Сражение у Литтл-Бигхорн

Чт, 02/27/2014 - 17:47

Бешеный конь

Дождь на лице

Генерал Кастер в форме

Большой лагерь Сиу

Маркус А. Рено

Кастер в форте Авраама Линкольна

Кости, раскопанные на месте боя

Желчь

Гильзы, раскопанные на месте боя

Долина р. Литтл Бигхорн сегодня

Тела американских солдат - рисунок индейца сиу Красный Конь



Наверное, у каждого народа в истории были периоды, когда создавая свое собственное государство и радуясь его процветанию, он свысока смотрел на тех, кого в соответствии с его пониманием общественного прогресса считал дикарями, которых можно (и нужно!) было всячески истреблять и подавлять. В истории США это был период так называемых «индейских войн».

Заселение американского континента белыми колонизаторами шло постепенно с востока на запад. По мере того, как выходцы из Европы продвигались в глубь континента, они стремились очистить осваиваимые ими земли от коренного населения. В первой половине XIX в. практиковали переселение индейских племен к западу от Миссисипи, на так называемую Индейскую территорию. Юридическим основанием для таких перемещений были заключенные с вождями договора. Часто согласия индейцев добивались обманом или путем принуждения, но даже такие грабительские соглашения легко нарушались колонизаторами, если по каким-либо причинам они оказывались для них не столь выгодными, как казались вначале.

Население Соединенных Штатов стремительно росло, и к середине XIX в. линия фронтира (граница компактного расселения белых американцев) далеко перешагнула Великую Реку. Переселенцы в крытых фургонах пересекали континент, устремляясь в Орегон и Калифорнию, чтобы обосноваться на «ничейных» землях. Этот поток особенно усилился после окончания гражданской войны между Севером и Югом (1861-1865 гг.). В ходе этой войны федеральным правительством был принят закон о гомстедах, согласно которому гражданин США имел право застолбить за собой участок земли из государственного земельного фонда и получить его в собственность практически бесплатно. После заключения мира тысячи демобилизованных американцев отправились на Дикий Запад в поисках счастья. Процесс стал еще более интенсивным благодаря грандиозному железнодорожному строительству, в частности, осуществлению проекта Трансконтинентальной железной дороги, соединяющей побережья Тихого и Атлантического океанов. В связи с этим строительством обширные территории из государственного фонда были переданы в собственность железнодорожных кампаний.

Освоение Дикого Запада открывало перед предприимчивыми американцами блестящие перспективы, одна беда — земли, которые они готовились осваивать, только в их собственных глазах были ничейными, а на деле имели хозяев — индейские племена, которые жили и охотились здесь с незапамятных времен или были переселены сюда из Восточных штатов согласно заключенным ранее договорам. Теперь их предполагали загнать в новые, более тесные, резервации. Интесивное заселение западных земель после гражданской войны повлекло за собой активизацию противостояния между индейцами и белыми колонистами. В период с 1861 по 1891 годы выделяют 13 крупных «индейских войн», в которых принимала участие регулярная армия США, не считая бесконечного множества мелких стычек и столкновений.

Хотя туземное население Северной Америки было не столь уж малочисленным, технические и организационные преимущества позволяли американскому государству справляться с индейской проблемой сравнительно малыми силами. С 1865 по 1876 годы, в самый разгар индейских войн, 18000 солдатам приходилось контролировать огромную территорию, на которой проживало приблизительно 200 000 индейцев. Естественно, что разделенные на отдельные племена индейцы просто не могли победить бледнолицых, однако они показали замечательные образцы мужества, сражаясь за свой, не навязанный им со стороны образ жизни, пусть даже с точки зрения прогресса и цивилизации их сопротивление было с самого начала обречено на поражение. Кино и книги позволяют нам зримо представить впечатляющую картину того, «как был завоеван Дикий Запад», и тем не менее даже сегодня в ней есть еще немало «белых пятен», оставляющих место для работы историков и археологов. Одним из таких, вызывающих много вопросов, событий является битва с индейцами у реки Литтл-Бигхорн, закончившаяся поголовным истреблением кавалерийского отряда генерала Кастера.

Бизоны, лошади и золото в горах

Прежде чем европейская колонизация навсегда уничтожила самобытные туземные уклады на североамериканском континенте, она дала толчок возникновению принципиально новых индейских культур. До появления европейцев племена, заселявшие Великие равнины в центральной части материка, занимались в основном собирательством и мотыжным земледелием. Между тем, особенностью Великих Равнин Северной Америки испокон веков было то, что там паслись огромные стада бизонов. Но не знавшим лошадей индейцам охотиться на них было делом трудным и опасным. Пешему охотнику очень непросто приблизиться к бизоньему стаду, к тому же огромное стадо, если его напугать, могло затоптать насмерть смельчака.

Но вот индейцы увидели на просторах Великих Равнин теперь еще и табуны завезенных европейцами и одичавших лошадей-мустангов. Они начали ловить их и приручать, а затем научились и ездить на них куда лучше европейцев, хотя и без седла и стремян. И сразу же многое в их жизни изменилось. Теперь они стали охотиться на бизонов и преследовать их верхом на лошадях. У них появилось много мяса и теплых шкур для вигвамов, им стало легко передвигаться с места на место, так как всю тяжелую поклажу можно было перевозить на лошадях. Так, за считанные десятилетия возникла новая культура — культура кочевых конных охотников за бизонами. Благодаря литературе и кинематографу образ индейца-всадника стал классическим, и теперь многие забывают, что до появления европейцев конных охотников за бизонами в Америке не существовало.
В результате внедрения нового уклада многие племена настолько численно выросли, что стали воевать со своими соседями за охотничьи угодья. Среди индейцев Великих Равнин начались кровопролитные межплеменные войны. А воевать между собой индейцам было никак нельзя, поскольку в направлении с Востока на Запад на них активно двигались бледнолицые захватчики-американцы. В их глазах индейцы Северной Америки были дикарями, пригодными только на то, чтобы приносить и продавать им за бесценок шкуры пушных зверей. Гибельной для многих племен оказалась организованная европейцами торговля спиртным. Кроме того, пришельцы занесли в глубь континента ранее неизвестные здесь болезни. «Белый человек, водка, оспа и пули — вот гибель!» — говорили индейцы, близко познакомившись со всеми этими благами цивилизации.

