Легенда о короле Артуре. Часть 2

Сб, 12/12/2015 - 23:12

Древние бритты

Бритты против сакса (VI в.н.э.)

Кельтский друид



Вопрос о том, что именно в книге Гальфрида Монмутского, повествующей о короле Артуре, соответствует исторической правде и откуда писатель брал свои сюжеты, в значительной степени остается открытым. Но некоторые его источники проследить все же удалось. Так, не подлежит сомнению, что, прежде чем приступить к своей «Истории бриттов», Гальфрид ознакомился с книгой того же названия, принадлежащей перу Ненния, валлийского писателя, жившего в конце VIII — начале IX вв. В отличие от Гальфрида, Ненний не считается беллетристом. Его работу, к сожалению, небольшую по объему, относят к серьезным историческим источникам. В той части, которая проверяется по другим документам, допущены лишь сравнительно небольшие неточности: ошибка в дате на несколько лет, раздвоение некоторых исторических лиц или, наоборот, слияние двух персонажей, имеющих похожие имена и близких по времени и функциям. Ну и красочные, но малоправдоподобные описания чудес, совершенных британскими святыми. Источником для «Истории» Ненния служили труды поздних античных авторов и англо-саксонские хроники.

В «Истории бриттов» Ненния есть множество моментов, перекочевавших в «Историю бриттов» Гальфрида без существенных изменений. Таков, например, рассказ о незадачливом короле Вортегирне (Гвортигирне). Правда, Ненний излагает историю его воцарения несколько менее подробно. Он лишь говорит: «В Британии царствовал тогда Гвортигирн и, пока царствовал, трепетал перед пиктами и скоттами, страшился Амброзия и римлян». О том, кто такой этот Амброзий, перед которым трепетал король, у Ненния ничего не сказано. В законного наследника престола, брата свергнутого Вортегирном государя, он превращается только в книге Гальфрида. Зато история прибытия на остров Хенгиста и Хорсы, приглашение их на королевскую службу, женитьба британского короля на прекрасной Ровене и засилье саксов описаны в документальной хронике столь же подробно, сколь и в художественной. Присутствует там также эпизод со строительством башни, поиском юноши для жертвоприношения и произнесенном этим юношей пророчестве. У Ненния эта сцена разве что несколько менее масштабна. Дерутся не два дракона, а два змея на разостланном у водоемах холсте. Само пророчество гораздо менее длинное, но зато куда более вразумительное: «Сия тайна открыта мне, и я вас к ней приобщу: холст — образ твоего королевства, о король; два змия, то два дракона; багряный дракон твой, а водоем — образ нашего мира. Белый дракон — дракон народа, что захватил в Британии множество областей и подчинил себе множество обитающих в ней народов, и он будет властвовать в ней почти от моря до моря. Но в последующем поднимется наш народ и вышвырнет народ англов за море. Ты же ступай отсюда, ибо тебе не построить здесь крепости, и обойди многие земли, дабы обрести для себя безопасное обиталище, а я тут останусь». Но юного пророка зовут не Мерлин, а Амброзий. Судя по контексту, это не тот таинственный Амброзий, которого страшился король, но, возможно, его родич. Такое различие двух литературных источников дало повод современной писательнице Мэри Стюарт создать образ Мерлина Амброзия, внебрачного сына принца-изгнанника. В ее романе «Хрустальный грот» мать Мерлина сочинила историю о потусторонних силах, якобы приложивших руку к рождению ее ребенка, потому что считала: в сложившейся ситуации для мальчика будет безопаснее слыть сыном дьявола, чем сыном законного претендента на трон.

О конце этого бесславного царствования в книге Ненния сказано так: «После того, как Гвортигирна возненавидели за грехи все его соотечественники, как могущественные, так и немощные, как рабы, так и свободные, как монахи, так и миряне, как малые, так и великие мира сего, он, перебираясь с места на место, стал блуждать по стране, пока сердце его не разорвалось, и он умер бесславно». Приводится также еще одна версия событий, согласно которой небесный огонь, сошедший по молитве святого Германа, испепелил замок, в котором скрывался неправедный король.

