Дезинформация для собственного потребления. Часть 2

Ср, 05/18/2016 - 19:58




В годы Великой Отечественной войны в связи с мобилизацией всех сил и средств на нужды фронта количество выходящих в СССР периодических изданий повсеместно резко сократилось. Однако продолжали выходить все центральные, областные, районные газеты и малоформатные многотиражки на некоторых предприятиях, так что печатного слова в стране, в общем-то, меньше не стало. Не стало оно также ни более умным, ни более правдивым, зато его откровенно лживый характер стал виден буквально за версту…

«ВСЕ ДЛЯ ФРОНТА, ВСЕ ДЛЯ ПОБЕДЫ!»

Уже в первых же газетах, вышедших с началом Великой Отечественной войны, были напечатаны сообщения о многолюдных митингах и выступлениях на них представителей местной власти, интеллигенции, рабочих, крестьян и принятых на них патриотических резолюциях, готовности жителей городов и сел идти добровольцами на фронт. Местные материалы дополнялись материалами ТАСС.

Вся «политкорректность» со стороны советских газет и вся прогерманская риторика, имевшие место в отношении гитлеровской Германии после подписания Пакта Молотова-Риббентропа, были тут же отброшены. Многие заголовки приобрели характер лозунгов-заклинаний, например: «За Родину, за Сталина!», «На провокационный удар врага советский народ ответит могучим тройным ударом», «Во главе с Великим Сталиным могучий советский народ сметет с лица земли фашистских варваров!», «Под водительством Сталина — на разгром врага!» и т.д. Здесь же была и опубликована первая сводка Главного командования Красной Армии за 22 июня 1941 г., в которой сообщалось о том, что нашими войсками в этот день было сбито 65 самолетов противника, а его удары практически повсюду были отражены.

Тут же было напечатано «Выступление Черчилля по радио», в котором он говорил, что «мы окажем России и русскому народу любую помощь, какую только сможем» и что «опасность для России является и нашей опасностью и опасностью для США…». А днем позже — заявление президента США Рузвельта о помощи Советскому Союзу и о снятии секвестра с советских фондов, наложенного после нападения СССР на Финляндию осенью 1939 г. одновременно с исключением нашей страны из Лиги наций. Не обошлось и без сугубо пропагандистских заметок о том, что в Румынии наблюдается тяжелое положение крестьян, в Венгрии водой залиты посевы пшеницы, а в Италии спекулируют продовольствием.
Один за другим в центральных газетах (с перепечаткой в местных изданиях) со своими статьями выступили академик П.Л. Капица («Сталин приведет нас к верной и окончательной победе»), Герой Советского Союза летчик М.М. Громов («Враг будет разбит»), академик Е. Тарле («Губители человеческой культуры») и многие другие известные люди страны — т.е. прием «ссылка на авторитетное мнение» был также использован полностью.

Появились и первые фронтовые корреспонденции, свидетельствующие, прежде всего, о крайне низком профессиональном уровне их авторов. Так, в материале «Атака танков» М. Рузова от 25 июня (газета «Известия») сообщалось о том, что наш танкист-пулеметчик, находясь внутри танка, был ранен осколком снаряда (!). Между тем об этом никоим образом не следовало писать, хотя бы уже потому, что танки в принципе не должны пробиваться осколками снарядов. И эта была как раз та самая «правда», о которой можно было бы вполне умолчать!
Здесь же был опубликован рассказ пленного немецкого летчика, заявившего, что «с русскими воевать не хотим, деремся по принуждению, война надоела, за что деремся не знаем», и данные о потерях Красной Армии за 22, 23 и 24 июня, где сообщалось, что советская авиация потеряла главным образом на аэродромах 374 самолета, а у противника уничтожен 161 самолет в воздухе и 200 на аэродромах. Согласно данным сводки Главного Командования Красной Армии за 23 июня, «в течение дня противник стремился развить наступление по всему фронту от Балтийского до Черного моря», однако «успеха не имел». Далее следовали утешительные известия, что «противник, вклинившийся с утра на нашу территорию, во второй половине дня контратаками наших войск был разбит и отброшен за госграницу, при этом на Шауляйском направлении нашим артогнем уничтожено до 300 танков (это же надо такое придумать! — С.В.) противника». Авиация «вела успешные бои, прикрывая войска, аэродромы, населенные пункты и военные объекты от воздушных атак противника и содействуя контратакам наших войск». Сообщалось также о том, что «за 22 и 23 июня нами взято в плен около пяти тысяч германских солдат и офицеров» — т.е. сдача вражеских солдат в плен носила чуть ли не массовый характер.

«СОБАЧЬЕ МЯСО ДЛЯ ГЕРМАНСКИХ ТРУДЯЩИХСЯ»

В Сводках Совинформбюро, заменивших сообщения Главного командования Красной Армии, регулярно подводились итоги военных действий, которые опять-таки были все время не в пользу противника. Манера подачи материалов при этом сохранялась все та же, что и при освещении событий в Испании в 1936–1939 гг. То есть наши войска повсеместно имеют успехи, солдаты и офицеры РККА в массовом порядке действуют с высокой эффективностью, а противник несет потери. Сообщалось о том, что «советские войска, несмотря на их позднее развертывание, продолжают защищать советскую землю, нанося врагу жестокие удары», что потери германской армии за первые три недели войны были поистине угрожающие: «Советская авиация, которую гитлеровские хвастуны еще в первые дни войны объявили разбитой, — по уточненным данным уничтожила более 2.300 немецких самолетов и продолжает систематически истреблять самолеты противника… Немецкие войска потеряли более 3.000 танков. За этот же период мы потеряли 1.900 самолетов и 2.200 танков». Однако впоследствии становилось непонятно, почему после всех этих успехов советские войска отступают все дальше и дальше, а германская армия, состоящая в основной своей массе из солдат, которые не «желают воевать», продолжает успешно наступать!