Белые люди селились в прериях и распахивали их, не считаясь с тем, что эта земля принадлежала индейцам. Другие, набрав дешевых товаров, ехали туда торговать и сбывали индейцам некачественные или залежавшиеся на складах товары, быстро набивали себе карманы деньгами. Положение становилось совсем катастрофическим, если на индейских землях обнаруживали месторождения золота, как это случилось в 1874 году на севере территории Монтана в районе горного массива Блэк Хиллс (Черные Холмы по-индейски Хе Запа).

Немецкая писательница Лизелотта Вельскопф-Генрих в свое время написала замечательную трилогию «Сыновья Большой Медведицы», по которой, кстати, был снят очень интересный художественный фильм, который можно смотреть онлайн фильм в HD качестве. В нем рассказывается о том, как американская армия занималась переселением индейцев сиу в резервации — бесплодные, непригодные для привычных занятий индейцев территории, где они могли жить исключительно за счет продовольствия, выделяемого им правительством. Людей насильно лишали привычной среды обитания, привычного образа жизни, и все это, как считали сами переселяемые, совершалось всего лишь ради глупой любви бледнолицых к никому не нужным «желтым камням». Индейцы взялись за оружие и как могли сопротивлялись белым колонизаторам. Первые попытки некоторых из них отстоять свои права были небезуспешными, например, война, которую в 60-е годы возглавил вождь Красное Облако из племени лакота (дакота). В 1868 году вожди лакота заключили с правительством Штатов мирный договор, согласно которому обширные земли, в том числе и Блэк Хиллс, должны были принадлежать индейцам. Американсканское правительство взяло на себя обязательство не прокладывать дорог и не возводить фортов на этих землях. Договор соблюдался до 1874 года, когда в Блэк Хиллсе нашли драгоценный металл. Золотоискатели хлынули на индейские территории, нимало не считаясь с ранее гарантированными правами коренного населения. Индейцы ответили на это убийствами старателей и нападениями на поселения и фермы белых переселенцев. Белые принялись истреблять индейцев и попутно уничтожать стада бизонов, поскольку «нет бизонов, нет и индейцев!».

Союзники и враги генерал-майора Джорджа Крука

В феврале 1876 года генерал-майор Джордж Крук, уже заслуживший себе славу усмирителя индейцев племени апачей, начал наступление на земли сиу и чейенов, стремясь заставить их пойти в резервации. Обычно американская армия действовала на Диком Западе, опираясь на разветвленную сеть укрепленных фортов, представлявших собой обнесенный бревенчатым частоколом небольшой поселок из нескольких бараков-казарм для солдат, конюшен, кузницы и двух-трех лавок для торговли с индейцами. Далеко не в каждом из таких фортов были пушки, как правило, особой нужды в них не было.

В стычках со стороны индейцев редко участвовало более двух десятков человек. Но на этот раз все было гораздо серьезней. Принудить индейцев идти в резервацию традиционным порядком было нельзя, и правительство выделило для этих целей дополнительные силы, состоявшие из 2-3-х полков конницы и пехоты. Считалось, что для борьбы с разрозненными индейскими племенами этого более чем достаточно. Кроме того, сами индейцы постоянно враждовали между собой. Лакота-сиу преследовали кроу («воронов») и шошонов, а те, в свою очередь, ненавидели их до такой степени, что охотно переходили на сторону «бледнолицых» и служили им в качестве разведчиков-скаутов.

Первые подразделения скаутов из индейцев племени пауни были созданы еще в 1861 году. Многие сиу, чейены, апачи и арапахо не раз попадали в устроенные ими ловушки и безжалостно вырезались. Подобная практика получила одобрение Конгресса США в 1866 году, когда в американскую армию была принята целая тысяча воинов-индейцев, получавших такое же жалование, что и белые кавалеристы — 30 долларов в месяц. Впоследствии индейцам стали платить вполовину меньше, но для них и это был целый капитал, тем более, что доллары того времени были куда дороже нынешних. Полагаясь на слово белого человека, а также стремясь свести свои кровавые счеты с другими индейскими племенами, в скауты-разведчики поступали команчи и кайова, кроу и шошоны, а также черноногие («блэкфуты»), арика и даже отдельные индейцы сиу, ведь именно индейцем сиу по имени Кровавый Томагавк был впоследствии убит и Ситтинг Бул (Сидящий Бык) — великий вождь сиу-лакота.

Генерал Крук командовал всеми тремя колоннами, вторгшимися в 1876 году в земли индейцев, однако у двух из них были еще и свои собственные командиры: полковник Джон Гиббон и подполковник Джордж Армстронг Кастер, командир 7-го кавалерийского полка, прославившийся как герой войны между Севером и Югом. Гражданскую войну Джордж Кастер закончил генералом, причем получил это звание в возрасте 23 лет. Потом он вынужден был оставить службу, а когда опять обратился к военной карьере, то должность сумел получить всего лишь подполковника и сделался командиром 7-го кавалерийского полка, но сослуживцы продолжали называть его генералом. Кавалеристы Кастера имели на вооружении длинные сабли, за что их прозвали «длинными ножами».

Противостояли «длинным ножам» индейцы из многих племен, объединившиеся под влиянием обстоятельств. Дело в том, что незадолго до похода отряда Кастера они вступили в бой с солдатами генерала Крука в излучине реки Роузбад, из-за чего несколько лагерей отдельных племен объединились в один большой лагерь. В результате в нем оказались вместе индейцы сиу-брюле, и блэкфуты, и санс аркс, «два котла», и миннекоджи, ассинибойны и арапахо с чейеннами. Руководили ими известные индейские вожди: Татанка-Йотанка — Ситтинг Бул («Сидящий Бык») и Татумко Витко — Крейзи Хорс («Бешеный Конь»).
Генерала Крука поддерживали индейцы кроу и шошоны. 262 воина из их числа вместе с белыми вступили на «тропу войны». Были индейские разведчики и в отряде Кастера.

По тропам индейцев на Литтл Бигхорн!

