Легенда о короле Артуре. Часть 2

Сб, 12/12/2015 - 23:12

Итак, по всей видимости, изначально в британском фольклоре существовало две независимые группы устных преданий: легенды об отважном и удачливом полководце, защищавшем страну от вторжения, и гораздо более древние сказки о Бране-вороне, священном короле Британских островов, боге-охранителе, страннике, вхожем в потусторонний мир. Потом эти истории переплелись — тем более легко, что, возможно, полководец получил свое имя в честь кельтского божества. В период Темных веков такое не редкость даже у народов, принявших крещение.

Некоторые другие герои Артурианы также имеют впечатляющую родословную. Так у сэра Гавейна (Гвэйна, Вальвания) — племянника Артура и славнейшего после Ланселота рыцаря Круглого Стола — исследователи находят много общих черт с героем ирландских саг Кухулином.
Злодейку Фею Моргану иногда трактуют как перевоплощенный образ ирландской богини Морриган (Великой Королевы), сеющей войну и разрушение. Впрочем, некоторые ученые считают очевидное сходство имен Моргана и Морриган ложным другом культуролога и отрицают генетическую связь между этими двумя персонажами. Возможно, это и так, хотя на первый взгляд поверить трудновато, ведь у героинь похожи не только имена, но и функции, и некоторые черты биографии. Морриган сначала строит козни Кухулину, но потом стремится предотвратить его смерть. Моргана сначала строит козни Артуру, но потом помогает переправить его на остров Аваллон, где Король Былого и Грядущего получает исцеление от смертельных ран.
А вот герой Артурианы, обладающий наибольшим магическим могуществом, великий волшебник и прорицатель Мерлин, как ни странно, не имеет явных «предков» в языческом пантеоне. Его прототипом считается знаменитый бард Мирддин Дикий, действительно живший в Уэльсе в VI в., поэт, музыкант и, возможно, ученый. Кстати сказать, у волшебника и провидца, описанного Гальфридом, есть ряд любопытных черт. Так, когда по приказу короля Амброзия Мерлин возводит камни Стоунхенджа над могилами предательски убитых саксами британских вождей, он делает это отнюдь не посредством заклинаний, а при помощи неких хитроумных машин собственной конструкции. Да и разрушение башни Вортегирна он объясняет наличием подземного озера, причиной, если вдуматься, вполне материалистической.

Также трудно оказалось обнаружить божественных предков убийцы Артура — Мордреда (Мердаута). Но культурологически этот персонаж интересен своими запутанными родственными отношениями с королем. Мордред то племянник Артура, то его сын, то сын и племянник одновременно (плод кровосмесительной связи с сестрой). Причина этой путаницы кроется в том, что в наиболее архаичных литературных памятниках племянник (и не всякий племянник, а именно сын сестры) выполняет те же функции, которые в более поздних текстах несет собственный сын. При матрилинейной системе родства, распространенной в глубокой древности до возникновения жесткого моногамного брака, ближайшим родственником мужского пола считался не отец, а дядя по матери. Так что в старейших преданиях в изобилии фигурируют племянники вождя и, как правило, совсем не фигурируют сыновья. С развитием патриархальной семьи положение меняется. В силу того, что артуровская легенда включает далеко отстоящие друг от друга временные пласты, и возникла эта путаница, которую, в конце концов, объяснили с помощью популярного в древности сюжета о кровосмесительной связи, ставшей источником проклятья и гибели. В таком варианте изложения роковая роль Мордреда в судьбе властителя Камелота обычно бывает предсказана заранее.

