Тамплиеры

Вс, 07/28/2013 - 22:19

Тамплиер — бедный рыцарь

Символ Ордена, принятый в 1168 году, подчеркивал бедность храмовников

Одежда и часть экипировки рыцаря-тамплиера периода 1170 г.

Церемония посвящения (1280 г.)


К концу XI века «трон св. Петра» занял Урбан II — властный и решительный римский папа, который главной целью своей жизни наметил осуществление давней мечты всех христиан — освобождение святого города Иерусалима и Гроба Господня от сарацинов. Урбан II не любил терять время даром — уже к концу 1098 года он, бросив клич по всей Европе, провозгласил начало Первого крестового похода. И призыв не остался гласом вопиющего в пустыне. Со всех концов Европы сотни и тысячи людей — короли и принцы, сеньоры и их вассалы, рыцари и простые крестьяне — потянулись в Рим, чтобы оттуда отправиться на Святую Землю.

Труден был их путь, но, наконец, в 1099 году поход достиг своей цели — Иерусалима. Битва за город продолжалась несколько недель и, несмотря на ожесточенное сопротивление сарацинов, он был взят. Так закончился Первый крестовый поход. Европейские рыцари, движимые идеей освободить Святую Землю от неверных, в том же 1099 году создают Иерусалимское королевство. С жадностью ищутся реликвии и артефакты. Европейцы в духовном восторге поклоняются святым местам, исторгнутым из рук тех, кого они считали язычниками.

Прошел год-другой, и рыцари понемногу отправлялись домой, где об их подвигах уже слагали легенды. Кто остался после них? Паломники. Те, кто уверовал, что их долг перед Богом — побывать в Святой Земле. При вести об освобождении Иерусалима ликовала вся католическая Европа. И в то время, как рыцари возвращались домой, на их место приходили мирные путешественники. Дороги Малой Азии стали одними из самых оживленных. Сарацины не простили эту победу христианам. Их месть была жестокой. Не имея большой военной силы, они стали действовать малыми отрядами, перехватывая и истребляя группы паломников. В иные дни паломники гибли сотнями. Нередко их брали в плен ради выкупа, использовали их и как рабов для продажи на восточных рынках. Вот тогда-то для защиты паломников от нападений и были созданы два военно-религиозных ордена — Орден тамплиеров (1118 год) и Орден госпитальеров (1120 год). Основателем Ордена тамплиеров стал благородный дворянин Хьюго де Пейн.

Об этой личности мы почти ничего не знаем, кроме того, что Хьюго был уже немолод. Кроме него, еще восемь человек составили ядро будущей организации:
Хьюго де Пейн, Годфруа де Сент-Омер, Андре де Монбар, Гундомер, Годфруа, Ролан, Жоффруа Бизо, Пейен де Мондидье, Аршамбо де Сент-Эйнан.
В 1120 году в Орден был принят Фульк Анжуйский, отец Жоффруа Плантагенета, а в 1124 году граф Шампанский.

К 1126 году было принято еще два человека. Под черно-белым флагом — «Босеаном», в обычных мирских одеждах, они и начали свою загадочную партию. Кстати, слово «Босеан» попросту означает «окрашенный в два цвета», в данном случае — черный и белый. Тогда же впервые прозвучал девиз ордена «Vive Dieu Saint Amour!» — «Да здравствует Бог Святая Любовь!».

В 1119 году горстка рыцарей, представлявших новый Орден, пришли к королю Иерусалимскому Бодуэну Второму с заявлением, что они хотят посвятить всю жизнь служению Христу, а потому отрекаются от мира. Так Орден предложил свои защитные и караульные услуги на Святой Земле. Девять рыцарей принесли Патриарху Иерусалимскому (православному, не католическому иерарху!) три обета: целомудрия, послушания и бедности. И еще они клянутся быть верными Святой Земле до конца. Король лично отвел рыцарям резиденцию — помещение, находившееся с южной стороны дворца иерусалимского короля и примыкавшее к церкви гроба Господня. В свое время она была мечетью аль-Акса, святыней мусульман. На том же месте, по преданию, находился и храм царя Соломона. Так и возникло название — «храмовники» или «тамплиеры» (по-французски храм — «тампль» (le temple)). Полное же наименование звучало: «Pauperi commilitiones Christi Templicue Salomoniacis» — «Бедные соратники Христа и Храма Соломона».

