Дрейфующая станция «Северный полюс-1»

Сб, 08/30/2014 - 21:45

Приближение зимы

В конце августа летней погоде пришел конец и начались обильные снегопады. Температура воздуха уже не поднималась выше нуля. Снега заметали льдину, и папанинцы тратили много времени, выравнивая сугробы на аэродроме, чтобы сделать его вновь пригодным для посадки самолетов. Это было особенно важным, учитывая, что полярные летчики не переставали бороздить воздушное пространство над Ледовитым океаном в надежде найти пропавший самолет Сигизмунда Леваневского. Дрейфующая станция «Северный полюс» исправно снабжала спасателей метеосводками.

В первых числах сентября папанинцы принялись за сооружение «полярного архитектурного ансамбля». Они делали кирпичи из мокрого снега и складывали вспомогательные постройки: кухню, научные павильоны, складские помещения. В условиях Северного полюса такой строительный материал оказался весьма прочным и практичным. Была освоена и другая строительная техника — возведение построек из снежного «бетона». На месте будущих стен устанавливали щиты и заполняли пространство между ними снегом, смешанным с водой.

Обитатели станции старались по возможности расширять территорию своей «полярной усадьбы», не концентрировать всего в одном месте, чтобы понизить вероятность гибели всех запасов.

8 сентября папанинцы перешли на зимнее положение, натянув на жилую палатку утепляющий чехол из гагачьего пуха. 11 сентября температура воздуха снаружи была -8 градусов, а в палатке +7. Вскоре должна была наступить полярная ночь. О ее приближении напоминала заря, уже в середине сентября сиявшая на небе непрерывно. 21 сентября, ровно через четыре месяца после высадки на льдине, мороз был 20 градусов. В эти дни Иван Дмитриевич Папанин записал в своем дневнике, что обладай он стихотворным талантом, непременно создал бы Полярную поэму о теплых спальных мешках, керосине и хорошо горящих примусах.
Сводка, составленная Евгением Федоровым, показала, что температура воздуха в сентябре постепенно понижалась от 7-8 градусов ниже нуля в начале месяца до 17-18 в конце. Средняя температура за месяц составила -12,2 градуса, максимальная -2,6 градусов мороза, минимальная — -28,3 градуса ниже нуля. Иногда в течение одних суток колебания температуры достигали десяти градусов. В середине октября обычным делом стали тридцатиградусные морозы. 17 октября наступила полярная ночь. На тот момент станция дрейфовала чуть южнее 85 параллели.

Пресная вода, от избытка которой так страдали полярники в летние месяцы, теперь была в дефиците. Чтобы добыть из льда и снега ведро воды, приходилось работать полдня. Заведовавший кухней Папанин, чтобы сэкономить воду, заменил мытье посуды протиранием мокрой ваткой.
Дрейф шел неравномерно, скачками. Где-то лед сопротивлялся и происходило сжатие, над поверхностью льдины вздымались ледяные горы — торосы. 5 октября в папанинском дневнике появилась следующая запись: «Перед сном услышал какой-то гул: началось перемещение льдов. В районе полыньи происходит сжатие; оттуда все время доносится треск».

6 октября: «Кругом — много битого льда. Очевидно, ветер здесь здорово хозяйничал. Сжатие отразилось на нашей льдине. В разных местах я заметил трещины, по краям льдины появились высокие торосы и ледяные курганы. Это — молодой лед, выброшенный сжатием на наше ледяное поле». Приходилось все время быть начеку: сжатие и торошение угрожало целостности льдины, на которой обосновалась дрейфующая станция, не меньше, чем таяние.
25 октября: «В шесть часов вечера мы испытали сильный толчок — наша льдина содрогнулась. Но никаких внешних признаков сжатия пока не замечено».
30 октября: «Сегодня, сидя в палатке, ощущали сильные толчки; таких сотрясений на нашей льдине раньше не было: впечатление такое, будто километрах в двух от нас стреляли из трехдюймовых орудий».