Стоит, однако, обратить внимание, что история, рассказанная Гальфридом Монмутским, содержит ряд конкретных биографических деталей. Артур взошел на престол в возрасте пятнадцати лет. Войско провозгласило Артура королем после внезапной смерти его отца в весьма непростой политической обстановке. В первые годы правления юного короля его права на престол оспаривались, и ему пришлось утверждать их силой оружия. В конце концов, он не только объединил под своей властью Британию, но и подчинил ряд земель на континенте, в том числе Скандинавию, создал обширное и могущественное государство, принес Британии мир и процветание. После его преждевременной смерти это государство распалось.
Гальфрид не мог почерпнуть все эти подробности из реальной биографии исторического Артура, который не был королем, не добился единства Британии и, очевидно, никогда не воевал на континенте. И вряд ли они имелись в преданиях о Бране-вороне. Последние были слишком условно-сказочными для подобной конкретизации. Можно, конечно, объявить все это плодом воображения писателя, но можно и попробовать поискать объяснение. Довольно распространенным является мнение, что легенда о сильном централизованном государстве, якобы возникшем в Британии накануне окончательного подчинения ее саксами, возникла, так сказать, от противного. Порабощенные бритты горевали, что объединение кельтских вождей перед лицом общего врага так и не состоялось, и создали его в своем воображении.

Объяснение не хуже всякого другого, но дело в том, что некогда в Британии действительно правил король, чья биография подозрительно напоминает биографию Артура в изложении Гальфрида. Только этот король не был бриттом и даже саксом, а явился на остров из Скандинавии. Было это всего за сотню лет до того, как «История» Гальфрида Монмутского увидела свет.
Выше уже говорилось, что отношения поселившихся в Британии саксов и датчан складывались неоднозначно. В правление Альфреда Великого (871 — 899) дальнейшее продвижение датчан на занятые ранее саксами земли приостановилось, но в то же время получила официальное признание так называемая «область датского права» (Денло), территория компактного проживания выходцев из Скандинавии, не подпадающих под юрисдикцию саксонских королей. В дальнейшем последние охотно заключали династические браки с сестрами и дочерьми датских конунгов, а смешанные браки среди рядового населения были обычным явлением. Заключение договоров нередко скреплялось обменом знатными заложниками. Такие заложники годами и десятилетиями жили при чужом дворе на положении почетных гостей.

Но, несмотря на явные успехи в мирном урегулировании датско-саксонского вопроса, конфликты время от времени возникали, и в Англии всегда была сильная антидатская партия. В 1015 г. королю Этельреду II пришла в голову безумная мысль решить национальную проблему радикально, раз и навсегда. В планы Этельреда входила жуткая резня, но у него не хватило авторитета, чтобы осуществить свои замыслы в полном объеме. Против него восстали не только датчане, но и многие англичане, и трон его зашатался. Положение усугубило то, что в числе жертв геноцида оказалась родная сестра короля Дании Свейна Вилобородого. Пылая жаждой мести, Свейн снарядил военный поход против убийцы, но не успел он высадиться в Англии, как его настигла внезапная смерть.

Другие материалы рубрики


  • ... Тем временем, очень далеко от Франции и Англии произошло событие, которое взбудоражило всю Европу. В 1187 г. султан Египта и Дамаска Саладин отбил у христиан Иерусалим — бывший с 1099 г. столицей государства крестоносцев (Иерусалимского королевства). Как только эта ужасная новость достигла дворов европейских государей, было принято решение о новом крестовом походе, и Ричард поклялся принять в нем участие. Но весь следующий год ему было не до того. Он даже потратил значительную часть собранного для крестового похода чрезвычайного налога (так называемой Саладиновой десятины) на политическую и военную кампанию против Генриха II. В мятеж удалось вовлечь и принца Джона. Говорили, что известие об измене младшего сына стало роковым для английского короля. Потрясенный, он умер в 1189 г. в луарском замке Шинон, бывшем частью его континентальных владений (впоследствии этот замок прославился тем, что именно здесь Жанна д’Арк явилась ко двору дофина Карла)...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5
    • 6