Духовным «отцом» Ордена Храма Господнего в Иерусалиме был знаменитый Бернар Клервосский — человек, по слову которого короли могли выступить в поход, а римские папы склоняли головы. Бернар, родившийся в 1090 г. в Труа, происходил из знатной семьи. По сложившейся к XI в. традиции он должен был стать монахом, чтобы не тревожить своих старших родственников претензиями на наследование земли. Он мог быть обычным аббатом — хозяйственным и в меру порядочным, мог окунуться в политические интриги. Однако Бернар попал в Орден Цистерцианцев — монашеский орден, занимавшийся распространением ученых знаний. Именно устав цистерцианцев, самый суровый и жесткий из всех уставов монашеских орденов, разработанный лично св. Бернаром, лег в основу устава нового Ордена.

Организация Ордена и его политика

В 1128 г. для официального признания Ордена Римским Папой Евгением III был созван специальный церковный собор (единственный случай в истории!), в Труа — на землях графа Шампанского.


Поединок рыцарей-тамплиеров (1230 г.)

Крепость тамплиеров Миравет королевства Арагон

Крепость тамплиеров Монзон королевства Арагон

Главные ворота Храма Гроба Господня. Правая арка ворот была заделана еще крестоносцами

В 1139 году Папа Иннокентий II взял тамплиеров под личное покровительство, издав буллу «Omne Datum Optimum», согласно которой храмовники могли оставлять себе всю военную добычу, освобождались от всех налогов, получали автономию от светских властей и судов. Булла «Milites Templi» (1144 год) отпускала грехи всем, кто жертвовал ордену, в связи с чем количество желающих расстаться с деньгами значительно выросло, а булла «Militia Dei» (1145 год) разрешила тамплиерам строить собственные церкви (прихожане также означали дополнительные доходы) и хоронить мертвых рыцарей на собственных кладбищах. Это был военно-монашеский Орден, впитавший в себя традиции ранних монашеских орденов. Даже хоронили братьев-тамплиеров первоначально по монашескому обряду цистерцианцев — обнаженными, на доске лицом вниз.
Вступая в Орден, рыцари одновременно становились монахами, т.е. принимали обычные монашеские обеты послушания (покорности), бедности и безбрачия. Рыцарь, вступая в Орден тамплиеров, отрекался не только от всей мирской жизни, но и от родственников.

В уставе тамплиеров было 72 статьи. Первые семь накладывают на храмовников различные религиозные обязанности: определяют, сколько (от 13 до 100) раз и при каких обстоятельствах нужно прочесть “Отче наш”, а в случае смерти одного из братьев обязывают кормить на его месте бедняка семь дней.

Остальные главы определяют повседневный быт рыцарей. Принимать пищу следует молча, слушая при этом чтение Священного Писания. Мясо — два раза в неделю. Десятую часть хлеба нужно отдавать беднякам. После вечерней мессы также следует молчать (за исключением случаев ведения военных операций). Женщины в Орден не принимаются. Целоваться с “сосудами греха”, включая матерей, сестер и дочерей, запрещено. После смерти храмовника его вдова получает пенсию.

Одежда “шевалье”, принявших обет безбрачия, — белая. Одежда “сержантов” — черная. Никакого меха в отделке, кроме овчины, не допускается. Золотые или серебряные элементы экипировки запрещены (разрешалось использовать позолоченные доспехи, если их предварительно покрасить). Коней — не более трех. Бороду и усы стричь нельзя. Башмаки — без шнурков и острых носов. Кровать — соломенный тюфяк. Всю ночь в общей опочивальне должен гореть огонь.

Запрещалось иметь сумки или сундуки с замками. Вся личная переписка прочитывается в присутствии магистра. Все подарки передаются в собственность Ордена. Охотиться нельзя — исключение сделано лишь в отношении львов, ибо они “ходят кругами и ищут, кого бы пожрать”.