18 ноября «Ночью ощущались сильные толчки. Временами раздавался глухой гул, но мы привыкли к этим звукам на нашей льдине, и они мало беспокоят нас. Однако внимательно следим за всякими изменениями ледяного поля.

После утреннего чая мы пошли проверить, как выглядит наша трещина. Все оказалось в порядке; значит, напирало с северо-востока».
24 ноября: «Весь день был слышен гул, напоминающий артиллерийскую канонаду. Нашу льдину стало крепче ворочать: мы приближаемся к северо-восточным берегам Гренландии, а там, вероятно, изрядное скопление льда. Возле трещины большие куски льда, которые оторвались от нашего поля. Они торчат вертикально, создавая причудливые, фантастические пейзажи».

Дрейф у берегов Гренландии

11 октября станция пересекла 85 параллель. До сих пор средняя скорость дрейфа составляла приблизительно один географический градус в месяц. Когда строились прогнозы для экспедиции, предполагалось, что движение будет замедляться к зиме, по мере срастания льдин в более обширные ледяные поля. На деле вышло наоборот. Скорость движения льдов постепенно возрастала. 7 ноября, в двадцатую годовщину Великой Октябрьской социалистической революции папанинская льдина распростилась с 84 параллелью.
Дрейф шел быстрее ожидаемого. В Москве выказывали опасения, что скоро станция окажется в области разреженного льда и предлагали снять папанинцев со льдины в декабре месяце. Но полярники категорически отказались, желая продолжить исследования.

Существовала определенная вероятность, что льдина застрянет у берегов Гренландии. На этот случай Датское Восточно-Гренландское китобойное общество «Нанук» любезно предложило папанинцам воспользоваться его продуктовыми базами и запасными радиостанциями. Самая северная хижина общества находилась на широте 76 градусов 50 минут.
18 декабря координаты станции были 81 градус 44 минуты северной широты. Она находилась уже южнее острова Рудольфа и ее обитатели не могли больше называться самыми северными людьми в мире. 22 декабря папанинцы простились с Северным Ледовитым океаном и вышли в атлантические воды. В последних числах декабря их льдина пересекла восьмидесятую параллель. Теперь она дрейфовала вдоль восточного берега Гренландии. Глубина моря здесь была сравнительно невелика: 200-300 м.

Когда экспедиция только планировалась, ее участники не предполагали, что их может занести так далеко на юг. Взятые, как думалось тогда, с большим запасом карты изображали приполярные районы лишь до 77 градуса северной широты. Исследователи начали всерьез опасаться, что на последнем этапе дрейфа им придется обойтись без карт.
Рабочее расписание сотрудников дрейфующей станции «Северный полюс-1» не зависело от дней недели. Но 1 января 1938 г., впервые за все время пребывания на льдине, был объявлен всеобщий обязательный выходной. Папанинцы встретили Новый год сидя в палатке и слушая по радио праздничный концерт. Погода в тот день была необыкновенно теплая — всего 6 градусов мороза. 2 января над горизонтом появилась узкая полоса зари. Большая часть полярной ночи уже была позади, как и большая часть путешествия. Десять дней спустя на встречу дрейфующим папанинцам из порта вышел ледокол «Мурманец». В его задачу входило патрулировать кромку льда, чтобы в случае необходимости взять на борт участников экспедиции.

Льды сжимаются

Запись в дневнике Папанина за 12 января: «Утром я долго стоял возле палатки и любовался зарей. В лунную ночь наш лагерь напоминает какое-то сказочное царство. Льды, окружающие нас, очень красивы. Торосы нагромождены друг на друга в причудливом беспорядке. Освещаемые луной, они ярко блестят.
Наша палатка засыпана сугробами. Чтобы удобнее было спускаться в жилище, мы устроили несколько ступенек в снегу.

Если наша льдина лопнет, то свое хозяйство мы спасем, за исключением палатки, которой, очевидно, придется пожертвовать: она сидит глубоко в снегу. Содержать же ее постоянно освобожденной от снежных заносов у нас не хватает сил. На всякий случай я поставил нарты у самого выхода: в нужную минуту мы сможем перевезти все имущество в безопасное место».