Потом вновь упоминается Амброзий, «верховный среди бриттских властителей», но никаких подробностей его воцарения и правления не приводится, чуть позже на страницах хроники, наконец, появляется Артур, не король, а военачальник (dux bellorum). Ненний рассказывает о нем следующее: «После смерти Хенгиста, его сын Окта передвинулся с левой стороны Британии к королевству кантов, и от него происходят короли последних. В те дни сражался с ними военачальник Артур совместно с королями бриттов. Он же был главою войска». Далее следует перечисление выигранных Артуром сражений, всего числом двенадцать. Последнее — сражение при горе Бадон — принесло ему наибольшую славу. Потом говорится: «Во всех упомянутых битвах он одержал верх. А саксы, так как во всех этих битвах были повержены, запрашивая из Германии помощь, непрерывно возрастали в числе и призывали к себе королей из Германии, дабы те царствовали над ними в Британии, и так продолжалось до того времени, в которое царствовал Ида, сын Эоббы: он стал первым королем земли Беорники». Вот, собственно, и все. Ни деталей биографии, ни обстоятельств смерти Артура в хронике Ненния нет. Дальше автор перечисляет саксонские династии Британии, затем переходит к землеописанию.

Следы существования реального исторического Артура можно обнаружить и в некоторых других документах. Так в «Анналах Камбрии», созданных, по-видимому, в X в., под 516 г. записано: «Битва при горе Бадоне, во время которой Артур носил на плечах крест господа нашего Иисуса Христа три дня и три ночи, и бритты были победителями». К 537 г. относится запись: «Битва при Камлане, во время которой Артур и Медраут убили друг друга, и мор наступил в Британии и Ирландии». Также Артур, как герой борьбы с саксонскими завоевателями, сильнейший и храбрейший среди воинов, упомянут в ряде валлийских баллад. В том числе известна одна, по-видимому, созданная современником событий. Из дошедших до нас исторических трудов наиболее близко по времени сочинение монаха Гильдаса «О разорении Британии». Об интересующих нас событиях там сказано следующее: «Чтобы не быть окончательно уничтоженными, они (бритты — Н. Б.) взяли оружие и выступили против своих победителей под началом Амброзия Аврелиана. Он же был почтенным мужем, единственным из народа римлян, пережившим ту бурю, в которой погибли и его родители, по праву носившие пурпур. И с помощью Божьей им досталась победа. С того времени побеждали то бритты, то их враги, чтобы Господь по своей воле мог испытать этот народ, как новый Израиль. Так продолжалось до года битвы у горы Бадон, где нечестивые полчища были окончательно разбиты. Случилось это, как мне ведомо, сорок четыре года и один месяц назад, и это был также год моего рождения. Но до нынешнего дня города нашей страны не заселены так, как прежде; они стоят опустевшие и разрушенные, поскольку, хотя войны с чужеземцами прекратились, междоусобные войны продолжаются. Столь безнадежное разорение острова и его нежданное спасение случились на памяти ныне живущих, которые стали свидетелями обоих этих чудес». Как видим, полководца, одержавшего победу у горы Бадон, Гильдас не назвал. Предполагают, что он имел на это свои причины.

Другие материалы рубрики


  • ...В 1189 году начинается Третий крестовый поход. Гвидо де Лузиньян с очень небольшими силами, нарушив данное Салах-ад-дину (так на самом деле звучит имя Саладин) в плену слово, возобновил войну и осадил Акру. Во время долгой осады осажденными был второй раз взят в плен и на этот раз обезглавлен Жерар де Ридефор. К 1191 году только прибытие участников Третьего крестового похода позволило Лузиньяну, после двухлетней осады, овладеть крепостью Сен-Жан д`Акр (Акра). Тамплиеры, принимавшие активное участие в осаде крепости, размещают в городе свой Тампль (так традиционно уже называется штаб-квартира Ордена). На сто лет город стал штаб-квартирой тамплиеров, которые лихорадочно собирали новые кадры. Восемнадцать месяцев у Ордена не было магистра. Но понемногу все снова наладилось...