21 июня 1876 г. две колонны под командованием полковника Гиббона и генерала Альфреда Х. Терри объединились в районе реки Йеллоустоун для совместных действий против индейцев. Генерал Терри был уверен, что последние находятся где-то в районе Литтл-Бигхорн. План военных действий был отправлен подполковнику Дж. Кастеру, который со своим кавалерийским полком и скаутами-разведчиками общей численностью 650 человек должен был двигаться к реке Роузбад. Современники и американские историки сегодняшнего дня при этом отмечают, что если первая группа полковника Гиббона, следовавшая вдоль течения реки Йеллоустоун, насчитывала всего 450 человек, то полк Кастера, эскадроны которого были укомплектованы почти полностью, что случалось крайне редко, вышел из форта Авраама Линкольна еще с шестью ротами пехоты, в результате чего их общая численность достигала внушительной величины — 925 человек!

На Кастера была возложена задача обойти краснокожих, повернуть их вспять и оттеснить на север к клещам, которые образовали войска двух других корпусов — для такого опытного командира, каким являлся Кастер, подобная операция особой сложности явно не представляла.

Генерал Джордж Армстронг Кастер — человек и командир

Мы имеем не так уж много сведений о том, что за человек был генерал Джордж Кастер, сражавшийся при Литтл-Бигхорне в должности подполковника и командира полка. По всей видимости, он отличался высокой самооценкой, во всяком случае любил, чтобы на него обращали внимание. Так, будучи генералом армии северян, Кастер щеголял в живописнейших костюмах, далеко превосходя своими нарядами офицеров равного ему ранга. Его армейская драгунская форма была сшита не из синего сукна, а из черного велюра с галунами «на южный манер», к тому же он носил еще и морскую рубашку. На этот раз, отправившись в очередной поход против индейцев, он тоже не пожелал носить мундир уставного образца, а нарядился в замшевый костюм, обшитый бахромой по обычаю индейцев. Свои соломенного цвета волосы, из-за которых индейцы дали ему имя «Желтоволосый», он нередко носил такой длины, что они локонами вились у него по плечам, однако на этот раз постриг их довольно коротко. Вместо уставного оружия Дж. Кастер в этом походе имел при себе два относительно небольших, но крупнокалиберных револьвера «Веблей-Бульдог», выпускавшихся американцами по английской лицензии (калибр 11,4-мм), спортивный карабин «Ремингтон» и охотничий нож в вышитых ножнах.

Что касается его отношения к индейской проблеме, то если судить по тому, что им было написано в его книге «Моя жизнь на Великих Равнинах», оно было следующим: «Когда землю, принадлежавшую индейцу по праву, землю, на которой он так долго охотился, требует в жертву этот ненасытный монстр-цивилизация, бесполезно молить о пощаде, нужно сдаться, или прокатиться по индейцу, раздавив его». То есть «цивилизация — это ненасытный монстр, — да, я это понимаю, но так как против нее сделать ничего нельзя, то я ей и служу, а вы — индейцы — сопротивляться не должны, так как это равносильно попытке одного человека остановить руками паровоз!». По логике вещей, именно так им и следовало поступить, однако индейцы не захотели сдаваться.

Добравшись до троп сиу по крайней мере в 80 километрах от того места, где произошла битва у Роузбад, Кастер перво-наперво разослал разведку из скаутов-индейцев. При этом свою пехоту он оставил далеко позади, а двигался вперед только с 7-м кавалерийским полком.

Кровавый рассвет

Ранним утром 25 июня 1876 года скауты Кастера, наблюдая окрестности с высоты горы Вульф, заметили индейский поселок. В свою очередь, обнаружив за собой слежку, индейцы бросились на них в атаку — и скаутам пришлось отступить. Кастер тут же разделил свой полк на батальоны. Себе под командование взял 5 рот: «C», «E», «F», «I», и «L». Майор Маркус Рено и капитан Фредерик Бентин получили по три роты каждый. Считается, что у Рено таким образом оказалось 140 человек, у Бентина 125, а у самого Кастера — 215. Рено при этом располагал еще отрядом скаутов-индейцев из племени кроу численностью 35 человек.

Столкновение преподнесло ряд неожиданностей обеим сторонам. Индейцы никак не ожидали, что после сражения у Роузбад «бледнолицые» нападут на них с такой быстротой, а вот Кастер не мог себе представить, что ему придется встретиться лицом к лицу с такими силами. Лишь мужчин в лагере индейцев было около 4 тысяч человек, а ведь практически каждый мужчина у индейцев был воин…

Тем не менее отряд Рено смело пошел в атаку на индейский лагерь и поначалу имел успех, так как индейцы никак не ожидали столь решительного нападения. Но уже через несколько минут ему пришлось отбиваться от нескольких сотен индейцев из «большого лагеря», во главе которых на коне мчался сам Ситтинг Булл. Рено начал отступать к реке и попытался закрепиться в зарослях по ее берегам, но индейцы выбили его и оттуда. Потеряв более 40 человек, Рено перебрался через реку и поднялся на небольшой холм, где его солдаты спешились и окопались.

Через некоторое время сюда же подошли и люди капитана Бентина. Уже общими усилиями они отбивались здесь до следующего дня, когда их освободили из кольца врагов войска генерала Терри.

Белым помогло еще и то, что такой бой, как атака окопавшегося неприятеля индейцам был малоинтересен и непонятен по самой своей сути. На их взгляд вести войну так, как делали засевшие на холме «бледнолицые», могли только трусы, недостойные имени воина. Индеец гордился умением напасть на врага из засады, но рыть яму, чтобы прятаться в ней от врага и, сидя в ней, в него стрелять, казалось им просто отвратительным. Поэтому осаждать холм осталась относительно небольшая часть индейцев, а основная их масса сосредоточилась к северу от лагеря, где в это время появились солдаты Джорджа Кастера.