Полярная ночь близилась к концу, и заря на горизонте разгоралась все ярче, но именно в эти дни пришли самые суровые холода и самые тяжелые испытания. 18 января мороз достиг 47 градусов. Температура в палатке тоже была ниже нуля. У папанинцев имелась запасная керосиновая печь, но, как выяснилось, использовать ее для дополнительного обогрева было довольно сложно. При двух работающих печах в палатке не хватало кислорода для дыхания. Оставалось уповать на меховые спальные мешки.
Утром 20 января обитатели дрейфующей станции почувствовали сильный толчок и выскочили из палатки. На первый взгляд все было в порядке, но дальнейший осмотр территории показал, что обжитая людьми льдина окружена чистой водой и изолирована от соседних льдин. Жилую палатку от ближайшей кромки отделяло всего 300 м. Лебедка и гидрологическая палатка оказались на другом ледяном поле. Чтобы спасти свое имущество, папанинцы должны были спустить на воду байдарку.

В тот день у полярников было много работы, и спать они улеглись под утро, успев заметить, что показатели барометра начали падать, предвещая непогоду. О дальнейших событиях подробно рассказано в дневнике Папанина: «Вскоре я проснулся. Эрнест сказал: «Слышен сильный грохот, началось сжатие льдов...»
Я вышел из палатки; кругом — вой, стон, треск. Я, признаться, не ожидал, что сжатие льдов может сопровождаться таким страшным шумом.

Вслед за мной на улицу вышли Ширшов и Женя. Все насторожились, оглядываясь вокруг. Мы с Кренкелем принялись осматривать торосы, а Петрович побежал к своей палатке.
Вернувшись в лагерь, мы начали готовить нарты — на случай, если придется перебираться на другую льдину. Будем держать наготове все научные материалы и радиостанцию: для нас это самое ценное.

Вернулся Петрович и сообщил:
«Трещина еще больше разошлась!»
Решили сесть на байдарку и привезти с той стороны льдины оставшиеся там приборы. За день байдарку занесло снегом; с трудом мы ее откопали, очистили, погрузили на нарты и отвезли к кромке льда. Однако спустить здесь байдарку на воду нам не удавалось: разводья были заполнены мелким льдом.
Мы двинулись вдоль трещины, чтобы выбрать место, где есть чистая вода. Долго бродили, пока не нашли узкую водную полосу; спустили тут нашу байдарку. На кромке льда поставили зажженные фонари: они будут служить нам маяком.
Когда мы возвращались в лагерь, туман еще больше сгустился. Нам пришлось брести ощупью, по старым следам. Иногда Эрнст ложился на снег и освещал электрическим фонарем следы, чтобы убедиться, правильно ли мы идем».

Часть снаряжения, в том числе и лебедку, перетащить поближе не удалось. Началась пурга, и полярники были вынуждены укрыться в палатке. На следующий день, 21 января, в дневнике Папанина появилась следующая запись: «Я вышел из палатки, чтобы расчистить вход. Открыв двери, я увидел перед собой сплошную снежную стену.
Порывы ветра доходят до двадцати метров в секунду. Давление в барометре упало до семисот двадцати миллиметров... Мало кто из метеорологов на материке наблюдал такое явление!

Мы не можем определиться: облака закрыли звезды. Женя попытался войти в свою обсерваторию, но вскоре вернулся и сказал:
«Ветер сбивает с ног.»

Тогда Женя предложил прорыть траншею из кухни к его обсерватории. Мы сделаем своеобразный подземный ход в снегу, и тогда Федоров не будет зависеть от пурги.
Собрал в одно место все инструменты, примусы, иголки, аварийный запас горючего и продуктов. Теперь все это должно быть под руками: каждую минуту мы ждем опасности». В тот день исполнилось ровно 8 месяцев со дня высадки папаницев на льдине. Дрейфующую станцию и посланный ей навстречу ледокол «Мурманец» разделяло километров двести океана, но эти загроможденные льдами километры еще надо было преодолеть.