  • ...Сразу нужно отметить, что самым жестоким было преследование тамплиеров именно во Франции. Там к тамплиерам сразу же были применены пытки и жестокое обращение. Именно во Франции впервые стали сжигать на кострах рыцарей Ордена Храма. К несчастью инквизиторов, среди тамплиеров не было ни одного подследственного, который бы отстаивал ересь Ордена. Наличие такого свидетеля было бы просто подарком судьбы для Филиппа IV. Конечно, рыцари под пытками признавались во всех грехах, но не отстаивали приписываемые им ереси. Пытки были настолько ужасны, что Аймери де Вильер позже заявил: «Я бы признал все; я думаю, что признал бы, что убил Бога, если бы этого потребовали». Но после, на следующем же допросе рыцари отказывались от признаний в ереси. Эти отказы носили столь массовый характер, что Жан де Мариньи, архиепископ Санской епархии (в которую тогда входил и Париж) был вынужден под давлением Филиппа IV передавать отказывающихся от своих показаний тамплиеров в руки светской власти для сожжения на кострах. Все инквизиционные правила перевернулись наоборот: ведьма, отказавшаяся от ереси, была уверена в своем спасении и окончании пытки; тамплиер, отказавшийся от ереси, попадал на костер...



  • ...Но не XVI век изобрел «козни дьявола». Вера в магию, чертей, колдунов и ведьм — древнейшего происхождения. В законодательстве самых «темных» столетий, как было принято некогда именовать раннее Средневековье, то предусматривались наказания для обвиняемых в ведовстве, то запрещалось их преследование. В VIII в. Карл Великий воспретил под страхом смерти в недавно обращенной тогда в христианство Саксонии «языческий обычай» сожжения ведьм. В решениях церковных соборов X в. указывалось, что убеждение некоторых женщин, будто они летали на шабаш, есть следствие происков сатаны, и доверие к таким рассказам равносильно впадению в ересь. Однако уже в XII—XIII вв. положение существенно изменилось. А в конце XV и начале XVI вв. восторжествовало вообще диаметрально противоположное мнение: кознями дьявола и ересью надлежит считать как раз неверие в реальность шабаша. Эта позиция была зафиксирована, между прочим, в получившей зловещую известность книге «Молот ведьм», написанной инквизиторами Г. Инститорисом и Я. Шпренгером и опубликованной в 1487 г. при прямом поощрении со стороны римского престола...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • В одной рукописи конца IX в., повествующей о жизни и деяниях Карла Великого, приводится такая история: «Однажды случилось так, что Карл, объезжая свои земли, прибыл в некий город Нарбоннской Галлии. Когда он сидел за столом, в гавани появились норманнские лазутчики, высматривая добычу. Но никто не догадался об их истиной принадлежности. Все смотрели на корабли, и одни приняли их за иудейских, другие за африканских, а третьи — за британских купцов. Но премудрый Карл немедленно узнал по их вооружению и ловкости маневрирования, что это не купцы, а враги, и сказал своим людям: «Эти корабли набиты не товарами, они полны наших злейших неприятелей!». При этих словах все поспешили к кораблям, обгоняя друг друга, но напрасно. Едва норманны узнали, что тут находится Он, Карл-Молот, как они его называли, то немедленно обратились в бегство, избегая не только оружия, но и взгляда преследовавших.
    Они боялись, что от взгляда императора их мечи потеряют силу и разлетятся на куски. Но благочестивый Карл, муж праведный и богобоязненный, встал из-за стола и подошел к окну, которое выходило на восток. Тут он плакал долгое время, и так как никто не дерзал заговорить с ним, сам обратился к своим воинственным соратникам и сказал им, желая объяснить свое поведение и слезы: «Знаете ли, о мои возлюбленные, о чем я плакал? Не о том, что я боюсь, будто эти глупцы, эти ничтожные людишки могут быть мне опасны, но меня огорчает, что при моей жизни они осмелились коснуться этих берегов, и горюю я потому, что предвижу, сколько бедствий они причинят моим преемникам и их подданным.»
    Скорбь императора была пророческой. Последующие три столетия норманны наводили ужас на всю Европу.



  • ... Тем временем, очень далеко от Франции и Англии произошло событие, которое взбудоражило всю Европу. В 1187 г. султан Египта и Дамаска Саладин отбил у христиан Иерусалим — бывший с 1099 г. столицей государства крестоносцев (Иерусалимского королевства). Как только эта ужасная новость достигла дворов европейских государей, было принято решение о новом крестовом походе, и Ричард поклялся принять в нем участие. Но весь следующий год ему было не до того. Он даже потратил значительную часть собранного для крестового похода чрезвычайного налога (так называемой Саладиновой десятины) на политическую и военную кампанию против Генриха II. В мятеж удалось вовлечь и принца Джона. Говорили, что известие об измене младшего сына стало роковым для английского короля. Потрясенный, он умер в 1189 г. в луарском замке Шинон, бывшем частью его континентальных владений (впоследствии этот замок прославился тем, что именно здесь Жанна д’Арк явилась ко двору дофина Карла)...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5
    • 6


