Гражданская война в Америке. Часть 1.

Втр, 03/25/2014 - 20:21

Рабы на хлопковых плантациях

Группа чернокожих рабов, работающих на плантациях в Бьюфорте, Северная Каролина

Рабы на хлопковых плантациях

Уильям Уокер (1824-1860) Американский авантюрист

Но как ни убедительна была госпожа Стоу, у южного уклада находилось немало защитников, и некоторые из них заходили так далеко, что сравнивали рабовладельческие плантации с фаланстерами Фурье и призывали создать сильное правительство, которое распределило бы государственные земли между собственниками, а безземельных и безработных закрепило на земельных участках в качестве пожизненных арендаторов, чтобы спасти страну от тех социальных болезней, от которых страдает Север: нищеты и безработицы. Появление подобных сочинений (одно из которых носило красноречивое название «Банкротство свободного общества») заставило многих задуматься о том, что рабовладельческая система угрожает правам не только черных, но и белых жителей Америки, которая привыкла гордиться своими демократическими завоеваниями. Сложившаяся на Юге система террора, предназначенная для удержания в повиновении негров, могла быть с легкостью направлена и против других категорий населения. Известны случаи, когда белых, принявших участие в негритянских волнениях, насмерть забивали плетьми. Некоторые граждане Соединенных Штатов начали задаваться вопросом: «Будет ли Америка тем, чем мечтали сделать свою страну отцы-основатели ее независимости — подлинной демократией, основанной на утверждении прав человека? Или ей суждено выродиться в несчастную республику, возглавляемую кучкой рабовладельцев-линчевателей, для которых не существует иного закона, кроме собственной прихоти и произвола?». Известный писатель и философ Генри Дэвид Торо, неоднократно высказывавшийся за освобождение рабов, писал: «Нынешние времена не располагают к отдыху, мы израсходовали весь наследственный запас свободы. Если мы хотим спасти себя, нам надо бороться». Основания для беспокойства были. К примеру, во время волнений, предшествовавших президентским выборам 1860 г., в местечке Хендерсон в Техасе было повешено 22 аболициониста, в том числе священник.

Но хотя число противников рабства все время росло, накануне войны они далеко не составляли большинство, и не будь для конфликта между Севером и Югом других причин, кроме морально-этических разногласий, в северных штатах вполне могло возобладать мнение, высказанное газетой «Нью-Йорк геральд». Почтенный печатный орган писал об аболиционистах следующее: «Кто дал право этим религиозным маньякам собираться в нашем торговом городе с намерениями, осуществление которых привело бы его к разорению и положило бы конец его процветанию? Наш вывод, продиктованный благоразумием и патриотизмом, гласит: эти собрания опасны и заведомо злонамеренны как по своему характеру, так и по целям... Недопустимо, чтобы кучка одержимых присваивала себе право формировать общественное мнение». Кое-кто из северян высказывался еще более откровенно: «Мы не дураки, чтобы не знать, что рабство — величайшее зло и величайшая несправедливость... Но большая часть собственности южан инвестируется в него, и бизнес Севера так же хорошо, как и Юга, приспособлен к нему». Однако, при ближайшем рассмотрении, это последнее утверждение оказалось неверным. Между северным и южным укладом существовали не только этические, но и экономические противоречия.

Вопрос о земле. В США имелся обширнейший государственный земельный фонд. За период 1781-1853 гг. 1442 млн. акров земли поступили в распоряжение федерального правительства. Одним из наиболее острых политических вопросов на протяжении всего этого времени был вопрос о том, как распорядиться этим фондом. На Севере придерживались того мнения, что земля должна быть разбита на небольшие наделы, которые могут быть обработаны силами одной семьи, и на льготных условиях роздана безземельным гражданам, что позволило бы решить целый ряд социальных проблем, угрожавших общественному спокойствию, и способствовало бы оживлению экономики. На рабовладельческом Юге считали, что землю необходимо продавать обширными участками и превратить в новые плантации, которые принесут своим владельцам значительные прибыли. Плантационная система была устроена таким образом, что все время стремилась к расширению. Сторонники фермерского пути развития Америки предлагали принять закон о гомстедах (обязательном наделении земельными участками фиксированных размеров всех желающих граждан). Но этот закон постоянно блокировался представителями южных штатов в федеральных органах власти. В период 1857-1860 гг. конгресс неоднократно обсуждал проекты закона о гомстедах. Проекты получали одобрение палаты представителей, где северяне имели большинство (население северных штатов росло гораздо быстрее, чем в южных), но не проходили через сенат, где число представителей зависит от числа штатов, а не количества их жителей. Когда в июле 1860 г. обе палаты конгресса, наконец, одобрили закон о гомстедах, на него наложил вето президент Бьюкенен, ставленник южан.

