Погода и военные операции

Вс, 02/08/2015 - 19:01

Советские войска в наступлении, на переднем плане гужевая повозка с продовольствием, позади советские танки Т-34. Сталинградский фронт. Авторское название фото: «Дороги наступления»

САУ Мардер III и панцергренадеры на исходном рубеже перед наступлением на Курской дуге

Советские саперы наводят понтонную переправу через реку Одер

На Сталинградской, на земле

Летом 42-го немцы тоже не жаловались на погоду. Единственной «объективной» трудностью, мешавшей их наступлению, они объявили… обилие собственной бронетехники. Немецкие танки забили собой все дороги. И не доехали ни до Баку, ни до Грозного и черноморских портов. Не верите — почитайте воспоминания германских генералов. Жалобы на плохую погоду можно встретить в воспоминаниях наших военачальников. В ночь на 30 июля через Сальские степи прошел грозовой фронт. Командующий Подвижной механизированной группой Южного фронта А.И. Нестеренко очень переживал из-за того, что степь раскисла от дождя и его «катюши» могут не успеть перехватить немецкие танковые колонны. Но когда степь просохла и «катюши» прибыли на место — выяснилось, что немецкие танки тоже стояли, увязнув в грязи. Кстати, именно действия ПМГ Нестеренко стали решающей причиной того, что немецкие танки так до Грозного и не доехали. Во время Ржевско-Сычевской операции 20-я армия Западного фронта сумела достичь тактической внезапности, прорвать немецкую оборону. А затем был… ливень, продолжавшийся несколько дней. Как вспоминал командарм Сандалов: «Выбирали для удара самое сухое время года — и такой сюрприз!». Пока армия барахталась в грязи — немцы перебросили в полосу наступления части, предназначенные для отправки в Сталинград. Подготовка к контрнаступлению под Сталинградом проходила в разгар осенней распутицы. Следует выразить восхищение работой наших тыловых служб, сумевших обеспечить сосредоточение войск, их снабжение всем необходимым. Такие масштабные приготовления, конечно, нельзя было полностью скрыть от противника. Немцы знали о том, что на флангах Сталинградской группировки что-то затевается. Но они возлагали надежды на осеннюю распутицу. И Гитлер, и Паулюс думали, что у них есть еще две-три недели для укрепления флангов группы армий «Б». Просчитались, однако… Наше наступление было начато в тот момент, когда морозы сковали степную грязь. Так что в этом случае мороз действительно был нашим союзником. Правда, рейд Манштейна на выручку Сталинградской группировке показал, что немцы научились не только обороняться, но и наступать зимой. Но наших подвижных групп было больше. И действовали они увереннее.

Решающий год

Общее наступление Красной армии на южном крыле фронта успешно развивалось вплоть до начала весенней распутицы. И дело не только в погодном факторе. За спиной у наших войск оказалась степь с дорогами, превратившимися в сплошную грязь. А на Манштейна работала разветвленная дорожная сеть Донбасса. Это облегчило ему маневр силами и техникой, позволило скрытно подготовиться к контрудару. Удар немцев под Харьковом был внезапным и от этого — особо страшным. При других погодных условиях наших могли бы гнать обратно до Сталинграда и Кавказа. Но тут снова сказала свое слово весенняя распутица. Оторвавшись от дорог Донбасса, войска Манштейна быстро утратили энергию наступления — увязли в грязи. О битве на Курской дуге можно сказать лишь одно — она шла при погоде, наиболее благоприятной для наступающей стороны. То есть — погода благоприятствовала сначала немцам, а затем — нам. При начавшемся после битвы под Курском общем наступлении Красной армии сохранялась та же погода. Единственная жалоба на погодные условия содержится в воспоминаниях генерала Нестеренко. Во время Брянской операции пыль при движении техники по лесным дорогам вздымалась выше крон деревьев. Генерал опасался, что это выдаст немцам маршруты движения «катюш», совершавшегося средь бела дня. Подчиненные Нестеренко затем рассказывали, как он вышел из этого положения. В Москве «позаимствовали» несколько машин-поливалок, — тех самых, которые год спустя буду поливать улицы Москвы, следуя за колонной пленных немцев. Эти поливалки увлажнили землю на пути следования «катюш», «прибили пыль». И восемь полков «катюш» прибыли к месту прорыва «без шума и пыли».