Многие считают, что если бы Кастер немного поспешил, он имел бы шанс ворваться в индейский лагерь и вызвать этим среди них панику, тем более, что многие из индейцев в это время отражали атаку сил Рено. Впрочем, существует мнение, что генерал все-таки сумел войти в лагерь, но был вытеснен из него силами 2000 воинов чейеннов и сиу. Как было на самом деле — теперь не узнать никогда, так как свидетелей не осталось. Последним из отряда Кастера прискакал с донесением Джиованни Мартини, трубач, по иронии судьбы почти не понимавший английский язык. В записке от лейтенанта Уильяма У. Кука разобрали такие слова: «Бентин, сюда. Большой лагерь. Торопись. Привези патроны. У.У. Кук.»

Очевидно, что Кастер намеревался развить наметившийся успех и хотел, чтобы ему доставили больше боеприпасов. Однако, реализовать свой план взять индейцев к клещи ему не удалось. Прежде всего, он не был уведомлен, что Рено в это время уже отступил от занимаемых им позиций и этим самым позволил значительной части индейцев оказаться на противоположном берегу реки и зайти ему в тыл. Бентин же, которому было послано сообщение «Поторопись…», в это время находился далеко в тылу и, судя по всему, отнюдь не спешил к месту схватки.

«О поле, поле, кто тебя усеял мертвыми костями?!»

Таким образом, Кастер остался в одиночестве, но еще не знал об этом. Между тем с севера показались индейцы сиу-оглала во главе с Бешеным Конем и чейенны, а с юга — сиу-хункпапа, ведомые Гэллом («Желчью»), а также другие сиу. Ряд историков высказали мнение, что «остановившись и приняв бой на открытом пространстве, Кастер подписал себе и своему отряду смертный приговор». На деле выходит не совсем так: «смертный приговор» был им подписан тогда, когда он приказал своему отряду разделиться на две части: три роты под командованием капитана Мак-Кеофа — «С», «I» и «L» — были направлены против индейцев, наступающих на Кастера с севера; оставшиеся две «Е» и «F» под руководством капитана Джорджа Уайта должны были, скорее всего, удерживать переправу через реку. Индейцы приближались, солдаты открыли по ним огонь, но те все прибывали. В этих условиях линия обороны оказалась излишне растянутой, и Кастер отменил свой прежний приказ и поспешил отдать новый — обоим отрядам соединить свои силы и занять оборону на одной из близлежащих возвышенностей. Таковым оказался холм Калхаун, названный так позже в честь сводного брата Джорджа Кастера — Джеймса Калхауна, командовавшего ротой «L». Солдаты спешились, положили на землю своих лошадей и открыли по индейцам сильный огонь из имевшегося в их распоряжении штатного оружия американских драгун — однозарядных карабинов «Спрингфилд» и «Шарпс».

Недавние археологические раскопки на месте боя у Литтл-Бигхорн дали весомое доказательство происходившей здесь схватки — множество ружейных гильз, принадлежавших индейцам, в 300 футах от вершины этого холма, причем все они в основном были от карабинов «Генри» и «Винчестер», которых не было в распоряжении у солдат.
Неизвестно, по какой причине, но Кастер почему-то ушел с холма Калхаун и передвинулся севернее. Вполне возможно, что это произошло из-за того, что атака индейцев разделила его силы на две части и Кастер просто-напросто ушел с более боеспособным отрядом. Как бы там ни было, но месторасположение находок индейских патронов и показания индейских свидетелей позволяют считать доказанным, что он не останавливался на северном склоне горы Бэттл Ридж, где сегодня находится памятник Кастеру, а передвинулся еще дальше на холм Последней позиции, где оказался под жестким обстрелом. Еще 28 человек скрылись в глубоком овраге, где и сдались, и после этого были убиты.

В результате отряд Кастера, вместе со своим командиром, был уничтожен индейцами, заранее договорившимися о том, чтобы не брать пленных. Погибли и все родственники Кастера, участвовавшие вместе с ним в экспедиции: его два брата — капитан Томас и Бостон Кастеры и его племянник Отье Рид.
Трупы белых были раздеты, оскальпированы и изуродованы, о чем свидетельствуют не только их останки на месте сражения, но и рисунки индейца сиу по имени Красный Конь. Кстати, на этих рисунках хорошо видно, что практически все солдаты Кастера имеют на теле именно пулевые ранения, то есть убили их из ружей, а вовсе не стрелами, как об этом нередко говорят!

Всего погибли 13 офицеров и 3 индейца-разведчика, а общее число погибших достигло 252 человека — для войн с индейцами огромная цифра! Потери индейцев были куда меньше — около 50 убитых и 160 раненых. Капрал-скаут Кровавый Нож — лучший разведчик Кастера, наполовину сиу, наполовину арикара-дакота — был обезглавлен, а его голову выставили на шесте!

Каким-то чудом уцелел конь капитана Мак-Кеофа по кличке Команч, которого индейцы так и не поймали и он сам пришел к своим белым хозяевам. Позднее, с седлом на спине, он участвовал во всех парадах 7-го кавалерийского полка, пока не пал. Конь был куплен армией в 1868 году, он умер в возрасте 28 лет. Его чучело, набитое соломой, было выставлено в Музее естественной истории в Канзасе.

За несколько лет до этого

Задолго до этих кровавых событий, а именно — еще в 1860 году, американец Кристофер Спенсер, которому тогда исполнилось всего 20 лет, сконструировал первый в истории огнестрельного оружия скорострельный карабин с магазином в прикладе. По личной инициативе президента США Авраама Линкольна его карабины с магазином на семь патронов были закуплены для армии, но после окончания Гражданской войны количество заказов на них было сокращено, и компанию Спенсера приобрел уже знаменитый к этому времени Оливер Винчестер, который таким образом избавился от единственного стоящего конкурента.

Сам он на тот период имел свою собственную разработку скорострельного ружья — карабин Тайлера Генри, с магазином на 12 патронов, размещенным под стволом. Заряжать его было не так удобно, как карабин Спенсера, но зато с 12-ю патронами в магазине и 13-ым в стволе ружье Генри показывало потрясающую воображение скорострельность — 25 выстрелов в минуту! К тому же управлять им было очень просто. Под шейкой приклада находился рычаг, являвшийся продолжением спусковой скобы. При опускании рычага вниз затвор отходил назад и при этом автоматически взводил курок, а патрон подавался из магазина под стволом на подаватель. Затем, когда рычаг поднимался вверх, подаватель поднимал его на уровень канала ствола, а затвор досылал его в ствол, обеспечивая одновременно его запирание.