В 50-е годы противостояние сторонников фермерского и плантационного пути развития впервые вылилось в вооруженное столкновение. Это произошло при заселении Канзаса. На земли этого новоиспеченного штата претендавали и переселенцы из рабовладельческого Миссури и пришедшие с Северо-Востока скваттеры (так называли людей, самовольно устраивавших фермы на пустующих землях). Конфликт был столь серьезен, что получил название Канзасская война. Переселенцы отпралялись на пашню группами в 5-10 человек и брали с собой винтовки. Когда два человека встречались, то вместо приветствия, спрашивали, положа руку на пистолет: «За свободный штат или рабовладельческий?». Очевидно, что скваттеров волновало не бесправие чернокожих, а их собственное положение. Они не желали разделить судьбу белых бедняков Юга, безземельных или владеющих клочком земли, недостаточным, чтобы прокормить семью. Формально это были свободные граждане, но в реальности они полностью зависели от соседей-плантаторов, и им отказывали даже в том уважении, каким пользовались негры, принадлежавшие знатным семьям. Положение белых бедняков весьма наглядно показано в знаменитом романе Маргарет Митчелл «Унесенные ветром», дающем картину гражданской войны глазами южан. В отличие от Гарриет Бичер-Стоу, Митчелл — не современница описываемых ею событий. Но, будучи дочерью главы Исторического общества Атланты, она основательно изучала архивы и семейные предания. В романе упоминаются бедняки Слэттери, владеющие несколькими акрами земли и не имеющие ни одного раба. Негры-слуги глубоко презирают их, называя «белой голытьбой» или «белой рванью». Правда, в этом весьма тенденциозном произведении Слэттери выглядят какими-то отщепенцами, и складывается впечатление, что они на всю округу одни такие никчемные. Но если обратиться к цифрам, то картина вырисовывается совсем другая.
В 1860 г. население юга составляло 9 млн. человек. Численность негритянского населения составляла 4 441 830 человек, из них рабов 3 953 760. Рабовладельцев насчитывалось 385 тыс. 89% рабовладельцев имели менее 20 невольников. Южная аристократия, владевшая 50 и более рабами, составляла чрезвычайно узкую прослойку — около 10 тыс. человек. Следовательно, люди, подобные Слэттери, составляли большинство населения южных штатов. Они могли бы превратиться в крепостных, если бы прожекты южных идеологов-фурьеристов, о которых говорилось выше, осуществились. Но была у них и другая перспектива. В случае расширения рабовладельческого плантационного хозяйства на новые территории, эти белые имели некоторый шанс стать не просто зажиточными фермерами, но господами-рабовладельцами.

Политики-южане не только препятствовали принятию закона о гомстедах, стремясь наложить лапу на уже существующий государственный земельный фонд, но и неизменно выступали сторонниками территориальной экспансии США в южном направлении, чтобы получить доступ к новым землям, на которых можно выращивать хлопок. Создавались организации, ставящие своей целью бороться за присоединение к Союзу Мексики, Кубы и других стран Латинской Америки. В начале 50-х годов с территории южных штатов было организовано ряд флибустьерских экспедиций, целью которых было поднять антииспанское восстание на Кубе, чтобы затем присоединить этот остров к Соединенным Штатам. Разумеется, предполагалалось, что на Кубе будет развиваться плантационный рабовладельческий тип хозяйства.

В 1856 г., во время гражданской войны в Никарагуа, американский авантюрист Уильям Уокер во главе вооруженного отряда вторгся на территорию этой страны и вмешался в события. Он действовал как частное лицо, но упорно ходили слухи, что Уокер пользуется негласной поддержкой президента США Пирса. Ему быстро удалось провозгласить себя главнокомандующим никарагуанской армии, а затем президентом страны. Лигитимность президентских выборов была более чем сомнительна, но Вашингтон незамедлительно признал режим Уокера. В числе его декретов был такой, который предусматривал бесплатное наделение землей иммигрантов из Соединенных Штатов, а также восстанавливающий рабство, отмененное в Никарагуа в 1824 г.

В 1857 г. объединенные войска Коста-Рики, Гватемалы, Сальвадора и Гондураса блокировали армию Уокера и вынудили его бежать в Штаты. При повторной попытке вторжения бывший диктатор Никарагуа был захвачен британскими военными, выдан властям Гондураса и расстрелян. В глазах многих американцев, особенно южан, он остался романтическим героем.