В конце января новые трещины появлялись постоянно, и обитатели льдины спали по очереди, чтобы не оказаться застигнутыми врасплох. 1 февраля лед треснул под жилой палаткой, заставив папанинцев срочно эвакуироваться. При этом один из продовольственных складов был залит морской водой. Следующие несколько ночей полярники провели в легкой исследовательской палатке. Маленький полярный поселок был разбит на части. Многие постройки оказались на соседних льдинах, а «все огромное поле, на котором восемь месяцев назад совершили посадку многомоторные воздушные корабли, раскололось на небольшие куски». Теперь исследователи жили на осколке льда размером 30 на 50 м.
Забрать папанинцев со льдины при помощи самолетов стало достаточно проблематично, а маленькому «Мурманцу» все не удавалось пробиться к дрейфующей станции. На помощь выслали еще два ледокола: «Таймыр» и «Ермак».

3 февраля полярники впервые в этом году увидели солнце: «У горизонта сквозь туман просвечивал долгожданный красный диск. На оранжевом фоне — яркая заря, резко выделяются зубчатые груды торосов».

Запись в дневнике Папанина за 6 февраля: «Нас разбудил Кренкель; он дежурил. Начиналось торошение: льдины с треском и скрипом бились друг о друга. По краям нашего крохотного обломка вырастали ледяные валы. Они состоят из кусков снега и тонкого льда, образовавшегося в трещинах. Ближайший вал появился рядом с нами, в десяти метрах от палатки.

Кренкель при каждом ночном обходе внимательно рассматривал края нашей льдины: мы опасаемся, что дальнейшее сжатие может окончательно разломать ее... Трещины между движущимися льдами расширяются.

Мы наблюдали интересное зрелище: отдельные части лагеря то приближались к нам, то отходили обратно. Мы видели, как вблизи проплывали продовольственные базы, отрезанные от нас широкими полыньями. Один раз к нам приблизилась на расстояние полукилометра гидрологическая лебедка, которую мы совсем потеряли из виду. Хотели достать ее, но не успели: лебедку опять отнесло в сторону.

Зато нам удалось спасти керосин с одной базы. Правда, для этого пришлось проявить большую ловкость. Зевать нельзя было: упустишь минуту — и льдина с базой умчится в сторону... На другие льдины мы нынче не перепрыгивали, так как опасались, что нас унесет и отрежет от лагеря. Так случилось с Веселым: он прыгнул на соседний обломок, который тут же унесло быстрым течением; с трудом мы спасли любимого пса».

7 февраля пришло сообщение, что «Мурманец» зажат во льдах, так что быстрой помощи ждать не приходилось. А на следующий день сильнейший шторм повредил уцелевшие палатки. Папаницы всю ночь не могли заснуть от холода, а утром приступили к строительству снежного домика. В тот же день они увидели далеко на горизонте горные вершины Гренландии, а на следующий день установившаяся, наконец хорошая погода позволила определить координаты дрейфующей станции — 72 градуса 6 минут северной широты и 19 градусов 30 минут восточной долготы.

Пришло известие, что на помощь папанинцам спешат «Ермак» и «Таймыр». На борту ледоколов находились легкие самолеты, которые могли бы взлететь с подходящего ледяного поля.