Естественно, что статьи и сообщения о положении дел на советско-германском фронте помещались на первой полосе и здесь же печатались постановления и указы правительства, сообщалось о важнейших событиях в политической жизни и международных отношениях СССР.

Подвалы четвертой полосы нередко отводились под небольшие рассказы и публицистические эссе. Такие статьи, как «Затаенные мысли трудящихся Германии» (настоящий панегирик советскому строю!), «Страна-тюрьма», «Голод в фашистской Германии» (публиковавшиеся, например, в газете Пензенской области «Сталинское знамя») в пропагандистских целях рисовали исключительно мрачную и голодную картину бытия германского народа, что, с одной стороны, отвечало надеждам советских граждан, но с другой — не могло не порождать «вопросов без ответов». При этом тут же сообщалось про обилие продуктов на киевских рынках, что по большому счету было ошибкой советских пропагандистов, ведь такая информация была рассчитана на скорую победу над врагом, а как раз этому и не суждено было осуществиться. Причем сообщалось даже о том, как германская печать расхваливает конину, собачье и кошачье мясо, «парафиновое масло» и «древесный маргарин»!



ТОЛЬКО РАНЕНЫЕ У НАС ПОПАДАЮТ В ПЛЕН…

Однако главная задача советской периодической печати всех уровней в годы Великой Отечественной войны заключалась в том, чтобы поднять и укрепить моральный дух граждан СССР, вселить в сознание людей надежду на скорую победу над врагом и убежденность в несокрушимой боеспособности нашей армии, сформировать зримый образ врага, вызвать чувство ненависти к оккупантам. Основной темой, вокруг которой формировался этот образ врага, стали, естественно, публикации о чудовищных зверствах фашистов на территории СССР. При этом сообщения об издевательствах гитлеровцев над гражданским населением и над советскими военнопленными появились уже в первые же дни войны. Однако и здесь совершенно явно прослеживается определенный «социальный заказ». Так, во всех публикациях, сообщавших об издевательствах германских оккупантов над советскими военнопленными, те попадали к ним в плен только ранеными! «Вырвавшийся из немецкого плена сержант И.Карасев… стал свидетелем расправы над ранеными пленными красноармейцами…» — такого рода статьи появлялись одна за другой. Однако если верить газетам, получалось так, что здоровые и полные сил бойцы Красной Армии в плен не попадали, а оказывались там только тяжелораненными — и даже в таком состоянии немедленно бежали к своим, как это сделал, например, тяжелораненный красноармеец Фесенко «на берегу реки П».
Но здесь необходимо отметить одну важную деталь: если статьи об издевательствах нацистов над советскими военнопленными публиковались постоянно, то материалов об освобождении из плена бывших бойцов Красной Армии практически не было. Например, в 1943 г. в сводках Совинформбюро появилось всего лишь два сообщения об освобождении наших солдат из немецкой неволи. В 1945 г. пресса упоминала о бывших советских военнослужащих, возвращающихся из немецкого плена, вскользь, в статьях, посвященных освобождению узников лагерей. Значительно больше внимания уделялось судьбам советских мирных граждан, угнанных на работу в Германию.

ВСЕ НЕМЦЫ — ПЛОХИЕ!

Интересно, что в конце войны советские газеты начали публиковать материалы, имеющие своей целью создание отрицательного образа уже не только германских солдат и офицеров, но и гражданского населения Германии. После того как наши войска вступили на ее территорию, оказалось, что мирные немецкие граждане отнюдь не пребывали в полной нищете, голоде и холоде, как об этом писали в советских газетах до этого. То есть тема кошачьего мяса актуальной уже не являлась, но на прошлые публикации на эту тему, равно как и на их несоответствие «новым веяниям», внимание так никто и не обратил!
Зато теперь уже, напротив, сообщалось, что немцы обогащались за счет населения оккупированных государств, а их квартиры были буквально забиты «вещами и продуктами, которые немецкая армия грабила во всех городах Европы». Что же касается солдат немецкой армии, оказавшихся в плену в тех же США, то, судя по публикациям из советских газет, они продолжали бесчинствовать даже там!

ПАРТИЗАНЫ — ЭТО ХОРОШО!

О военных действиях в Европе советская пресса сообщала сухо и бесстрастно, не внося в содержание статей никаких эмоций, в то время как о действиях партизан информация подавалась, напротив, очень эмоционально и пафосно. Подчеркивалось, что на оккупированных территориях постоянно вспыхивают антифашистские восстания, а в борьбу против оккупантов включились все слои населения, включая интеллигенцию, и даже иностранные рабочие, которые трудились на заводах в Германии, — и те постоянно занимаются саботажем.