Другие материалы рубрики


  • Когда говорят о начале войны, о 22 июня 1941 года, все время отмечается внезапность германского нападения. Но было ли оно внезапным, неожиданным? Многие известные, а также недавно рассекреченные материалы военной разведки (и документы по линии НКВД и НКГБ) предупреждают о предстоящей агрессии немцев, в них упоминаются конкретные даты, в том числе июньские. Некоторые из донесений просто «кричат» о нападении…

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • «Надо просто продержаться! На востоке русским можно еще, по крайней мере, два месяца оказывать сопротивление. За это время дело дойдет до разрыва коалиции русских и англосаксов. И кто из них раньше обратится ко мне, с тем я и заключу союз, против другого», — эту речь Гитлер произнес своему окружению 6-го апреля. Но как ни абсурдно она сейчас звучит, тогда ее поддерживало все руководство Германии. В коридорах бункера, где обитал в последнее время вождь Третьего рейха, витал дух Семилетней войны и ее «чудного» завершения: когда воевавшая против войск Фридриха II коалиция распалась вскоре после смерти российской императрицы Елизаветы. И вот этот день настал — по коридору министерства пропаганды бежал воодушевленный Геббельс, он спешил в аппаратную, чтобы сообщить о чуде. «Мой фюрер! Я поздравляю Вас! Рузвельт умер. Расположение звезд говорит, что вторая половина апреля станет для нас поворотным пунктом. Сегодня пятница 13-е апреля, это и есть поворотный пункт». Эта новость только укрепила веру Гитлера и его окружения в свою избранность. «Начиная с лета 1944 года, Германия вела войну только за выигрыш времени. В войне, в которой с обеих сторон участвовали различные государства, различные полководцы, различные армии и различные флоты, в любое время могли возникнуть совершенно неожиданные изменения обстановки, в результате комбинации этих различных сил. Эти неожиданные события нельзя было предсказать, но они могли возникнуть и оказать решающее влияние на всю обстановку.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • Промозглой, слякотной весной 1945-го года Третий рейх, «агонизируя», прекращал свое существование. Подобно предсмертным судорогам, контрудары немецких войск, нанесенные в Арденнах и у озера Балатон, не смогли кардинально изменить ход истории. Войска Советской Армии и войска союзников вели бои на территории Германии. В начале апреля англо-американские силы, не встречая сильного сопротивления противника, своими передовыми частями на участке 9-й американской армии вышли к реке Эльба, этим приблизившись к Берлину на расстояние 100-120 километров, и остановились, в связи с ранними договоренностями союзников по антигитлеровской коалиции. Ну а войска 1-го Белорусского фронта Советской Армии от столицы Германии тогда отделяла дистанция в 60 километров. Тысячелетний рейх, просуществовав двенадцать лет, теперь под ударами войск антигитлеровской коалиции лежал в руинах. Впереди оставалась последняя битва — одна из самых кровопролитнейших битв той войны. И обе стороны этого сражения к ней серьезно готовились. Одни солдаты писали на броне своих танков — «Вперед на Берлин!», другие — «Берлин всегда будет немецким!!!»

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • У немецких генералов принято списывать свои неудачи либо на «объективные причины» (чаще всего это были «погодные трудности»), либо на «безумные» решения Гитлера. Странно, что никто не догадался объявить таким безумием «зимний поход на Москву».
    До 1941 года вести военные действия на просторах Русской равнины отваживались лишь сами русские, кочевники-татары и запорожские казаки. Именно запорожские, а не «украинские» — только у запорожцев были специальные команды «характерныков», обученные и экипированные для зимней войны.


  • Следует заметить, что немецкие правила доказательства воздушных побед были куда либеральнее.
    Для оформления победы летчик Люфтваффе заполнял заявку, состоящую из 21 пункта («Асы против асов. Подсчет побед Люфтваффе». Кстати, еще одно доказательство приблизительности информации фото-кино-пулеметов: будь они действительно «истиной в последней инстанции» — зачем бы такие подробные письменные показания? Да и всегда ли находилось время для возни с пленкой?