За несколько дней спокойной погоды лед вокруг станции несколько окреп, и Ширшов с Федоровым, надев лыжи, отправились на поиски посадочной площадки. Пройдя несколько километров на юго-запад, они обнаружили ровное поле у подножия ледяной гряды.
Утром 12 февраля Кренкель поднял всех криком: «Огонь на горизонте!». Это оказался прожектор «Таймыра». На следующий день с ледокола передали, что нашли подходящий аэродром и собирают на льду самолеты. Папанинцы уже предвкушали скорый отдых, но тут пришло сообщение, что ветер ломает аэродром и самолеты спешно грузят обратно на борт корабля. 15 февраля летчикам с «Таймыра» все же удалось взлететь, но обнаружить дрейфующую станцию им помешал туман. При этом с одним из самолетов, который вел летчик Черевичный, была утрачена связь. Он не смог вовремя вернуться на «Таймыр» и совершил вынужденную посадку на лед. 16 февраля самолет летчика Власова появился над лагерем и сел на расчищенном папанинцами аэродроме. На станцию он наткнулся случайно, занимаясь поисками пропавшего товарища. В качестве подарка от «таймырцев» Власов передал обитателям дрейфующей станции ящик мандарин и пива. Но радость встречи была омрачена тревогой за Черевичного.
17 февраля Власов нашел Черевичного, а также обнаружил разводье, позволяющее ледоколам подойти довольно близко к лагерю. 18 февраля Федоров сделал последнее астрономическое определение. Координаты были 70 градусов 54 минуты северной широты и 19 градусов 50 минут восточной долготы.Несколько часов спустя полярники увидели дым парохода.

19 февраля папанинцы покинули льдину, на которой провели без двух дней девять месяцев (274 дня). За это время дрейфующая станция «Северный полюс-1» прошла расстояние более 2000 км.

Другие материалы рубрики


  • Новейшие бронетранспортеры на базе колесной платформы «Бумеранг», проходящие войсковые испытания, станут частью вооружения морской пехоты России. Предполагается, что первые серийные образцы бронированной машины сойдут с конвейера уже в 2017 году. Как утверждает Александр Красовицкий, который является главой «Военно-промышленной компании», новая машина является практически «неубиваемой», с высокими показателями защищенности, управляемости и боевой мощи, которые сравнимы и превышают показатели лучших западных аналогов.



  • Прежде чем говорить об эффигиях, надо знать, что это такое. Эффигия (от лат. Effigies) — это скульптурное надгробие, т.е. изображение усопшего, выполненное из камня, дерева или металла. В средние века такие изображения выполнялись в лежащем, коленопреклоненном или стоящем виде и помещались над местом захоронения рыцарей либо представителей знати. Нередки были и парные эффигии — т.е. фигуры мужа и жены, а также совершенно плоские изображения, сделанные на медных либо бронзовых листах и наложенные на каменную надгробную плиту. Очень часто фигуры изображались со скрещенными руками или соединенными в молитве ладонями и с ногами, покоящимися на фигуре льва или собаки.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • В отделении Берлинского музея, посвященном древнеегипетской культуре, как величайшее сокровище хранится одинокая зеленоватая бусина, диаметром около 9 мм. Невзрачная с виду, она действительно является очень ценным музейным экспонатом. Это — древнейшее известное современным ученым изделие из стекла. Предполагают, что она была изготовлена около 5500 лет назад.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • ...28 мая - ровно через год после кульминации восхождения с Ламбером - Тенцинг и Хиллари начинают свой бросок к вершине. Их задача существенно легче, чем у Эванса и Бурдиллона: до отметки 8500 метров их сопровождают Лоу, английский альпинист Фредди Грегори и шерп Анг Ньима, которые несут кислородные баллоны, палатку и продукты. На этой высоте разбивают самый высотный из всех существовавших прежде альпинистских лагерей, и Хиллари с Тенцингом остаются вдвоем. Переночевав, в 6 часов 30 минут утра 29 мая они выходят на последний штурм. Единственный груз - 14-килограммовые кислородные аппараты. В девять часов утра альпинисты достигают Южной вершины, и до цели остается лишь сотня метров. Последнее препятствие - 12-метровая скальная стенка, - и только пологий снежный откос отделяет их от самого высокого места на Земле...