Если после смерти рыцаря-монаха в его вещах обнаруживались золотые или серебряные изделия, или деньги, то он терял право на похороны на освященной земле (кладбище), а если это обнаруживалось уже после похорон, то тело надлежало извлечь из могилы и бросить на съедение псам. На печати Ордена была изображена лошадь с двумя всадниками (часто — рыцаря и монаха) в одном седле, что указывало на бедность членов Ордена.

На деле оказалось, что эти требования больше предназначались для публики. Орден Храма сразу получил несметные богатства — ему жертвовали земли светские сеньоры. Прежний Орден Цистерцианцев с появлением тамплиеров отказался получать дарения и увеличивать свои накопления. Казалось, старые ордены решили передать одному новому свои богатства и познания. Тамплиеры прославились своей жадностью к военной добыче, «чувственными развлечениями» и «винопитиями». Они не стеснялись убивать и грабить кого угодно, включая и единоверцев. Это хорошо описано в романе В. Скотта «Айвенго». Хоть это и является художественным произведением, но история подтверждает подобный стиль поведения храмовников. Про братьев-рыцарей говорили: «пьет как тамплиер» и «ругается как тамплиер». Гордости и заносчивости им было не занимать.
В отличие от, скажем, Тевтонского Ордена, монашеские обеты у тамплиеров принимали все сословия, и все строгости Устава относились ко всем членам Ордена.
Отличительными знаками Ордена тамплиеров были:

— белый плащ-мантия для рыцарей и коричневый для сержантов с красным восьмиконечным крестом,
— боевой клик: «Босеан! За Храм!»,


Крестоносцы впервые видят Иерусалим

Передовой отряд крестоносцев в Святой Земле

Готфрид входит в Иерусалим

Битва крестоносцев против 20 тысяч сарацин

— флаг-штандарт, представлявший из себя черно-белое полотнище с девизом «Non nobis Domine» (это начальные слова девятого стиха 113 псалма Библии «Non nobis Domine, non nobis, sed nomini tuo da gloriam...» («Не нам, Господи, не нам, но Имени Твоему дай славу...»),
— герб Ордена с изображением двух рыцарей, едущих на одном коне (символ бедности тамплиеров).

По некоторым источникам, у сержантов изображение креста было неполным и он имел вид буквы «Т».
Не стоит полагать, что белый плащ с красным крестом был чем-то вроде униформы тамплиеров, и они все дружно одевались одинаково, как современные офицеры или солдаты. Покрой, фасон, размеры и местоположение креста — все это определялось самим рыцарем. Вполне достаточно было иметь плащ белым вообще и иметь на одежде красный восьмиконечный крест. Вообще, у крестоносцев (не только у тамплиеров) было принято носить крест на груди, отправляясь в крестовый поход, и на спине при возвращении из похода.

Большая часть братьев-рыцарей находилась в Палестине и воевала с неверными. Рыцарями Ордена могли стать только французы (позднее и англичане) благородного происхождения. Только они могли занимать высшие руководящие должности (великий магистр, магистры владений, капитульеры, каштеляны, драпиеры и т.п.). Впрочем, относительно национальности соблюдалось это не слишком строго. Среди рыцарей встречаются и итальянцы, и испанцы, и фламандцы, и многие другие.
Сержантами Ордена могли стать как богатые горожане (занимали должности оруженосцев, счетоводов, управителей, кладовщиков, пажей и т.п.), так и простые люди (охранники, солдаты, прислуга).

Священниками Ордена могли стать священники католической церкви, однако, вступая в Орден, такой священник становился членом Ордена и подчинялся только магистру Ордена и его высшим сановникам. Епископы католической церкви и даже сам Папа теряли над ними власть. Священники выполняли духовные обязанности в Ордене, хотя и рыцари Ордена были наделены правами духовников. Любой член Ордена мог отправлять свои религиозные обязанности (исповедь, причастие и т.п.) только перед орденскими священниками.