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • у меня в памяти цитату из «Мастера и Маргариты»: интереснее всего в этом вранье то, что оно — вранье с первого и до последнего слова. Как забота фашистов о своих (концлагеря, евгеника, «киндер фюр фюрер», история с окружением и судьбой 6-й армии, мальчишки из Гитлерюгенд и старики из «клистирных батальонов» — да не одну страницу можно было бы исписать только наиболее известными примерами подобной «заботы»), так и сбережение бронетехники от мин вышеописанным методом (противотанковая мина под человеком не взрывается, потому она и противотанковая). Короче, услышанное показалось мне полной ерундой, и мелькнувшее было намерение выяснить, где и, главное, почему работают такие «квалифицированные» экскурсоводы, зачахло в зародыше. Жалко было тратить на это время и силы. А зря.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5


  • Что такое безвозвратные потери? Согласно приказу заместителя Наркома обороны №023 от 4 февраля 1944 года, это — «погибшие в боях, пропавшие на фронте без вести, умершие от ран на поле боя и в лечебных учреждениях, умершие от болезней, полученных на фронте, или умершие на фронте от других причин и попавшие в плен к врагу». Об этих безвозвратных потерях шли доклады. Это были потери для полка и дивизии безвозвратные, люди эти были для них потеряны — ведь редко кто из оставшихся в живых попадал снова в свою часть. Но это не значит, что все эти люди погибли. Часть из них попала в плен (особенно при отступлении) и впоследствии выжила, часть осталась на оккупированной территории, часть попала к партизанам, а некоторая часть, может быть, и вернулась в полк, но уточнение зачастую не делалось. Следовательно, из этой цифры безвозвратных потерь определенный процент людей оказался впоследствии жив, причем довольно значительный. Ведь раненые, направленные по тяжести ранений в армейские, фронтовые и центральные (выше дивизионного уровня) лечебные учреждения, все-таки, по большей части, выздоравливали.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5


  • Во второй половине 1941 г. стало очевидно, что действовавшие на то время боевые и полевой уставы РККА не соответствуют реалиям идущей войны, и что Красная Армия плохо подготовлена к наступлениям на полевые укрепления противника (большой привет господину Резуну и его многочисленным клонам). Возникла необходимость анализа и обобщения накопленного (но еще достаточно скудного) практического опыта. В качестве примера таких попыток можно привести «Инструкцию командования 29-й армии по организации наступления на обороняющегося противника, применившего инженерные средства полевой фортификации на лесисто-болотистом театре» от 23 сентября 1941 г. Инструкция, в частности, подчеркивает необходимость проведения соответствующих учений и занятий с личным составом — да-да, та самая сторона фронтовой жизни, которая, как правило, ускользает от внимания создателей киноэпопей и — что гораздо хуже — историков-популяризаторов.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • Считаю долгом сразу объявить: данная статья не претендует ни на «абсолютную истину», ни на какие-либо революционные открытия. На эту тему есть очень много публикаций, причем с той или иной степенью доказательности отстаивают они диаметрально противоположные точки зрения. Тем не менее в широких кругах, не слишком интересующихся историей и не читающих специальных изданий, как-то исподволь утвердилась уверенность, будто в годы Второй Мировой немецкие асы-истребители (или, как их называли в Германии, «эксперты») на порядок превосходили советских летчиков. И будто последних готовили кое-как, наскоро — лишь бы побольше, делая ставку на количество, а не на качество. Вот попыткой разобраться, так сказать, «к какому краю правда ближе» и является эта статья.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • Для 33-й гвардейской дивизии участие в Сталинградской битве началось с 12 июля 1942 года. В этот день дивизия заняла оборону в 50 километрах северо-западнее Калача. В составе 62-й и 64-й армий, вставших на пути немецко-фашистских частей, прорвавшихся к Большой излучине Дона (на фронте Боковская — Морозовская — Цимлянская) было 10 дивизий, а в гитлеровской группировке — 29, в том числе 4 танковых, 3 моторизованных и 22 пехотных. А с июля по сентябрь 1942 года количество их дивизий выросло до 80. Боевые действия 33-я дивизия начала 17 июля.