Идея передвижения государственной границы ближе к экватору вызывала большой энтузиазм на Юге, где с этой целью создавались специальные организации с умопомрачительными названиями вроде «Рыцари Золотого Креста», но не всегда встречала одобрение на Севере. Экономика свободных штатов могла успешно функционировать и без новых территориальных приобретений, а война всегда сопряжена с риском и потрясениями. Буржуазия Севера предпочитала торговую экспансию, и зарубила на корню не один романтический проект новых конкистадоров.

Вопрос о торговых пошлинах. Еще одним камнем преткновения в отношениях Юга и Севера был вопрос о размерах пошлин на ввозимые товары. Различие в укладах влекло за собой совершенно противоположные позиции в этом вопросе. Север развивался как производитель самых разнообразных и сельскохозяйственных, и промышленных товаров. К концу 50-х годов в наиболее развитых северо-восточных штатах, таких как Нью-Йорк, Пенсильвания, Массачусетс, насчитывалось несколько десятков крупных заводов, изготовлявших машины для текстильной промышленности, металлорежущие станки, паровые машины, локомотивы, не говоря уже о производстве предметов быта. Местные предприниматели были заинтересованы в протекционистской политике, поощряющей отечественного производителя.

Экономика Юга была значительно более специализированной, она базировалась на экспорте сельскохозяйственных культур, пользующихся наибольшим спросом на мировом рынке. В основном это был хлопок, определенную роль играло также производство табака, риса, сахара. Это приносило значительные прибыли, но даже большую часть продуктов питания, не говоря уже о промышленных товарах, южные штаты импортировали. Соответственно, высокие пошлины на ввозимые товары били южан по карману, а до интересов нью-йоркских и бостонских промышленников им не было никакого дела.

В 30-е годы государственным деятелям, представлявшим Север, удалось установить для ряда товаров пошлины, которые составляли 30-35% от их стоимости. В ноябре 1832 г. штат Южная Каролина объявил эти тарифы недействительными на своей территории и запретил федеральному правительству сбор соответствующих пошлин после первого февраля 1833 г. В случае принудительных мер Южная Каролина грозила выходом из Союза. Конфликт из-за тарифов продолжался и позже. В марте 1857 г. политики-южане добились снижения тарифов до 20-24% от стоимости. Представитель Южной Каролины в сенате У. Бойс заявлял: «Высокие пошлины — угроза собственности и праву покупать дешевле... Политика, направленная на поддержание неприбыльных отраслей промышленности, является для государства необдуманной. Страна не должна страдать из-за выгод 200 тыс. капиталистов». Накануне войны средний размер пошлины на ввозимые товары составлял 19% от стоимости, после войны его подняли до 47%, что обеспечило быстрое развитие послевоенного Севера.
Создание республиканской партии. Традиционно в политической элите довоенной Америки преобладали южане. Из 16 первых американских президентов 11 были выходцами из южных штатов. В 40-е-50-е гг. их влияние в федеральных органах власти особенно возросло. Следствием стало принятие в 1850 г. уже упоминавшегося закона о беглых рабах, в 1857 г. — решение о понижении тарифов, блокирование закона о гомстедах и ряд других законодательных актов, которые, как опасались определенные слои общества, могли привести к неограниченному распространению рабовладельческой системы и пренебрежению интересами северян. Судебные решения, согласно которым рабовладельцы могли брать с собой в свободные штаты своих рабов, полностью сохраняя на них права, фактически сводили на нет положение Миссурийского компромисса о нераспространении рабства севернее 36°30'' параллели. По подсчетам газеты «Нью-Йорк дейли трибюн», в 1860 г. среди высших должностных лиц и чиновников было 543 южанина и 386 северян. Видный деятель аболиционистского движения Т. Паркер писал по этому поводу: «Длительное время американское правительство контролируется плантаторами. Верховный суд США является рабовладельческим судом. То же самое можно сказать о конгрессе... Большинство северных политиков только надсмотрщики за собственностью рабовладельцев». Все чаще можно было услышать мнение, что демократическая партия, ранее воспринимаемая как общенациональная, превращается в партию южных плантаторов.
Так назрела необходимость создания сильной партии, проводящей политику, выгодную северянам. Эта партия, организованная в середине 50-х годов, получила название республиканской. Ведущую роль в ней играли представители промышленной буржуазии Севера. При этом она стала центром объединения всех, кто стоял на позициях нераспространения (но вовсе не обязательно уничтожения) института рабства.