Орден тамплиеров завоевал себе очень быстро огромную популярность, и его становление было стремительным. В ряды тамплиеров вливались все новые и новые добровольцы или, скорее, послушники, и буквально через несколько лет в их рядах насчитывалось уже более 300 «благородных рыцарей», среди которых оказалось немало принцев, герцогов и даже особ королевских семей. Вскоре орден распространил свое влияние далеко за пределы Палестины — к началу XIV века храмовники располагали по всей Западной Европе почти десятью тысячами резиденций.

Военная мощь ордена была значительна. В период расцвета в его рядах состояло уже 15 тысяч рыцарей и 45 тысяч сержантов, не считая священников, крестьян, ремесленников, гостей Храма и вассалов. Эта армия была рассеяна по всей Западной Европе и могла контролировать ценности ордена на огромных территориях. А тамплиеры собирали свои богатства с невероятной алчностью на огромной территории от Атлантического океана до Палестины.
170 лет храмовники сражались за Святую Землю. В нападении они были первыми, в отступлении — последними. «Победа или смерть. Но не бесчестье» — был их девиз. У того, кто трусил, отбирали рыцарское звание, и год он должен был есть на полу. Но в битвах с мусульманами из тамплиеров никто не опозорился.

На вершине иерархической лестницы ордена стоял Великий магистр, избранный собранием представителей всех девяти провинций Западной Европы. Великий магистр обладал абсолютной властью едва ли не во всех вопросах. Тамплиеры не признавали над собой никакой другой власти. Орден Храма пользовался правом экстерриториальности и не подпадал под юрисдикцию властей тех земель, на территории которых он находился. Орден не платил никому никаких налогов, в том числе и церковную десятину, а также таможенных пошлин, — т.е. стал выше, чем любое европейское государство. В какой бы стране ни находился узел раскинутой Орденом сети, он не подчинялся местным законам, а действовал по прямому указанию Верховного магистра или самого Папы. У него были своя полиция и свой трибунал. Формально Великий магистр подчинялся только папе, который сам его боялся.

Принадлежность к Ордену обеспечивала его членам личную безопасность и физическую защиту их самих, родных и имущества от произвола соседних князей, королей и других крупных феодалов, особенно в период отстутствия рыцаря в своем имении, например — участие в крестовом походе, которое позволяло поправить свои финансовые дела за счет добычи. Ведь не стоит забывать, что в те времена закон так мало значил. Прав был тот, кто сильнее. А обидеть члена Ордена означало обидеть весь Орден.


Штурм крепости

Машины крестоносцев для штурма крепостей

Славная смерть маршала Ордена Жака де Майи

Саладдин

Очень скоро Орден был овеян романтическими легендами о бескорыстных и бесстрашных рыцарях, готовых прийти на помощь человеку, попавшему в беду. Первые храмовники были таковыми на самом деле! Многочисленные паломники разнесли весть об этих славных воинах по всем уголкам Европы. Через несколько лет не было в Европе мест, где не восхищались бы подвигами тамплиеров. Очень скоро в умах простых обывателей слово «тамплиер» стало синонимом «защитника Святой Земли» и «защитника обиженных». После получения благословения от римского Папы началось его настоящее процветание.

Первым шагом стал массовый сбор пожертвований на благо Ордена. Его агенты легко находили доступ к сердцу каждого христианина. Даже самые бедные стремились помочь людям, добровольно принявшим на себя «нелегкую ношу защиты Святой Земли». Обет «нищеты» не оставлял никаких сомнений в бескорыстности их намерений. Пожертвования составляли колоссальные по тем временам деньги. Богатые люди, не имевшие наследников, оставляли Ордену имения, замки, поместья. К середине двенадцатого века многие сотни земельных наделов с замками и поместьями уже были в руках тамплиеров. Каждым управлял назначенный Орденом человек. Так образовалась сеть, охватившая Европу.