  • В одной рукописи конца IX в., повествующей о жизни и деяниях Карла Великого, приводится такая история: «Однажды случилось так, что Карл, объезжая свои земли, прибыл в некий город Нарбоннской Галлии. Когда он сидел за столом, в гавани появились норманнские лазутчики, высматривая добычу. Но никто не догадался об их истиной принадлежности. Все смотрели на корабли, и одни приняли их за иудейских, другие за африканских, а третьи — за британских купцов. Но премудрый Карл немедленно узнал по их вооружению и ловкости маневрирования, что это не купцы, а враги, и сказал своим людям: «Эти корабли набиты не товарами, они полны наших злейших неприятелей!». При этих словах все поспешили к кораблям, обгоняя друг друга, но напрасно. Едва норманны узнали, что тут находится Он, Карл-Молот, как они его называли, то немедленно обратились в бегство, избегая не только оружия, но и взгляда преследовавших.
    Они боялись, что от взгляда императора их мечи потеряют силу и разлетятся на куски. Но благочестивый Карл, муж праведный и богобоязненный, встал из-за стола и подошел к окну, которое выходило на восток. Тут он плакал долгое время, и так как никто не дерзал заговорить с ним, сам обратился к своим воинственным соратникам и сказал им, желая объяснить свое поведение и слезы: «Знаете ли, о мои возлюбленные, о чем я плакал? Не о том, что я боюсь, будто эти глупцы, эти ничтожные людишки могут быть мне опасны, но меня огорчает, что при моей жизни они осмелились коснуться этих берегов, и горюю я потому, что предвижу, сколько бедствий они причинят моим преемникам и их подданным.»
    Скорбь императора была пророческой. Последующие три столетия норманны наводили ужас на всю Европу.



  • ...С этого момента начинается история бесконечных войн Карла Великого. В 774 г. он одержал победу над лангобардами и на Пасху прибыл в Рим. Ему устроили невиданную по торжественности встречу, а он вручил папе дарственную на земли, намного превышающую по щедрости дар Пипина Кроткого. После этого Карл стал называться королём франков и лангобардов. Потом пришлось сражаться с союзником Дезидерия, герцогом Баварским. Франкский король присоединил к своим владениям Баварию, после долгой, кровопролитной, много раз возобновлявшейся войны, затем завоевал и крестил языческую Саксонию. Чтобы покорить эту страну, ему пришлось переселить на эти земли франков, и превратить в крепостных две трети её жителей, а также устроить невиданное по жестокости избиение сакских пленных в городе Вердене. В течение одного дня там было казнено четыре с половиной тысячи саксов, отказавшихся принять христианство. На востоке Карл воевал с аварами, и в результате этих войн народ авары перестал существовать. На этот раз ему не удалось даже никого крестить, ибо население было истреблено полностью. Вот как описывает эту войну Эйнхард: «Самой значительной из всех проведенных Карлом войн, если не считать саксонской, была та, которая последовала за походом в страну вильцев, а именно война против аваров, или гуннов.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5
    • 6


  • ...Сразу нужно отметить, что самым жестоким было преследование тамплиеров именно во Франции. Там к тамплиерам сразу же были применены пытки и жестокое обращение. Именно во Франции впервые стали сжигать на кострах рыцарей Ордена Храма. К несчастью инквизиторов, среди тамплиеров не было ни одного подследственного, который бы отстаивал ересь Ордена. Наличие такого свидетеля было бы просто подарком судьбы для Филиппа IV. Конечно, рыцари под пытками признавались во всех грехах, но не отстаивали приписываемые им ереси. Пытки были настолько ужасны, что Аймери де Вильер позже заявил: «Я бы признал все; я думаю, что признал бы, что убил Бога, если бы этого потребовали». Но после, на следующем же допросе рыцари отказывались от признаний в ереси. Эти отказы носили столь массовый характер, что Жан де Мариньи, архиепископ Санской епархии (в которую тогда входил и Париж) был вынужден под давлением Филиппа IV передавать отказывающихся от своих показаний тамплиеров в руки светской власти для сожжения на кострах. Все инквизиционные правила перевернулись наоборот: ведьма, отказавшаяся от ереси, была уверена в своем спасении и окончании пытки; тамплиер, отказавшийся от ереси, попадал на костер...



