сих пор не улеглись.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • Гражданская война 1861-1865 гг. унесла 600 тыс. жизней, не считая тех, кто погиб в стычках, предшествовавших открытому конфликту, но на этом испытания не закончились. Победителям и побежденным еще предстояло научиться жить в общей стране по общим законам.
    Юг лежал в руинах. Сложившие оружие конфедераты возвращались на пепелища своих усадеб и собственными руками пытались обрабатывать земли, на которых прежде трудились десятки и сотни рабов. Во многих некогда процветавших усадьбах остались лишь женщины и старики, и окрестные поля зарастали молодым лесом. Площадь обрабатываемых земель в южных штатах сократилась в 1866 г. по сравнению с 1861 г. на 50% , сбор хлопка уменьшился почти в три раза. Старый уклад ерального правительства не было единого представления о том, каким они хотят видеть этот новый Юг, не было и согласия в вопросе о статусе освобожденных невольников. Являются ли они полноправными гражданами? Должны ли они быть допущены к голосованию? Распространяется ли на них закон о гомстедах? Ответы на все эти вопросы оставались неясными. В рядах радикальных республиканцев звучали голоса в пользу того, чтобы конфисковать земли плантаторов и распределить их среди негров и безземельного белого населения. Более консервативные полагали, что достаточно будет, если плантаторы признают уничтожение института рабства. Бывшие невольники должны будут остаться на плантациях, формально — в качестве наемных рабочих, но фактически их положение еще долго не будет слишком отличаться от довоенного.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • Итальянское командование считало контингент в 35 тыс. солдат достаточным для выполнения главного задания — захвата всей территории Триполитании и Киренаики.
    Для перевозки итальянского экспедиционного корпуса были законтрактованы 40 крупных торговых судов, командование которыми было передано морским офицерам, экипажи оставались гражданскими. На каждом пароходе для передачи сигналов были назначены матросы-сигнальщики. Конвоировались транспортные суда боевыми судами: в голове и хвосте крейсерами, а на флангах — миноносцами, кроме того, они были хорошо обеспечены десантными средствами.
    Сбор и подготовка частей десантного корпуса, а также подготовка транспортов в общем продолжались около 10 дней, и первый эшелон был посажен в Неаполе и Палермо 26 сентября 1911 г.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Государственное образование Священная Римская империя, основанное в 962 г. германским королем Оттоном I Великим, а с 1512 г. по 1806 г. Священная Римская империя германской нации, в лучшие годы своего расцвета объединила государства Центральной Европы: Германию, северную и среднюю Италию, Швейцарию, Бургундское королевство, Нидерланды, Бельгию, Чехию, Силезию, Эльзас и Лотарингию. С 1134 г. формально империя состояла из трех королевств: Германии, Италии и Бургундии (средневекового государства, существовавшего в X–XIV вв. на территории современной юго-восточной Франции). С 1135 г. в состав империи вошло королевство Чехия (королевство Богемия), официальный статус которого в составе империи был окончательно урегулирован в 1212 г. Империя рассматривалась как прямое продолжение античной Римской империи и франкской империи Карла Великого.
    За всю историю существования Священной Римской империи германской нации процессы становления ее как единого государства так и не были завершены. Империя оставалась децентрализованным образованием со сложной феодальной иерархической структурой, объединявшей несколько сотен территориально-государственных образований.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5
    • 6


  • ...Генерал Крук командовал всеми тремя колоннами, вторгшимися в 1876 году в земли индейцев, однако у двух из них были еще и свои собственные командиры: полковник Джон Гиббон и подполковник Джордж Армстронг Кастер, командир 7-го кавалерийского полка, прославившийся как герой войны между Севером и Югом. Гражданскую войну Джордж Кастер закончил генералом, причем получил это звание в возрасте 23 лет. Потом он вынужден был оставить службу, а когда опять обратился к военной карьере, то должность сумел получить всего лишь подполковника и сделался командиром 7-го кавалерийского полка, но сослуживцы продолжали называть его генералом. Кавалеристы Кастера имели на вооружении длинные сабли, за что их прозвали «длинными ножами»...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5
    • 6


  • Основоположник научного коммунизма Карл Маркс, размышляя о подоплеке конфликта, приведшего к гражданской войне в США, утверждал: «Все движение, как это ясно видно, покоилось и покоится на вопросе о рабстве». Ему вторил один из лидеров движения за права негров, редактор аболиционистской газеты «Северная звезда» Фредерик Дуглас: «Любая попытка отделить свободу раба от победы правительства над рабовладельцами — мятежниками и предателями; любая попытка добиться мира для белых, оставив черных в цепях; любая попытка исцелить раны, сохранив вирус рабовладения в крови, — любая попытка будет обречена». Однако, сам факт столь частого повторения этого тезиса различными общественными деятелями наводит на мысль: то, что главная проблема, вызвавшая войну 1861- 1865 гг., заключается в рабстве, на самом деле отнюдь не ясно всем и каждому, эту мысль нужно активно разъяснять и пропагандировать.

    Если внимательно ознакомиться с историей гражданской войны и предшествующего периода, станет видно, что большая часть проблем, вызвавших столкновение интересов Севера и Юга, действительно так или иначе завязана на институте рабовладения, но эта связь неочевидна, не лежит на поверхности, и многие участники конфликта — фермеры, предприниматели, рабочие и даже некоторые политики — не отдавали себе в этом отчет. Развязывая одну из самых кровопролитных войн XIX столетия, они прежде всего стремились решить собственные проблемы.

    • Страницы
    • 1
    • 2