Основным новшеством, введенным в «Магазинную винтовку Генри Модель 1860», стало «Королевское новшество», или подпружиненное окно сбоку от магазина, через которое его можно было заряжать патронами по одному, а не через дульную часть, как это было раньше. Модель получила название «Винчестер Модель 1866». Вслед за ней последовал образец 1873 года.

Хотя винчестеры и не разрабатывались как боевое оружие, популярность их была необыкновенно высока. Оказалось, что из такого ружья очень удобно стрелять с коня, из-за чего, например, свою конницу ими вооружила Турция, с успехом применявшая винчестеры против русских войск в войне 1877-1878 гг.
Тогда, отражая атаку русской пехоты под Плевной 30 июня 1877 г. (наша пехота, так же как и турецкая, была вооружена однозарядными винтовками), турецкие кавалеристы отдали свои винчестеры пехотинцам. У каждого стрелка было по 600 патронов и … русской пехоте, несмотря на весь ее героизм, так и не удалось добраться до турецких окопов. Перед ней встала сплошная стена огня, а общие потери от двух штурмов составили 30 тысяч человек. Будь у нашей пехоты такие же многозарядные винтовки — этого бы не случилось, но чего не было, того не было!

То же самое произошло и во время битвы у Литтл-Бигхорн. Для того, чтобы выстрелить из карабина «Спрингфильд», имевшего откидной затвор, нужно было сначала взвести пальцем курок, затем откинуть вперед затвор и вложить патрон, который перед этим нужно было достать из патронтажа, после этого затвор закрывался — и необходимо было вновь прикладывать карабин к плечу, прицеливаться и стрелять. При стрельбе из винчестера приклад от плеча не отрывался, а цель из поля зрения не выпускалась!
Другим видом карабина американских драгун, которым была вооружена примерно треть всадников, был «Шарпс», затвор которого приводился в действие подствольной скобой, как и «Винчестер», вот только магазина он не имел. Прежде чем стрелять, нужно было отвести курок назад, опустить скобу вниз, в результате чего затвор опускался, а пустая гильза выталкивалась из ствола. А дальше? Дальше ее следовало извлечь рукой либо вытряхнуть, вложить патрон в патронник и поставить скобу в прежнее состояние, то есть запереть ствол. В любом случае все это занимало времени не меньше, чем манипуляции с карабином «Спрингфильд». Правда, у «Шарпса» был крупнее калибр — 13,2-мм, но одновременно сильнее и отдача, и хотя действие его пуль по цели было очень сильным, в нее требовалось попасть, а сделать это, постоянно отрывая приклад от плеча, было трудно даже для опытного стрелка, вернее, скажем, труднее, чем для того, кто пользовался карабином «Винчестер».

Вот почему, хотя в винчестерах использовались маломощные револьверные патроны калибра 11,18 или 11,43 мм, их часто применяли именно в качестве боевого оружия, в особенности, когда требовалась высокая плотность огня и скорострельность. Правда, солдаты кроме карабина имели еще и кольтовский револьвер «Писмейкер» («Миротворец») модели 1873 г., но … при всех достоинствах его первые модели были не самовзводными, так что курок у них требовалось взводить после каждого выстрела, а кроме того, все шесть камер его барабана также требовалось перезаряжать по одной!

Остается невыясненным только лишь один, причем едва ли не самый важный вопрос: откуда у индейцев дакота было так много карабинов «Винчестер» и «Генри», если на вооружении американской армии они не состояли и те не могли снять их с убитых солдат? Значит, столь крупная партия была продана индейцам незаконно, в нарушение правил, запрещавших продажу «дикарям» современного оружия. То есть ситуация с продажей его индейцам, описанная в романе Лизелотты Вельскопф-Генрих, вполне могла иметь место и на самом деле. При этом возникает и другой вопрос: а чем индейцы расплатились с белыми торговцами? Ведь винчестеры стоили очень дорого! Ценных мехов у индейцев прерий никогда не было, а шкуры бизонов в то время вряд ли кому-нибудь были нужны, так как их огромные стада не были еще уничтожены. Индейцы лесной полосы за самое обычное шомпольное ружье отдавали столько мехов, сколько их можно было уложить от кончика ствола до приклада. К тому же продажа такой большой партии оружия была просто-напросто опасна — за это торговцы могли легко попасть в тюрьму.

Так что не надо быть детективом, чтобы понять, что индейцы, готовясь к отпору «длинным ножам», использовали для покупки большой партии скорострельных винтовок золото из Блэк Хиллса, причем заплатили за оружие столько, что жадность превозмогла страх. Но вот наладить постоянное снабжение племени боеприпасами им почему-то все-таки не удалось. И когда патроны к винчестерам у них закончились, индейцам пришлось капитулировать!

Кто победил у Литтл Бигхорна?

Итак, индейцы одержали победу над отрядом Кастера. Его собственные офицеры из отделившихся ранее отрядов отчасти несут ответственность за исход сражения, так как они не оказали своему командиру своевременную помощь, хотя оправдания для их бездействия и были весьма вескими. Впрочем, капитан Томас Вейр из отряда Рено-Бентина на свой страх и риск все-таки отправился на поиски своего генерала. Он прошел на расстояние одной мили в сторону гор и заметил впереди много индейцев, которые ездили по долине взад и вперед и при этом «стреляли в объекты на земле». Спустя некоторое время к нему присоединился и капитан Бентин с тремя ротами своих драгун, но дальнейший поиск было решено все-таки не производить. Какое-то время они стояли на холме, получившем название «холм Вейра», а затем повернули назад.

Между тем индейцы, забрав оружие у убитых солдат Кастера, обратили его против отрядов Рено-Бентина, которые атаковали до наступления темноты. Но силы и энтузиазм индейских воинов постепенно иссякли, и они начали сворачивать свой лагерь. Чтобы скрыть это от американских солдат, они подожгли сухую траву.

Солдаты смотрели на этот дым и радовались, так как считали, что индейцы сжигают свой поселок. Последнее они расценили как победу, о чем и сообщили подошедшему к ним на следующий день генералу Терри.