СВИДЕТЕЛЬСТВА ПЕРЕБЕЖЧИКОВ И ПИСЬМА УБИТЫХ СОЛДАТ

Однако особой популярностью среди советских журналистов являлись свидетельства взятых в плен либо перебежавших на нашу сторону солдат Вермахта, а также найденные на телах убитых немецких солдат и их союзников написанные ими письма. Так, едва ли не в каждой сводке Совинформбюро уже в самом начале войны начали появляться заявления немецких солдат, сдававшихся в плен буквально в первые же ее часы. Вначале главным «героем» советских центральных газет и первым таким перебежчиком стал бывший солдат немецкой армии Альфред Лискофф, воззвание которого к германским солдатам было напечатано во всех советских газетах. Из него граждане СССР могли узнать, что «германский народ ждет мира», что германская армия воевать с СССР не хочет, и только «палка офицера и угроза расстрела заставляет немецкого солдата воевать, но он не хочет этой войны, он жаждет мира, как жаждет этого мира весь германский народ». 29 июня 1941 года добровольно прекратить войну и сдаться в плен предлагали летчики Ганс Герман, Ганс Кратц, Адольф Аппель и Вильгельм Шмидт, перелетевшие линию фронта на бомбардировщике Ю-88. При этом в сообщении, чтобы лишний раз подчеркнуть его достоверность, назывались даже города, откуда эти летчики были родом. Однако подобная правдивость с их стороны выглядит делом крайне безрассудным и удивительным, поскольку они не могли не знать, что в этом случае их родственники должны будут немедленно подвергнуться репрессиям со стороны гестапо! Затем их примеру последовал Пауль Гофбауэр — ефрейтор-бортмеханик бомбардировщика Ю-88. С этого момента сообщения о немецких солдатах и их союзниках, добровольно сдавшихся в плен бойцам Красной Армии, в сводках Совинформбюро появлялись с завидной регулярностью. Все пленные единогласно заявляли о том, что воевать они не хотели, что «война надоела», «спровоцированная Гитлером война приносит всем народам Европы, в том числе и германскому народу, только несчастья и смерть». В войсках гитлеровских союзников, если судить по материалам советских газет, солдат били стальными плетками и приковывали к пулеметам, чтобы заставить их воевать, но они по войскам Красной Армии «не выпустили ни одной пули», а сами немцы сбрасывали бомбы так, «чтобы они не причинили вреда».

Дополнялись все эти явные нелепости письмами немецких солдат, убитых или раненых во время военных действий. По-видимому, тогда считалось, что они, с одной стороны, помогут укрепить дух народа в его борьбе с фашистскими захватчиками, а с другой — создать яркий и выразительный образ врага. Из этих писем советские граждане узнавали, что в армии противника царят пораженческие настроения, к тому же ей были присущи такие глубокие изъяны, как отсутствие военной дисциплины, слабость и трусость военнослужащих, боязнь военных тягот и лишений, сбои в снабжении продовольствием, а уж моральный климат в среде немецких солдат, судя по нашим газетам, был и вовсе просто удручающим.

Уже с первых же дней войны авторы этих писем сознавали, что «Красная Армия вооружена техникой, ничем не уступающей нашей», «русские лучше и надежнее обмундированы для зимы… Трудности походов они переносят лучше… Командиры храбры и располагают большим опытом», а сами солдаты германской армии без танков «не солдаты, а какие-то пугливые кролики». Судя по письмам в тыл, военнослужащим германской армии часто приходилось голодать и испытывать другие тяготы и лишения походной жизни. В реальности солдаты немецкой армии в тот период посылали своим родственникам, друзьям и близким письма совсем другого содержания. Воспитанные системой немецкой пропаганды на чувстве расового превосходства, они относились к населению СССР как к племени «недочеловеков» и, соответственно, об этом же в своих письмах и писали!

Особенно много писем немецких солдат появилось в советской печати в 1943 г. после Сталинградского сражения. Исходя из их содержания, солдаты немецкой армии были доведены до такого состояния, что постоянно ели собак и кошек. И хотя подобные факты имели место в действительности (например, среди частей Вермахта, окруженных в «Сталинградском котле»), они не были массовым явлением, то есть не были тем, чем пыталась представить их советская пропаганда. Поэтому, выдавая единичное за всеобщее, она постоянно оказывалась перед необходимостью впоследствии корректировать свои же сообщения, а поскольку подобная корректировка не производилась, количество взаимоисключающих друг друга фактов накапливалось в печатных изданиях словно снежный ком, и, безусловно, люди просто не могли не обращать на это внимания. К тому же оказавшись на фронте, многие советские граждане сразу же видели несоответствие того, о чем они читали в газетах в тылу, с тем, что реально находилось у них перед глазами, что также подрывало у них доверие к пропаганде или, по крайней мере, заставляло относиться к ней довольно скептически.



При этом, анализируя частотность появления таких материалов, необходимо отметить тот факт, что пик публикаций писем немецких солдат в советской прессе приходился на 1941-42 гг., т.е. на наиболее сложный для нашей армии период. В 1943 г. такие письма печатались все реже, а в 1944-45 гг. исчезли со страниц нашей прессы совсем, уступив место устным показаниям пленных солдат германской армии.

«У НАС ВСЕ БОЛЕЮТ И ГОЛОДАЮТ, А ПОТЕРИ НА ФРОНТЕ ПРОСТО ОГРОМНЫЕ!»