  • В 1405 году — почти за век до того, как Христофор Колумб открыл Америку, — отправился в путь один из самых больших за всю историю человечества флотов, им командовал адмирал — евнух Чжэн Хэ. Это было проникновение в мир иных народов высокой культуры, которая была настолько выше культуры аборигенов, что вызвала у них настоящее потрясение. Мореплаватели вели подробные и точные записи увиденного и составляли карты. Но со временем Китай погрузился в болото изоляции от всего остального мира, и мысли о мировой экспансии исчезли, а ценнейшие документы были попросту уничтожены. Со временем о небывалых достижениях просто забыли. Любые поездки китайцев за рубеж запрещались…

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5
    • 6


  • Вот уже восемьсот лет история о короле Артуре, мудром волшебнике Мерлине и доблестных рыцарях Круглого Стола числится среди самых востребованных сюжетов художественной культуры. То есть — за восемьсот лет можно поручиться, а дальше ее истоки теряются во мраке веков. Дальше мы просто не имеем достоверных письменных источников, а проследить судьбу устного предания очень трудно.
    Цикл артуровских романов Томаса Мэлори, напечатанных в 1485 г. под общим заглавием «Смерть Артура», был одним из первых в мире светских художественных произведений, изданных массовым, по меркам того времени, тиражом.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Летом 1187 г. войска султана Египта и Дамаска Салах-ад-Дина, известного европейцам под именем Саладин, подошли к стенам Иерусалима, который вот уже 88 лет был столицей Иерусалимского королевства, основанного в Святой Земле рыцарями-крестоносцами. Этому событию предшествовал целый ряд побед мусульманского полководца, в результате чего под его контроль перешло множество городов и крепостей ранее принадлежавших христианам: Сен-Жан-д'Акр, Яффа, Кесария, Арсуф, Бейрут, Иерихон, Наблус, Рамла. Особенно тяжелые последствия для пришельцев с Запада имела битва при Хаттине, когда основные силы крестоносцев были разгромлены, а король Иерусалимский Ги де Лузиньян был взят в плен.
    Положение жителей осажденной столицы было крайне тяжелым, чтобы не сказать — безнадежным. Им неоткуда было ждать помощи. Тем не менее они предприняли попытку оказать сопротивление...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5


  • ...Но не XVI век изобрел «козни дьявола». Вера в магию, чертей, колдунов и ведьм — древнейшего происхождения. В законодательстве самых «темных» столетий, как было принято некогда именовать раннее Средневековье, то предусматривались наказания для обвиняемых в ведовстве, то запрещалось их преследование. В VIII в. Карл Великий воспретил под страхом смерти в недавно обращенной тогда в христианство Саксонии «языческий обычай» сожжения ведьм. В решениях церковных соборов X в. указывалось, что убеждение некоторых женщин, будто они летали на шабаш, есть следствие происков сатаны, и доверие к таким рассказам равносильно впадению в ересь. Однако уже в XII—XIII вв. положение существенно изменилось. А в конце XV и начале XVI вв. восторжествовало вообще диаметрально противоположное мнение: кознями дьявола и ересью надлежит считать как раз неверие в реальность шабаша. Эта позиция была зафиксирована, между прочим, в получившей зловещую известность книге «Молот ведьм», написанной инквизиторами Г. Инститорисом и Я. Шпренгером и опубликованной в 1487 г. при прямом поощрении со стороны римского престола...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • Курляндия стала герцогством в 1561 году, как феодальное владение Речи Посполитой на территории современной Латвии. После распада в 1567 году государств Ливонии, власть в которых принадлежала ордену и епископам, возникло Курземско-Земгальское герцогство (герцогство Курляндское и Земгальское) — государство, находившееся в вассальной зависимости от Польши. Обычно его называли Курземским (Курляндским) герцогством (немецкое Kurland — земля куршей). Во главе этого государства стоял герцог, являвшийся вассалом короля Речи Посполитой.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • В течение почти 200 лет эта своеобразная тайная организация шиитской секты исмаилитов наводили страх и ужас на просторах мусульманского мира и Европы. Они покоряли и уничтожали города, свергали могущественных правителей и владык. Иранские ассасины были разгромлены монгольским ханом Хулагу в 1256 году. В Сирии и Ливане в 1272 году их добил египетский султан Бейбарс I, но тем не менее они существуют и поныне…

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3