Индейцы, узнав о приближении новых полчищ бледнолицых, откочевали в район реки Паудер. 15 августа они разделились, и «большой лагерь» перестал существовать. Теперь за индейцами можно было охотиться поодиночке, что сразу же дало свои результаты. Какие-то племена загнали в резервации, какие-то были просто рассеяны. Часть индейцев все-таки смогла уйти в Канаду под защиту «Великой Матери» — британской королевы Виктории. Таким образом, выиграв одно сражение, в итоге они проиграли белым всю войну!

Едва только убитые солдаты на «холме Кастера» были погребены, началось расследование трагических обстоятельств произошедшего, для того чтобы решить — «кто виноват». Виноват ли был сам Кастер, когда слишком самонадеянно атаковал численно превосходящие его силы индейцев? Или виноваты его офицеры Рено и Бентин, которые вместо того, чтобы вовремя оказать помощь своему командиру, отсиживались на холме в относительной безопасности? Во всяком случае, зная характер самого Кастера, многие обвиняли именно его. И все-то он, мол, делал на показ, и родственников своих взял с собой в этот поход, рассчитывая на легкую победу и, соответственно, как ее результат — их быстрое продвижение по службе. Говорили, что Кастер излишне доверился своим разведчикам — скаутам, а Рено и Бентин, напротив, действовали с излишней осторожностью.

Впрочем, после сражения всегда ищут виновных и чаще всего находят их не там, где следовало бы. Да, конечно, Кастер отличался самоуверенностью, однако опыта ведения войн с индейцами ему было не занимать. Он хорошо знал, что нормальное соотношение сил армии в войне против «дикарей» — это всегда 1 к 10, и что десяток дисциплинированных солдат на равнине всегда стоит сотни индейских воинов.

Но в данном случае он ошибся, во-первых, в том, что индейцев было во много раз больше того количества, с которым он до этого имел дело, а во-вторых — и это, пожалуй, самое главное — индейцы были вооружены многозарядным полуавтоматическим оружием, тогда как его солдаты имели однозарядные армейские карабины. Сам Кастер был вооружен карабином «Ремингтон» — несколько более скорострельным с очень простым и надежным затвором, но тем не менее все-таки тоже однозарядным. Поэтому его солдатам фактически нечем было отвечать на шквальный огонь воинов прерий, который они вели по солдатам буквально со всех сторон.
Так что главную победу в сражении у Литтл-Бигхорн одержал вовсе не Ситтинг Булл, не Крейзи Хорс и численное превосходство их силы, а …вполне преуспевающий мистер Оливер Винчестер, чья высококачественная продукция стараниями безвестных белых торговцев попала в руки к индейцам перед сражением!

Увидеть своими глазами

Сегодня на месте битвы у Литтл-Бигхорн находится мемориал и национальное кладбище. Это весьма привлекательное место для туристов. Мемориальный памятник здесь был установлен в 1881 году, а несколько позднее, в 1890 году, в районе «холма Кастера» были возведены мраморные надгробия над каждым из похороненных сразу же после боя солдат. Индейский мемориал, установленный в память о погибших здесь воинах пяти племен, расположен всего лишь в 100 ярдах от памятника 7-ому кавалерийскому полку армии США.

Туристическая тропа в 5,3 мили длиной соединяет сегодня «холм Кастера» и памятник Рено-Бентину, минуя «холм Вейра», «холм Калхауна», вплотную подходя к броду через Литтл-Бигхорн и другим памятным местам. О том, где что происходило в этих местах во время сражения, сообщают 60 цветных инсталляций, размещенных вдоль всей этой тропы и позволяющих представить себе минувшие события очень наглядно. Здесь же на месте сражения есть и три индейских памятных знака из красного гранита, установленных уже в наши дни, а именно в 1999 году. Значительные земельные участки на месте битвы принадлежат частным лицам — и кто-то разрешает ходить по своей земле, а где-то стоят запрещающие знаки, которые следует принять во внимание. Если вы пожелаете посетить этот музей военной истории США, то лучше всего это сделать весной либо осенью — в конце мая или же в начале сентября…В это время там очень красиво, но, расхаживая по этим холмам и глядя на протекающую вдали реку, невольно задумываешься о том, а так ли уж и правильно мы все поступаем сегодня?

* * *
Мы хвастаемся тем, как много мы продаем оружия в развивающиеся страны. Но… ведь тем же самым, наверное, хвастались друг перед другом и американские торговцы оружием, сидя где-нибудь в салуне за стаканчиком «виски из Кентукки». И это при том, что все равно, наш доход от продажи оружия «третьему миру» не превышает доходов Южной Кореи от продажи всей своей сельскохозяйственной продукции мировому сообществу.

Но ведь «третий мир» — это … «третий мир»! У индейцев тоже была своя культура, своя цивилизация, однако при всем этом они не были цивилизованными людьми, они были и оставались «дикарями» в самом полном смысле этого слова, чего уж тут лукавить, тем более, что ведь политкорректности в то далекое время люди еще не знали и вещи называли своими именами.

И вот продаем мы людям со своим специфическим менталитетом, со своей «самобытной культурой», со своими «особыми нравами и традициями», взглядами на жизнь и на права личности самое современное вооружение и радуемся тому, как много мы на этом сумели заработать. Но вдруг настанет такой момент, когда не Запад и Восток, а Юг и Север схлестнутся друг с другом в схватке за последнюю бочку горючего и за последний стакан чистой питьевой воды, и что тогда? Ведь численно их окажется значительно больше, а вот оружие у них будет точно таким же скорострельным, как и у нас!

ИНТЕРЕСНЫЙ ФАКТ

О борьбе туземного населения Северной Америки с белыми колонистами принято говорить как о делах давно минувших дней, но это в корне неверно. И индейцы, и резервации существуют в наши дни и являются источником немалого социального напряжения. Последнее вооруженное столкновение с коренными американцами, приближающееся по масштабу к индейским войнам времен покорения Дикого Запада, правительство Соединенных Штатов имело в 1973 г. Тогда 300 индейцев оглала из народа сиу покинули резервацию Пайн-Ридж в Южной Дакоте и захватили селение Вундед Ни, печально знаменитое как место избиения индейцев сиу солдатами того самого 7-го кавалерийского полка в 1890 г. Восстание 1973 г. было подавлено при помощи армии.