Другие материалы рубрики


  • В 50–60-е годы XIX ст. в странах Европы наблюдается некоторое оживление как в экономической, так и в политической жизни. Появляются крупные промышленные предприятия — заводы, фабрики, в которых активно внедряется машинное производство.
    Широкое применение получают радио, телеграф, паровые машины, электрические приборы и приспособления, а также многие-многие другие изобретения, которые способствовали резкому повышению производительности труда и улучшению качества выпускаемого товара.
    В политической сфере Западной Европы начались движения по объединению разрозненных мелких стран в более крупные государственные образования.
    Это коснулось и Апеннинского полуострова, особенно области, называемой Сардиния (Пьемонт), которая начала активные действия по объединению в единое государство разрозненных итальянских земель. Для этого Сардинское королевство искало союза с более могущественными и влиятельными странами Европы.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • 6 ноября 1860 г. кандидат от республиканской партии Авраам Линкольн одержал победу на президентских выборах, получив 180 голосов выборщиков против 123. К тому времени противоречия между Севером и Югом зашли так далеко, что избранный большинством президент оказался не просто нежелателен, а совершенно неприемлем для оказавшихся в меньшинстве. Никакие заверения республиканцев в том, что вопрос о рабовладении есть внутреннее дело каждого из штатов и никто не собирается его отменять, никого не успокоили. Общественность Юга была уверена, что политика Линкольна будет направлена против их интересов. Надо сказать, часть республиканцев укрепляла эту уверенность. Еще в ходе избирательной кампании Фредерик Дуглас высказал мысль: «Рабовладельцы управляли страной с помощью правительства в течение последних 15 лет. Пусть враги рабства руководят нацией в течение следующих пятидесяти лет»
    Хотя сам Линкольн еще не предпринял ничего определенного, южные газеты призывали не сотрудничать с правительством и писали, что «сецессия — только вопрос времени». Но, согласно закону, до 4 марта 1861 г. у власти продолжал находиться президент Бьюкенен. За это время регулярные воинские части были отведены с Юга на Запад, крупные суммы из бюджета переведены в южные банки, а военный департамент переправил на Юг 500 тыс. ружей.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • 1 апреля 1861 г., спустя неполных два месяца после обнародования манифеста об освобождении крестьян, А.И. Герцен, уже много лет как обосновавшийся в Лондоне с тем, чтобы выпускать здесь свободный от цензуры русский журнал, опубликовал заметку, в которой говорилось следующее: «С упованием на новую поступь России, с бьющимся сердцем ждали мы наш праздник. На нем первый раз от роду при друзьях русских и польских, при изгнанниках всех стран, при людях, как Маццини и Луи Блан, при звуках «Марсельезы» мы хотели поднять наш стакан и предложить неслыханный при такой обстановке тост за Александра II освободителя крестьян!.. Но рука наша опустилась; через новую кровь, пролитую в Варшаве, наш тост не мог идти».
    Польское восстание 1860-х годов отбросило мрачную тень на все царствование Александра Освободителя, весьма затруднило примирение правящей элиты с либеральной интеллигенцией, которое, как мы видим из заметки Герцена, было возможно и могло оказаться весьма плодотворным. Об этом событии очень трудно составить объективное мнение. Пролитая кровь, польская и русская, не способствует беспристрастности суждений. Хотя с момента восстания минуло уже полтора столетия, страсти до сих пор не улеглись.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • Государственное образование Священная Римская империя, основанное в 962 г. германским королем Оттоном I Великим, а с 1512 г. по 1806 г. Священная Римская империя германской нации, в лучшие годы своего расцвета объединила государства Центральной Европы: Германию, северную и среднюю Италию, Швейцарию, Бургундское королевство, Нидерланды, Бельгию, Чехию, Силезию, Эльзас и Лотарингию. С 1134 г. формально империя состояла из трех королевств: Германии, Италии и Бургундии (средневекового государства, существовавшего в X–XIV вв. на территории современной юго-восточной Франции). С 1135 г. в состав империи вошло королевство Чехия (королевство Богемия), официальный статус которого в составе империи был окончательно урегулирован в 1212 г. Империя рассматривалась как прямое продолжение античной Римской империи и франкской империи Карла Великого.
    За всю историю существования Священной Римской империи германской нации процессы становления ее как единого государства так и не были завершены. Империя оставалась децентрализованным образованием со сложной феодальной иерархической структурой, объединявшей несколько сотен территориально-государственных образований.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5
    • 6