  • Курляндия стала герцогством в 1561 году, как феодальное владение Речи Посполитой на территории современной Латвии. После распада в 1567 году государств Ливонии, власть в которых принадлежала ордену и епископам, возникло Курземско-Земгальское герцогство (герцогство Курляндское и Земгальское) — государство, находившееся в вассальной зависимости от Польши. Обычно его называли Курземским (Курляндским) герцогством (немецкое Kurland — земля куршей). Во главе этого государства стоял герцог, являвшийся вассалом короля Речи Посполитой.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • ...Следствием преобразований были впечатляющие военные успехи империи в борьбе с Арабским халифатом. В 717 году критическая военная ситуация отдала власть в руки Льва Исавра — стратига малоазийской фемы Анатолика, ставшего императором Львом III, основоположником Исаврийской династии. Ему удалось одержать ряд побед над арабами и снять угрозу со столицы. В 726 году ведущий успешную борьбу с арабами и потому любимый народом Лев Исавр, опираясь на широкие крестьянские массы, сделал официальной государственной политикой иконоборчество, неортодоксальную ветвь христианства, популярную в среде стратиотов. Идеологическая база иконоборчества давала ему основания для изъятия части монастырских сокровищ и ликвидации податных льгот монастырям. Полученные таким образом средства шли на закрепление военных успехов. Политика императора естественно вызвала сопротивление церкви, находящей поддержку у остатков старой городской знати и городской бедноты, которую церковь подкармливала на свои средства. Но пока императоры-иконоборцы одерживали победы, их позиции оставались достаточно сильными. Преемник Льва III Константин V закрыл и превратил в казармы и мастерские мятежные монастыри. В 754 г. иконоборческий собор осудил иконопочитание, предал анафеме "древопочитателей" и "костепочитателей".

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Вот уже восемьсот лет история о короле Артуре, мудром волшебнике Мерлине и доблестных рыцарях Круглого Стола числится среди самых востребованных сюжетов художественной культуры. То есть — за восемьсот лет можно поручиться, а дальше ее истоки теряются во мраке веков. Дальше мы просто не имеем достоверных письменных источников, а проследить судьбу устного предания очень трудно.
    Цикл артуровских романов Томаса Мэлори, напечатанных в 1485 г. под общим заглавием «Смерть Артура», был одним из первых в мире светских художественных произведений, изданных массовым, по меркам того времени, тиражом.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Летом 1187 г. войска султана Египта и Дамаска Салах-ад-Дина, известного европейцам под именем Саладин, подошли к стенам Иерусалима, который вот уже 88 лет был столицей Иерусалимского королевства, основанного в Святой Земле рыцарями-крестоносцами. Этому событию предшествовал целый ряд побед мусульманского полководца, в результате чего под его контроль перешло множество городов и крепостей ранее принадлежавших христианам: Сен-Жан-д'Акр, Яффа, Кесария, Арсуф, Бейрут, Иерихон, Наблус, Рамла. Особенно тяжелые последствия для пришельцев с Запада имела битва при Хаттине, когда основные силы крестоносцев были разгромлены, а король Иерусалимский Ги де Лузиньян был взят в плен.
    Положение жителей осажденной столицы было крайне тяжелым, чтобы не сказать — безнадежным. Им неоткуда было ждать помощи. Тем не менее они предприняли попытку оказать сопротивление...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5


  • В 1405 году — почти за век до того, как Христофор Колумб открыл Америку, — отправился в путь один из самых больших за всю историю человечества флотов, им командовал адмирал — евнух Чжэн Хэ. Это было проникновение в мир иных народов высокой культуры, которая была настолько выше культуры аборигенов, что вызвала у них настоящее потрясение. Мореплаватели вели подробные и точные записи увиденного и составляли карты. Но со временем Китай погрузился в болото изоляции от всего остального мира, и мысли о мировой экспансии исчезли, а ценнейшие документы были попросту уничтожены. Со временем о небывалых достижениях просто забыли. Любые поездки китайцев за рубеж запрещались…

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5
    • 6