Насколько можно судить, сейчас источником конфликтов является не столько недовольство разрушением традиционной культуры, сколько нищета, царящая в резервациях, уровень жизни в которых недотягивает даже до стандартов стран Третьего мира. Детская смертность превышает там среднеамериканскую в 4-5 раз и занимает одно из первых мест в мире, большинство населения — безработные. Последнее время лидеры движения за права индейцев несколько раз выступали с обвинением федерального правительства в том, что оно практикует захоронение радиоактивных отходов на отведенных индейцам территориях.

17 декабря 2007 г. представители вождей племени лакота, проживающего в резервации Пайн Ридж, объявили о разрыве договоров, которые были подписаны c правительством США, о выходе из состава Соединенных Штатов и готовности открывать диппредставительства в других странах. Предполагалось создание независимого государства Республика Лакота на землях пяти штатов: Небраска, Южная Дакота, Северная Дакота, Монтана и Вайоминг. Эти земли когда-то были охотничьими угодьями индейцев лакота. Давний активист движения за права индейцев и участник захвата Вундед-Ни Рассел Минс заявил: «Мы больше не граждане Соединенных Штатов Америки и все те, кто живут в зоне пяти штатов, которые охватывает наша страна, могут присоединиться к нам». Он добавил, что всем желающим отказаться от гражданства США будут выданы новые паспорта и водительские удостоверения.

На сегодняшний день Республика Лакота существует в качестве так называемого «виртуального государства». Оно не признано мировым сообществом и не принимается всерьез правительством Соединенных Штатов. Тем не менее провозглашение независимого государства индейцев имело довольно значительный резонанс. Об этом писала пресса многих стран. Существует русскоязычный интернет-сайт, озаглавленный как «Представительство Республики Лакота в Российской Федерации». На счету «виртуального государства» ряд довольно успешно осуществляемых практических проектов: строительство на территории резервации Пайн Ридж школы, в которой, по словам ее основателей, будут использованы новейшие образовательные стандарты в обучении детей Лакота их родному языку и культуре; эксперимент по использованию ветряных турбин для получения дешевой электроэнергии, чтобы в будущем не зависеть от американских энергетических корпораций; создание выездной бригады скорой медицинской помощи. В дальнейшем планируется масштабное сооружение отапливаемых теплиц, позволяющих получать сельскохозяйственную продукцию, в том числе и в зимний период; строительство своеобразной коммуны — первого собственного компактного поселения сторонников непризнанной республики. Насколько все эти проекты окажутся конструктивными и жизнеспособными — покажет время.

Другие материалы рубрики


  • 6 ноября 1860 г. кандидат от республиканской партии Авраам Линкольн одержал победу на президентских выборах, получив 180 голосов выборщиков против 123. К тому времени противоречия между Севером и Югом зашли так далеко, что избранный большинством президент оказался не просто нежелателен, а совершенно неприемлем для оказавшихся в меньшинстве. Никакие заверения республиканцев в том, что вопрос о рабовладении есть внутреннее дело каждого из штатов и никто не собирается его отменять, никого не успокоили. Общественность Юга была уверена, что политика Линкольна будет направлена против их интересов. Надо сказать, часть республиканцев укрепляла эту уверенность. Еще в ходе избирательной кампании Фредерик Дуглас высказал мысль: «Рабовладельцы управляли страной с помощью правительства в течение последних 15 лет. Пусть враги рабства руководят нацией в течение следующих пятидесяти лет»
    Хотя сам Линкольн еще не предпринял ничего определенного, южные газеты призывали не сотрудничать с правительством и писали, что «сецессия — только вопрос времени». Но, согласно закону, до 4 марта 1861 г. у власти продолжал находиться президент Бьюкенен. За это время регулярные воинские части были отведены с Юга на Запад, крупные суммы из бюджета переведены в южные банки, а военный департамент переправил на Юг 500 тыс. ружей.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • В 50–60-е годы XIX ст. в странах Европы наблюдается некоторое оживление как в экономической, так и в политической жизни. Появляются крупные промышленные предприятия — заводы, фабрики, в которых активно внедряется машинное производство.
    Широкое применение получают радио, телеграф, паровые машины, электрические приборы и приспособления, а также многие-многие другие изобретения, которые способствовали резкому повышению производительности труда и улучшению качества выпускаемого товара.
    В политической сфере Западной Европы начались движения по объединению разрозненных мелких стран в более крупные государственные образования.
    Это коснулось и Апеннинского полуострова, особенно области, называемой Сардиния (Пьемонт), которая начала активные действия по объединению в единое государство разрозненных итальянских земель. Для этого Сардинское королевство искало союза с более могущественными и влиятельными странами Европы.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4

  • Когда всадники, закованные в латы, последний раз участвовали в сражении? Что это было за сражение, где и когда оно произошло?
    Казалось бы, что такая битва должна была случиться очень и очень давно, однако на самом деле нас от нее отделяет всего лишь немногим более ста лет. Да-да, не удивляйтесь! В 1898 г., в Судане, в битве при Омдурмане конница махдистов, одетая в кольчуги, в блестящих шлемах и со щитами в руках бросилась в атаку на английские пулеметы системы «Максим»...