В добавление к письмам немецких солдат, советские газеты начали публиковать и письма гражданского населения Германии своим родным и близким, воюющим на Восточном фронте, также нацеленные на повышение морального духа гражданского населения и бойцов Красной Армии.

Читая эти письма, советские граждане могли увидеть, насколько была тяжела жизнь в Германии, и, следовательно, сделать вывод о том, что крах военной гитлеровской машины должен был произойти довольно быстро. В них сообщалось, что в Германии женщины и дети страдают от холода и голода, «среди детей свирепствуют различные заболевания». С 1943 года в письмах немецкого гражданского населения стали появляться известия о последствиях бомбардировок германских городов самолетами британских ВВС. Причем публикации писем немецкого гражданского населения из тыла были популярны в советской прессе лишь в первые годы Великой Отечественной войны, а уже в 1944-45 гг. они практически не появлялись — тогда и без них уже все было ясно.

Помимо писем из тыла, советские центральные газеты печатали и другие материалы, главным образом информационного характера. В них сообщалось о «резком ухудшении физического и морального состояния солдат гитлеровской армии» (например, что пленные солдаты имеют изможденный и оборванный вид, а также что среди них много людей с физическими недостатками!); удручающем положении немецких трудящихся и крестьян, пораженческих настроений гражданского населения, а также ухудшении морального климата в германском обществе в целом. Также сообщалось, что продовольственное положение Германии «становится угрожающе плохим. Полуголодные пайки ежемесячно сокращаются… В городах участились случаи заболевания цингой». Затем пессимизм статей о Германии возрос еще больше. Советские газеты печатали материалы о том, что «в германской промышленности обнаруживаются признаки настоящего распада» и что «повсюду царит ужасная усталость». Заявления гитлеровской пропаганды о том, что за пять месяцев войны германскими войсками было захвачено 3 млн. 806 тыс. советских пленных, всячески высмеивались, и указывалось, что все потери советских войск за то же время составили всего лишь 520 тыс. человек. При этом сами немцы, как отмечалось в заметке-опровержении, потеряли более 15 тыс. танков, 19 тыс. орудий и около 13 тыс. самолетов, что, понятно, совершенно не соответствовало действительности. Причем понятно, что именно так и следовало делать, чтобы не порождать в обществе упаднических и пораженческих настроений. Однако при этом нужно было хотя бы немного считать! Потому что по сообщениям того же Совинформбюро, с 22 июня по 31 декабря 1941 года немцами был потерян 5191 танк и САУ, и все это можно было легко подсчитать и сравнить сообщение одно с другим, что, несомненно, кто-нибудь обязательно сделал!

В отдельных случаях сообщения советской прессы были вымышленны от начала и до конца. К числу подобных «фантазий» относится, например, сообщение Совинформбюро от 28 сентября 1941 г., в котором речь шла о потоплении береговыми батареями и кораблями Балтийского флота германского крейсера водоизмещением в 6000 т и двух эсминцев по 800 т каждый. Для придания сообщению большей достоверности, в нем указывался даже калибр и количество имевшихся на них орудий. Однако что это были за корабли — так и не сообщалось…
А ведь всего лишь за несколько месяцев до начала Великой Отечественной войны в советских газетах публиковались совсем другие материалы: о радужных перспективах сотрудничества СССР и Германии, успехах немецкой армии в области перевооружения и важных открытиях немецких ученых. На страницах советских газет появлялись и статьи самой ярой антибританской направленности, дополнявшиеся сообщениями о том, что «Нехватка некоторых продовольственных товаров привела к тому, что в различных частях Англии у продовольственных магазинов выстраиваются длинные очереди. В графствах Ноттингем и Дерби надо становиться в очередь, чтобы получить сыр, яйца, рыбу или мясо». Все это естественным образом подрывало доверие к нашей пропаганде, и, следовательно, тем, кто отвечал за нее, это следовало учитывать!

Не способствовало укреплению доверия к ней и то, что как только Германия напала на Советский Союз, вся эта прогерманская риторика, как это уже отмечалось, изменилась на прямо противоположную, а Британия из поджигателя новой империалистической войны превратилась едва ли не в лучшего друга и союзника нашей страны. И то же самое произошло также и с США. Оказалось, что «озверелый германский фашизм находится в окружении великих демократических держав, и на индустриальном фронте ему противостоит могучая оборонная промышленность Советского Союза, военная индустрия Великобритании и доминионов, и быстро растущая мощь Соединенных Штатов Америки». Появились фотографии из цехов английских военных заводов, буквально сплошь заставленных танками «Крусейдер» Мк.II. При этом одновременно сообщалось, что в честь побед Красной Армии и заключения соглашений между СССР и Великобританией британцы устраивают митинги и народные гуляния. Другие материалы имели своей целью создать положительный образ британских военнослужащих и рассказать о том, что рядовое население США и Великобритании проявляет к нашей стране самый живой интерес.

«НА НАШЕЙ СТОРОНЕ США И АНГЛИЯ: СЕЙ СИЛОЙ — ПОБЕДИМ!»