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • ...К моменту создания службы скорой помощи Дарья Диевна была уже хорошо известна харьковчанам своей просветительской и благотворительной деятельностью: по ее инициативе была создана женская гимназия. Для сбора средств для скорой помощи Оболенская предложила проводить массовую благотворительную акцию под названием “День лилового цветка”. К этому празднику члены Дамского комитета организовывали изготовление искусственных фиалок. Согласно народному поверью этот цветок ассоциируется со скромностью или смирением (фиалки в сценах поклонения волхвов символизируют целомудрие Девы Марии и кротость Младенца Иисуса Христа), а цвет фиалок, образующийся из смеси голубого и красного цветов, традиционно символизирует духовное начало, связанное с жертвенной кровью...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4

  • Первая мировая война началась из-за желания тогдашних сверхдержав стать единоличными гегемонами. Они всю свою историю существования развивались в направлении постоянной милитаризации, их экономика была четко подвязанная и напрямую зависела от армии, а точнее от ее успешной экспансии. Эти страны постоянно расширяли свои границы, ведя непрерывные локальные войны за новые территории богатые ресурсами и человеческим потенциалом. Им также постоянно требовались новые рынки сбыта своих товаров.



  • 11 ноября 1774 г. российский посланник в Лондоне А.С. Мусин-Пушкин направил Первоприсутствующему в Коллегии иностранных дел Российской империи графу Н.И. Панину следующее послание: «Сиятельнейший граф, милостивейший государь! Вчера полученные здесь из Америки письма подтверждают доказательнейшим образом сколь твердое, столь и единогласное почти тамошних жителей намерение не повиноваться никаким таким повелениям, кои хотя бы мало клонились к утверждению над ними права здешнего законодательства; формально отказывают они ген. Гендже не только все для войск под командою его самонужнейшие надобности, но и самых простых работников, потребных для строения казарм. Генеральным в Филадельфии конгрессом решено уже не вывозить сюда никаких американских товаров, а здешних тамо не принимать. Город же Бостон, со всех сторон запертый, снабдевать достаточно всем потребным.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • «Варяг», «Аврора», «Титаник»… Знаменитые названия этих кораблей знает каждый. А слышали ли Вы, уважаемый читатель, о корабле Т-36? Хотя это даже не корабль, а так, самоходная баржа, не удостоенная имени собственного, морской грузовичок, задача которого — доставлять на берег груз с крупных кораблей. Возможно, люди постарше вспомнят что-то об этом суденышке, если назвать четыре фамилии: Зиганшин, Поплавский, Федотов, Крючковский. Хотя и они формально не являлись моряками, а были военными строителями, приписанными к пограничной заставе. Маленький самоходный катер, четыре молодых бойца, один из которых был младшим сержантом, а остальные и вовсе рядовыми… Все как-то незначительно, что же такого могли сделать эти четверо, чтобы навеки вписать свои имена в историю? А между тем в начале 1960-х годов каждый житель Советского Союза знал, кто такие Зиганшин, Поплавский, Федотов, Крючковский. Мало того, их имена гремели и по ту сторону океана, в стане «главного идеологического врага» подвигом советских матросов восхищались не меньше, чем на родине. И еще — пускай невольно, но четверо простых матросов сделали для сближения двух супердержав, СССР и США, едва ли не больше, чем многочисленные делегации политиков и дипломатов…

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5


  • Этиловый спирт используется в промышленности. Очищенный от примесей, он выступает основой многих алкогольных напитков. В свою очередь, неочищенный спирт – бражка, ее перегоняют на специальных аппаратах несколько раз, чтобы получился спирт-сырец (еще его называют неочищенным самогоном). Процесс изготовления, перегонки сложен, состоит из нескольких стадий. Большое значение имеет сырье, его качество и обработка, о чем подробнее поговорим во второй части статьи. А пока в двух-трех словах опишем каждую «ступеньку» изготовления.



  • Что приходит вам в голову при словосочетании «хип-хоп»? Могу поспорить, что девять из десяти вспомнят только рэп – быстрый речетатив под однообразную мелодию. В действительности хип-хоп – не просто еще одна субкультура, которой увлекаются подростки. Это огромная лавина из трех составляющих - рэпа, брэйка и граффити, захлестнувшая весь мир и, как ни странно, спасшая беднейшие кварталы городов Америки от кровавых выяснений отношений и борьбы за территорию влияния конкурирующих группировок.