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • Итак, первоначальный план военных действий французов был таков: соединить военные корпуса при Меце и при Страсбурге; переправиться через Рейн при Максау; принудить южногерманские государства к нейтралитету и затем перенести театр военных действий на Эльбу. Превосходящий по численности французский флот мог одновременно искать себе применение в Немецком море: произвести, например, высадку в Ганновере или войти в союз с датчанами.
    Однако немцы не дремали и, не дожидаясь 19 июля, быстро и четко провели мобилизацию. В течение десяти дней объединенное северогерманское войско перешло с мирного положения на военное, т. е. с 300 тыс. чел. оно разрослось до 900 тыс. чел. С такой же быстротой и четкостью была произведена и мобилизация южногерманских войск, которые без малейших помех были доставлены сквозными поездами на границу.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • Поляки, Неаполитанский король со своей кавалерией, стоявшей на левом крыле поляков, а также войска князя Экмюльского (маршала Даву — Н.Б.) выступили еще до рассвета. Их атака была стремительной, но оборона была упорной. Князь Багратион, стоявший против них, защищался с силой и отвагой, но наши солдаты были полны такого пыла, что ничто не в состоянии было их остановить. Генерал Компан, раненый при первых атаках, был заменен генералом Раппом, которого вскоре постигла такая же судьба, когда он шел во главе тех же самых храбрецов. Замена раненых или убитых генералов происходила без малейшего шума, и передвижения войск не испытывали ни малейшей задержки, даже когда был ранен князь Экмюльский.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5


  • Гражданская война 1861-1865 гг. унесла 600 тыс. жизней, не считая тех, кто погиб в стычках, предшествовавших открытому конфликту, но на этом испытания не закончились. Победителям и побежденным еще предстояло научиться жить в общей стране по общим законам.
    Юг лежал в руинах. Сложившие оружие конфедераты возвращались на пепелища своих усадеб и собственными руками пытались обрабатывать земли, на которых прежде трудились десятки и сотни рабов. Во многих некогда процветавших усадьбах остались лишь женщины и старики, и окрестные поля зарастали молодым лесом. Площадь обрабатываемых земель в южных штатах сократилась в 1866 г. по сравнению с 1861 г. на 50% , сбор хлопка уменьшился почти в три раза. Старый уклад ерального правительства не было единого представления о том, каким они хотят видеть этот новый Юг, не было и согласия в вопросе о статусе освобожденных невольников. Являются ли они полноправными гражданами? Должны ли они быть допущены к голосованию? Распространяется ли на них закон о гомстедах? Ответы на все эти вопросы оставались неясными. В рядах радикальных республиканцев звучали голоса в пользу того, чтобы конфисковать земли плантаторов и распределить их среди негров и безземельного белого населения. Более консервативные полагали, что достаточно будет, если плантаторы признают уничтожение института рабства. Бывшие невольники должны будут остаться на плантациях, формально — в качестве наемных рабочих, но фактически их положение еще долго не будет слишком отличаться от довоенного.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • 1 апреля 1861 г., спустя неполных два месяца после обнародования манифеста об освобождении крестьян, А.И. Герцен, уже много лет как обосновавшийся в Лондоне с тем, чтобы выпускать здесь свободный от цензуры русский журнал, опубликовал заметку, в которой говорилось следующее: «С упованием на новую поступь России, с бьющимся сердцем ждали мы наш праздник. На нем первый раз от роду при друзьях русских и польских, при изгнанниках всех стран, при людях, как Маццини и Луи Блан, при звуках «Марсельезы» мы хотели поднять наш стакан и предложить неслыханный при такой обстановке тост за Александра II освободителя крестьян!.. Но рука наша опустилась; через новую кровь, пролитую в Варшаве, наш тост не мог идти».
    Польское восстание 1860-х годов отбросило мрачную тень на все царствование Александра Освободителя, весьма затруднило примирение правящей элиты с либеральной интеллигенцией, которое, как мы видим из заметки Герцена, было возможно и могло оказаться весьма плодотворным. Об этом событии очень трудно составить объективное мнение. Пролитая кровь, польская и русская, не способствует беспристрастности суждений. Хотя с момента восстания минуло уже полтора столетия, страсти до сих пор не улеглись.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • ...После жестокого боя 24 августа русские заняли линию Маслово-Бородино-Семеновское-Утица. Французы начали развертывание для атаки на фронте западнее Бородино, Алексинки, Шевардино и южнее. 25 августа обе стороны готовились к сражению, заканчивалась рекогносцировка и отдавались окончательные распоряжения. Французы провели ряд боевых действий (разведок) севернее Бородино и южнее Утицы, которые подтвердили уже сделанную Наполеоном оценку местности на этих направлениях: она была непригодна для действия крупных масс войск. Судя по имеющимся данным, 25 августа оба полководца - Наполеон и Кутузов - в результате боя за Шевардинский редут и рекогносцировок приняли следующие планы боя.



  • Государственное образование Священная Римская империя, основанное в 962 г. германским королем Оттоном I Великим, а с 1512 г. по 1806 г. Священная Римская империя германской нации, в лучшие годы своего расцвета объединила государства Центральной Европы: Германию, северную и среднюю Италию, Швейцарию, Бургундское королевство, Нидерланды, Бельгию, Чехию, Силезию, Эльзас и Лотарингию. С 1134 г. формально империя состояла из трех королевств: Германии, Италии и Бургундии (средневекового государства, существовавшего в X–XIV вв. на территории современной юго-восточной Франции). С 1135 г. в состав империи вошло королевство Чехия (королевство Богемия), официальный статус которого в составе империи был окончательно урегулирован в 1212 г. Империя рассматривалась как прямое продолжение античной Римской империи и франкской империи Карла Великого.
    За всю историю существования Священной Римской империи германской нации процессы становления ее как единого государства так и не были завершены. Империя оставалась децентрализованным образованием со сложной феодальной иерархической структурой, объединявшей несколько сотен территориально-государственных образований.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5
    • 6


  • Император объехал берег в сопровождении саперного генерала Аксо. Утром ему пришлось накинуть шинель одного из польских солдат, чтобы не привлекать внимания. По окончании рекогносцировки он подъехал к группе чинов штаба, чтобы снова обсудить вопрос о различных пунктах, где войско могло занять позиции. Когда император скакал галопом по полю, из-под ног его лошади выпрыгнул заяц, и она слегка отскочила вбок. Император, который очень плохо ездил верхом, упал наземь, но поднялся с такой быстротой, что был на ногах прежде, чем я подоспел, чтобы его поднять. Он вновь сел на лошадь, не произнеся ни слова. Почва была очень рыхлая, и он лишь слегка ушиб нижнюю часть бедра. Я тогда же подумал, что это — дурное предзнаменование, и я, конечно, был не единственным, так как князь Невшательский (маршал Бертье — Н. Б.) тотчас же коснулся моей руки и сказал:
    — Мы сделали бы гораздо лучше, если бы не переходили через Неман.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5