Приоритетной же темой большинства публикаций о США в 1941-1945 гг. стало колоссальное наращивание их военной мощи. Советские центральные и областные газеты регулярно информировали население СССР о расширении военного производства в этой стране, приводя при этом цифры и детали, поражающие своей точностью, включая количество произведенных боевых самолетов и кораблей. Аналогичным образом обстояло дело и с публикацией в советских центральных и областных газетах в 1944 году. В официальном сообщении о поставках в СССР по ленд-лизу приводились рассекреченные данные не только о количестве поставленного нам вооружения, боеприпасов, продовольствия и сотнях тысяч автомобилей, но и о миллионах пар обуви из США, Англии и Канады! Причем публикация этих данных за год до конца войны не может быть объяснена ничем иным, кроме как стремлением оказать психологическое воздействие на свое собственное население, с одной стороны («вот как много нам всего поставляют, весь капиталистический мир за нас»), а с другой — на наших противников (пусть видят, какова наша мощь и какую помощь нам оказывают наши англо-американо-канадские союзники!).

При этом пропаганда военно-технических достижений США, равно как и их научного потенциала, носила в советской печати поистине всеобъемлющий характер. Она имела место не только на страницах центральных и местных газет, но и самых различных журналов, включая и такой популярный журнал, как «Техника-молодежи», где сообщения о перспективных разработках и научных открытиях, сделанных в этой стране, печатались из номера в номер. При этом собственно пропаганда как таковая дополнялась еще и жизненным опытом самих граждан СССР, которые потребляли американскую тушенку и яичный порошок, а также солдат и офицеров, в ходе войны постоянно сталкивавшихся с техникой и вооружением из Англии и США. Это были танки и артиллерия, знаменитые «джипы», «доджи» и «студебеккеры», самолеты, радиостанции, колесно-гусеничные бронетранспортеры (которых промышленность СССР не выпускала). Из США в СССР поставлялся высококачественный авиационный бензин и технические алмазы, многотонные прессы, штамповавшие башни лучшего танка Второй мировой войны — советского Т-34, многие виды ценного военного сырья и металлопроката. Все это подтверждало в умах людей информацию из газет и журналов, что США — самая передовая во всех отношениях страна, и то, что о ее достижениях сообщают газеты, — это абсолютная правда!

Таким образом, именно наша советская пресса наряду с непосредственными контактами советских граждан как с гражданами западных демократий, так и с промышленной продукцией западных стран — и прежде всего США — создала вокруг этой страны ореол могущественной в техническом отношении и высокоразвитой державы, с которым ей же впоследствии и пришлось бороться после войны. Именно тогда, в период преследований за «низкопоклонство перед Западом», в противовес его «тлетворному» влиянию в Советском Союзе развернулась борьба за приоритеты в научных и географических открытиях, в технических изобретениях и культурных достижениях, папиросы «Норд» переименовали в «Север», а эклеры превратились в «заварные пирожные». Кстати, именно тогда-то и появилась крылатая фраза о том, что «Россия — родина слонов». Однако время во многом уже будет упущено. Более того — сами того не осознавая, советские идеологи пойдут в этой борьбе по уже проторенному пути и станут повторять тезисы и аргументы славянофилов — сторонников особого, российского пути в истории. То есть всех тех, кого они в 1920-е и 1930-е годы нещадно бичевали как великодержавных националистов и шовинистов, что также не останется незамеченным среди достаточно умных и образованных людей, мнением которых отнюдь не следовало пренебрегать.


ОТ ЛЮБВИ ДО НЕНАВИСТИ ОДИН ШАГ!

Получается, что в годы войны и нашими журналистами, и теми, кто ими руководил, совершенно упускалось из вида, что США и Англия по-прежнему остаются странами с отличным от СССР общественным и экономическим строем и что сегодняшний друг может стать врагом уже завтра (это очень скоро и подтвердилось на практике). Малейшее изменение политической конъюнктуры в этом случае привело бы к необходимости теперь уже не восхвалять своего вчерашнего союзника, а ругать его, а это потребовало бы разрушения у населения страны ранее сложившегося информационного стереотипа, что всегда являлось и является крайне сложной и затратной задачей. Однако советские руководители, видимо, свято верили во всемогущество как своей газетной пропаганды, так и репрессивных органов, и считали, что все издержки неумелого информирования с их помощью могут быть успешно преодолены, поэтому никакая «похвала» столь могущественному союзнику в этом плане сейчас не чрезмерна. Так, в 1943 г. в советской прессе появились, например, публикации, посвященные десятилетию установления дипломатических отношений между СССР и США, крайне оптимистичные по своему содержанию. В них, в частности, отмечалось, что «советско-американские отношения на протяжении этих 10 лет становились все более дружественными», и «американцы могут радоваться той программе дружбы с Россией, которую президент Рузвельт начал проводить 10 лет тому назад». Причем, разумеется, ни о какой революции, которая должна была вот-вот вспыхнуть в США, советская пресса больше уже не сообщала. Зато о том, что перспективы дружественных отношений между США и Советским Союзом в послевоенное время весьма благоприятны, газеты писали теперь постоянно. В целях усиления симпатий к гражданам США в них сообщалось, что американцы очень интересуются советской культурой, восхищаются успехами советской медицины и даже стали отмечать у себя памятные для граждан СССР даты. При этом, как всегда, никакой меры не соблюдалось!