  • Поляки, Неаполитанский король со своей кавалерией, стоявшей на левом крыле поляков, а также войска князя Экмюльского (маршала Даву — Н.Б.) выступили еще до рассвета. Их атака была стремительной, но оборона была упорной. Князь Багратион, стоявший против них, защищался с силой и отвагой, но наши солдаты были полны такого пыла, что ничто не в состоянии было их остановить. Генерал Компан, раненый при первых атаках, был заменен генералом Раппом, которого вскоре постигла такая же судьба, когда он шел во главе тех же самых храбрецов. Замена раненых или убитых генералов происходила без малейшего шума, и передвижения войск не испытывали ни малейшей задержки, даже когда был ранен князь Экмюльский.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5


  • Итак, первоначальный план военных действий французов был таков: соединить военные корпуса при Меце и при Страсбурге; переправиться через Рейн при Максау; принудить южногерманские государства к нейтралитету и затем перенести театр военных действий на Эльбу. Превосходящий по численности французский флот мог одновременно искать себе применение в Немецком море: произвести, например, высадку в Ганновере или войти в союз с датчанами.
    Однако немцы не дремали и, не дожидаясь 19 июля, быстро и четко провели мобилизацию. В течение десяти дней объединенное северогерманское войско перешло с мирного положения на военное, т. е. с 300 тыс. чел. оно разрослось до 900 тыс. чел. С такой же быстротой и четкостью была произведена и мобилизация южногерманских войск, которые без малейших помех были доставлены сквозными поездами на границу.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • ...После жестокого боя 24 августа русские заняли линию Маслово-Бородино-Семеновское-Утица. Французы начали развертывание для атаки на фронте западнее Бородино, Алексинки, Шевардино и южнее. 25 августа обе стороны готовились к сражению, заканчивалась рекогносцировка и отдавались окончательные распоряжения. Французы провели ряд боевых действий (разведок) севернее Бородино и южнее Утицы, которые подтвердили уже сделанную Наполеоном оценку местности на этих направлениях: она была непригодна для действия крупных масс войск. Судя по имеющимся данным, 25 августа оба полководца - Наполеон и Кутузов - в результате боя за Шевардинский редут и рекогносцировок приняли следующие планы боя.



  • ...Генерал Крук командовал всеми тремя колоннами, вторгшимися в 1876 году в земли индейцев, однако у двух из них были еще и свои собственные командиры: полковник Джон Гиббон и подполковник Джордж Армстронг Кастер, командир 7-го кавалерийского полка, прославившийся как герой войны между Севером и Югом. Гражданскую войну Джордж Кастер закончил генералом, причем получил это звание в возрасте 23 лет. Потом он вынужден был оставить службу, а когда опять обратился к военной карьере, то должность сумел получить всего лишь подполковника и сделался командиром 7-го кавалерийского полка, но сослуживцы продолжали называть его генералом. Кавалеристы Кастера имели на вооружении длинные сабли, за что их прозвали «длинными ножами»...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5
    • 6


  • Итальянское командование считало контингент в 35 тыс. солдат достаточным для выполнения главного задания — захвата всей территории Триполитании и Киренаики.
    Для перевозки итальянского экспедиционного корпуса были законтрактованы 40 крупных торговых судов, командование которыми было передано морским офицерам, экипажи оставались гражданскими. На каждом пароходе для передачи сигналов были назначены матросы-сигнальщики. Конвоировались транспортные суда боевыми судами: в голове и хвосте крейсерами, а на флангах — миноносцами, кроме того, они были хорошо обеспечены десантными средствами.
    Сбор и подготовка частей десантного корпуса, а также подготовка транспортов в общем продолжались около 10 дней, и первый эшелон был посажен в Неаполе и Палермо 26 сентября 1911 г.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Император объехал берег в сопровождении саперного генерала Аксо. Утром ему пришлось накинуть шинель одного из польских солдат, чтобы не привлекать внимания. По окончании рекогносцировки он подъехал к группе чинов штаба, чтобы снова обсудить вопрос о различных пунктах, где войско могло занять позиции. Когда император скакал галопом по полю, из-под ног его лошади выпрыгнул заяц, и она слегка отскочила вбок. Император, который очень плохо ездил верхом, упал наземь, но поднялся с такой быстротой, что был на ногах прежде, чем я подоспел, чтобы его поднять. Он вновь сел на лошадь, не произнеся ни слова. Почва была очень рыхлая, и он лишь слегка ушиб нижнюю часть бедра. Я тогда же подумал, что это — дурное предзнаменование, и я, конечно, был не единственным, так как князь Невшательский (маршал Бертье — Н. Б.) тотчас же коснулся моей руки и сказал:
    — Мы сделали бы гораздо лучше, если бы не переходили через Неман.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5