Дополняли подобные материалы еще и литературные произведения, в частности, опубликованный в журнале «Техника-молодежи» научно-фантастический роман А.Казанцева «Арктический мост». Главная тема основывалась на идее советско-американского сотрудничества, начавшегося в годы войны, дружбы и взаимопонимания между нашими государствами. При этом следует иметь в виду, что по своей силе художественное слово намного превосходит публицистический жанр, — то есть необходимо отметить разнообразие средств, используемых для донесения до советского населения идеи сотрудничества с США. Между тем в реальной политике ни о чем подобном не было и речи, и нашим руководителям и пропагандистам следовало бы это понимать и соответствующим образом отражать эту ситуацию в печати, а не выдавать желаемое за действительное.

Здесь, впрочем, следует заметить, что советские газеты в годы войны, как и в предыдущее время, очень чутко реагировали на малейшие нестыковки, возникавшие на внешнеполитической арене, и возникновение любых противоречий между СССР и США сразу вызывало на страницах советских газет появление публикаций критического содержания. Так, в 1945 г. они вновь начали публиковать материалы о бедственном положении американских трудящихся — и только потому, что позиции наших стран не совпали по вопросам послевоенного мироустройства. Тогда на страницах «Правды» развернулась оживленная полемика по поводу книги Уолтера Липпмана «Военные цели США», в которой он выдвинул свои идеи в этой области. Согласно материалу, напечатанному в «Правде», «Липпман делит мир на несколько географических центров, вокруг которых чертит орбиты: одну — вокруг США и называет ее «Атлантическим содружеством наций», другую — вокруг СССР и называет ее «Российской сферой», третью — вокруг Китая; создание четвертой он предвидит в будущем в районе Индии и мусульманских стран». Так как такая точка зрения шла вразрез с внешнеполитическими целями советского правительства, ее немедленно подвергли резкой критике. Например, некто А. Георгиев написал о том, что «орбиты Липпмана — сплошная фикция», так как «всякая попытка строить мир без участия Советского Союза и против него чревата страшными последствиями для человечества». Затем «Правда» опубликовала ответ Липпмана, который, однако, был также подвергнут суровой критике.

Сообщалось также, что «с упорством, достойным лучшего применения, американская газета «Нью-Йорк Таймс» неоднократно заявляла, будто в Болгарии, Румынии и Венгрии имеют место «тоталитарные режимы». Публиковались статьи об антисоветских настроениях ряда американских и британских политиков. Однако в то время такие статьи на страницах советских газет появлялись нечасто и имели вид своего рода «пробных шаров».

Однако, если раньше советские газеты рисовали главным образом картину тотальной ненависти капиталистов к СССР, то теперь «картина мира опять изменилась» и газеты подчеркивали безграничную любовь народов всего мира к первой социалистической державе. Об этом свидетельствовали такие материалы, как отклики зарубежной прессы, обширность географии которых невольно производила очень сильное впечатление, а главное — из-за того, что это были отклики, опубликованные в прессе, создавалось полное впечатление их достоверности, равно как и достоверности всех других, публикующихся в советских газетах материалов. Прежде всего, это касалось тех материалов иностранных газет, в которых говорилось об успехах наших войск в военных действиях против гитлеровцев, причем особенно много их появилось в 1941-1942 гг. — и почему именно в этот период, тоже понятно. Из них советские люди узнавали, что «у русских имеются миллионы солдат и колоссальные ресурсы, их армия крепнет с каждым днем», что «Красная Армия гонит немцев с родной земли… Россия по-прежнему остается единственным фронтом, с которого поступает благоприятная информация». Причем ее непобедимость, судя по материалам советских газет, признавали даже японцы и румыны. А уж техническое и военное оснащение нашей армии уже в самом начале войны «превзошло все ожидания» зарубежных журналистов. Здесь необходимо отметить тот факт, что на страницах наших газет никогда не появлялись материалы зарубежной прессы с критическими замечаниями по поводу ведения Красной Армией военных действий. Зато в период, когда наши войска испытывали военные неудачи, никаких откликов зарубежной печати о ходе войны на нашей территории не печаталось вообще, как если бы они тогда полностью отсутствовали!

А ГАСТЕЛО-ТО ВЕДЬ БЫЛ НЕ ОДИН!

Следует отметить и неумелое использование советскими журналистами военной поры даже того материала, который в буквальном смысле шел им в руки, и, опять-таки, полное игнорирование менталитета большинства россиян. В частности это выразилось в крайне примитивном освещении подвига капитана Гастело (так в тексте — С.В.) — крайне скупо и даже не слишком пафосно. Причем в информационных материалах не сообщалось, что герой-то ведь был не один, что в самолете кроме него было еще три человека, разделивших его судьбу. Однако как раз о них-то ничего и не сообщалось, как не было написано и того, что свой подвиг капитан Гастело совершил, будучи абсолютно уверенным, что каждый из членов его экипажа поступит аналогичным образом, и это лишь подчеркнуло бы массовый героизм бойцов РККА!

КОГДА МОЛЧАНИЕ СОВСЕМ НЕ ЗОЛОТО

Печально, но наряду с многочисленными искажениями действительности и нелепицами советские газеты (естественно, по указаниям «сверху») — так же как и в 30-е годы — скатывались до самой откровенной лжи и замалчивания поистине вопиющих фактов, которые как раз бы и следовало использовать в целях антифашистской пропаганды. Например, террористический бомбовый удар немецкой авиации по Сталинграду 23 августа 1942 г. не получил НИКАКОГО ОСВЕЩЕНИЯ В ПЕЧАТИ! О НЕМ ПРОСТО НЕ СООБЩАЛОСЬ!!! Между тем все деревянные строения в городе — в том числе и многочисленные поселки рабочих на окраинах — сгорели дотла. Было уничтожено 85% жилого фонда, погибла масса людей. Но… газеты об этом молчали, видимо, чтобы просто не пугать людей. А ведь кричащие заголовки газет так и просятся на бумагу, и, несомненно, пропагандистский эффект от них, дополненный другими массовыми мероприятиями, был бы намного сильнее порожденного этой информацией страха! «Новое преступление фашистских извергов! На мирные городские кварталы обрушено море огня! Женщины и дети сгорали заживо! Всем миром, всей страной поможем родному Сталинграду! Сталинград, 23 августа 1942 года: не забудем, не простим, отомстим! Ответим на удар по Сталинграду новыми достижениями в труде!»

А вот какую информацию из Англии можно было бы дать на эту тему: «Английские летчики, совершающие налеты на Германию, узнав из газет о новом преступлении германских фашистов — террористическому удару по Сталинграду, выступили с инициативой: «За каждый разрушенный дом в Сталинграде разрушим два дома в Германии!» И… ну кто бы стал достоверность этого сообщения проверять? А вот чисто психологически оно имело бы очень большое значение!

А вместо этого наше общество, вне всякого сомнения, получило волну панических слухов и опять-таки недоверие к прессе и правительству, скрывавших правду от народа.
Так что очень печально, но необходимо признать: да, конечно, наша советская пропаганда в годы Великой Отечественной войны могла бы работать намного эффективнее и «умнее», если бы не сохранявшиеся идеологические установки тоталитарного режима, установленного тогда в стране.

От редакции:
Сейчас мы живем во время, когда понятия «демократия», «свобода слова», «гласность», «права человека» возведены в культ. И многие люди верят в этот культ и свято его чтут. Однако попытка применить положения этой веры, например, к периоду Великой Отечественной войны, да и к периоду последовавшей за ней холодной войны, просто выглядит нелепой и смешной.
Шла война. Для нашего народа — война на уничтожение. На фронте сражались снарядами и самолетами, а в тылу сражались газетами и листовками. СМИ — орудие этой войны по обе стороны фронта. Даже «лживой советской прессе» было далеко до пропаганды Геббельса с его фильмами о счастливых советских рабочих (угнанных) на предприятиях Круппа. Цель войны — победить любой ценой и удержать боевой дух народа. «Свобода слова» просто губительна на войне, так как приведет к панике и поражению. Это азбука любой войны.
Сегодня правила не поменялись. Риторика прав человека и свободы слова используется сильными мира сего только для наружного применения, для подобных «верующих». События с информатором WikiLeaks ярко продемонстрировали — как относятся в «колыбели демократии» к наивным правдолюбам во время их войны, которую они ведут со всем миром за господство, и надо признать, небезуспешно.

Другие материалы рубрики


  • ...А дороги! Знаменитые римские дороги во многих частях Европы использовались по прямому назначению вплоть до начала XX века. Какую современную дорогу можно использовать... нет, даже не две тысячи лет, а хотя бы пару сотен? Хотя бы 20 лет без ремонта? Чтобы по достоинству оценить цифры, которые я приведу чуть ниже, нужно хорошо представлять себе, что за инженерное сооружение такое - римская дорога. Сначала - роется траншея глубиной примерно метр. Если почва некрепкая, заболоченная, в дно траншеи забиваются дубовые сваи. Края траншеи укрепляются каменными плитами. Затем, как в пироге, выкладываются разные слои - крупного камня, камня помельче, песка, снова камня, извести, черепичного порошка... "Слоеный пирог" заполняет всю вырытую траншею. Сегодня это называется дорожной подушкой. Сверху на подушку кладется собственно дорожное покрытие - каменные плиты, расположенные небольшой горкой, чтобы дождевая вода стекала с центра дороги в боковые дренажные канавы. На римские дороги расходовалось больше каменного материала, чем на дороги современные. На секунду напомню, что экскаваторов тогда не было. И камни обтесывали вручную.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • Сегодня Украина представляет собой больную республику с непредсказуемым политическим курсом. Отсутствие национального единства, постоянная нестабильность и общий кризис человеческих отношений говорят о необходимости четкого определения духовных ориентиров украинского общества. Это возможно сделать только через конкретную декларацию — путем изменения государственной политической системы либо смены верхушки политической элиты.
    В последнее время у нас активно предлагается изменение государственного строя на парламентско-президентскую или даже монархическую форму правления. Однако имели ли место подобные прецеденты ранее на украинской почве?
    Не останавливаясь на государственном образовании в форме гетманата, традиционного для Украины ХVII-ХVIII вв., рассмотрим попытки создания монархического государства в нашей стране в XX веке.
    Не останавливаясь на государственном образовании в форме гетманата, традиционного для Украины ХVII-ХVIII вв., рассмотрим попытки создания монархического государства в нашей стране в XX веке.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • Дело в том, что данная тема довольно близка мне, по крайней мере, ввиду двух причин. Во-первых, я сам уже давно интересуюсь феноменом креативности и возможностью ее применения в науке и технике. Во-вторых, мне довелось некоторое время сотрудничать в качестве тренера по креативности с одной крупной бизнес-структурой своего города, где я научился не только применять различные методы на практике, но и обучать этому других людей.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • Бывают два цветка. Две рыбы. Два камешка. И бывают (по крайней мере, 50 лет тому назад еще бывали) люди, настолько первобытные, что они в своем языке обозначали два цветка одним словом, а для трех цветков существовало совсем другое слово и т.д. Они не улавливали, что между двумя цветками и двумя рыбами есть нечто общее — их число, не умели считать, не мыслили числовыми категориями. Естественно, что математики у них тем более не было.
    Чем занимается математика? Она освобождает от конкретной ткани вещей и явлений такие их характеристики, как количество, формы, отношения между ними, и получает их абстрактные схемы — по сути дела упрощенные модели, — лишенные подробностей конкретного содержания. С одной стороны, поступая так, она сильно обедняет реальный мир, а с другой — ее модели приобретают неслыханную универсальность, позволяющую применять их далеко за рамками того материала, на котором они строились. Но самое главное, пожалуй, в том, что они позволяют накладывать их на реальный мир и определять степень их соответствия ему — то есть быть рабочими гипотезами, проверяемыми экспериментально.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • Сегодня Украина представляет собой больную республику с непредсказуемым политическим курсом. Отсутствие национального единства, постоянная нестабильность и общий кризис человеческих отношений говорят о необходимости четкого определения духовных ориентиров украинского общества. Это возможно сделать только через конкретную декларацию — путем изменения государственной политической системы либо смены верхушки политической элиты.
    В последнее время у нас активно предлагается изменение государственного строя на парламентско-президентскую или даже монархическую форму правления. Однако имели ли место подобные прецеденты ранее на украинской почве?
    Не останавливаясь на государственном образовании в форме гетманата, традиционного для Украины ХVII-ХVIII вв., рассмотрим попытки создания монархического государства в нашей стране в XX веке.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • ...Западный фронт. Германские подразделения ночью скрытно проникли в обширную рощу с прилегающей к ней разрушенной деревней и готовились к атаке. Французские и бельгийские командиры не знали о численности вражеских войск и артиллерии. И тогда в воздух поднялся аэроплан для разведки. Вместе с пилотом в нем находился бельгийский король Альберт I. Немцы открыли по машине сильный огонь. Шрапнель рвалась совсем рядом. Но самолет не ретировался. Избегая попаданий, он маневрировал, то спускаясь по крутой спирали вниз, то стремительно поднимаясь зигзагами вверх.
    С аэроплана были выброшены сигналы, и тяжелая артиллерия союзников обрушила град снарядов по обнаруженному скоплению противника. Только после этого самолет приземлился. Германская пехота понесла большие потери...

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • Любой из нас с детства часто слышит, что высшее образование важно. Из-за чего складывается такое мнение? Все дело в том, что получение качественного образования дает высокий статус социальный, нормальную зарплату при трудоустройстве и интерес будущих работодателей. Помимо этого, обучение гарантирует развитие не просто профессиональных, но и личностных качеств.

    Каждый выпускник школы желает поступить в престижный ВУЗ, надеясь на будущие всевозможные привилегии. Это оправданно, так как образованные граждане мыслят гораздо глубже, чем те, кто решил ограничиться начальным или средним образованием.



  • ...Надо быть крайне осторожным и взвешенным в оценках, когда сталкиваешься с такой огромной и неоднозначной страной, как Америка (хотя это и очень непросто). Чтобы представить себе жизнь в новоанглийской деревне, нужно раз и навсегда отрешиться от предрассудков. В сороковые годы прошлого века историк Льюис Мэмфорд высмеял излишне идеализированное представление об американцах как об отважных «пионерах», будто бы сбросивших ветхие одежды Европы и создающих новые формы социально-экономической жизни. В действительности, писал он, в поселениях Нового Света «вспыхнули в последний раз потухающие отблески средневекового строя». Впрочем, в Новой Англии условия были все же иными, чем в Европе.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • ...Нежелание людей добровольно надевать ремни безопасности может быть вызвано осознанием предельно маленькой вероятности попадания в аварию с летальным исходом во время единственной поездки. Поскольку такие аварии случаются только один раз на несколько миллионов личных поездок, а приводящее к нетрудоспособности повреждение только один раз на сотню личных поездок, отказ надеть ремень безопасности может казаться вполне обоснованным. Однако такое решение выглядит менее здравым, если принять во внимание перспективу множественных поездок и рассмотреть существенную вероятность аварии в какой-либо из поездок. Так, в экспериментальном исследовании респондентам сообщалось, что за 50 лет вождения (около 40000 поездок) вероятность смерти увеличивается до 0,01, а вероятность получить, по крайне мере, одно приводящее к нетрудоспособности повреждение до 0,33. Участники эксперимента, рассмотрев эту перспективу длиною в жизнь, относились к ремням безопасности (и воздушным подушкам) более благосклонно, чем это делали люди, которых просили рассмотреть перспективу единичных поездок...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5


  • Специалисты из Массачусетского технологического института разработали уникальную программу искусственного интеллекта, способную воспринимать и анализировать большую массу данных науки и опережающую человека в уровне интуитивного развития.
    Учёные заявляют, что созданный аппарат анализа данных призван быть помощником для интеллекта человека, а не его заместителем. В данный момент специалисты обладают огромным массивом научной информации, которую нужно исследовать. Разработчики надеются, что интеллектуальную машину для переработки данных можно будет использовать по назначению уже совсем скоро.