Финансовая деятельность

Несмотря на обеты личной бедности, сам Орден, как организация, мог иметь имущество. Более того — его устав прямо обязывал накапливать ценности и запрещал продавать имущество без разрешения высшего совета. Уже в 1133 году бездетный король испанской провинции Арагона Алонсо I, который также владел Наваррой и Кастилией, умирая, завещал все свои владения орденам тамплиеров и госпитальеров. Хотя это завещание не было исполнено, но восшедший на арагонский престол Рамиро эль Монхе откупился от орденов очень крупными подаяниями. Французский король Филипп I Август дарит в 1222 году Ордену огромную по тем временам сумму в 52 тысячи золотых.
Кроме того, орден создал свой флот и добился монополии в плаваниях по Средиземному морю между Европой и Ближним Востоком. Его корабли перевозили войска крестоносцев и паломников, отправлявшихся на Святую Землю, среди которых были богатые, щедро платившие за услуги принцы. Так или иначе, но тамплиеры овладели целыми графствами.

Одним из главнейших занятий Ордена были финансы. Нужно заметить, что ввиду большого риска финансовыми операциями зарабатывали только определенные лица и конгрегации. Ростовщичеством занимались обычно итальянцы и евреи. Конкуренцию им составляли аббатства, которые обычно давали деньги под залог «земли и плодов с нее». Целью кредита обычно было паломничество в Иерусалим, сроком — возвращение оттуда. Величина кредита — 2/3 суммы залога.
Значительно более солидно выглядел на этом поле финансовой деятельности Орден тамплиеров. У него был особый статус — не только светской организации, но и духовной — следовательно, нападения на помещения Ордена рассматривались как святотатство. Кроме того, тамплиеры получили позже у Папы право заниматься финансовыми операциями, благодаря чему вели свою деятельность открыто. Другим конгрегациям приходилось прибегать ко всякого рода ухищрениям (давать деньги в рост, евреям, например).

Именно тамплиеры являются изобретателями чеков, причем если сумма вклада исчерпывалась, то ее можно было увеличить с последующим восполнением родственниками. Благодаря своему присутствию на всем пути из Западной Европы в Палестину тамплиеры создали прообраз системы «дорожных чеков», которыми сегодня так любят пользоваться миллионы туристов — отправлявшемуся на Святую Землю давали обменный вексель, который мог оплачиваться на всем пути. Дважды в год чеки посылали в комтурию выпуска для окончательных подсчетов. Каждый чек снабжался отпечатком пальца вкладчика. За операции с чеками Орден брал небольшой налог. Наличие чеков освобождало людей от необходимости перемещений драгоценных металлов (игравших роль денег), теперь можно было отправляться в паломничество с небольшим кусочком кожи и в любой комтурии тамплиеров получить полновесную монету! Т.о. денежная собственность владельца чека стала недоступной для разбойников, число которых в Средневековье было достаточно велико.

Орден обладал огромными земельными владениями: в середине XIII века — около 9000 мануариев; к 1307 г. — около 10500 мануариев. Мануарием называли земельный участок размером 100—200 га, доход с которого позволял вооружить рыцаря.
Постепенно тамплиеры становятся крупнейшими кредиторами Европы — у них можно было взять ссуду под 10%. Для сравнения: кредитно-ссудные кассы и евреи давали ссуды под 40%. Но со времен крестовых походов папы «освободили» крестоносцев от «еврейских долгов», тамплиерам же отдавали в любом случае.
По мнению историка Стюварда, «самым длительным занятием тамплиеров, их вкладом в разрушение монополии Церкви на ростовщичество было занятие экономикой. Ни одно средневековое учреждение не сделало большего для развития капитализма».

В числе их должников все — от крестьян до королей и пап. Банковское дело у них настолько развито, что Филипп II Август доверил казначею Ордена исполнение функций министра финансов. В течение 25 лет королевская казна управлялась казначеем Ордена Гаймаром, потом Жаном де Милли. При Людовике IX Святом королевская казна находилась в Тампле. При преемнике Людовика она продолжала там оставаться и почти слилась с кассой Ордена. «Главный казначей Ордена стал главным казначеем Франции и сосредоточил финансовое управление страной», — пишет С.Г. Лозинский. Не только французские короли доверяли казну государства тамплиерам, еще на 100 лет раньше один из ключей от иерусалимской казны хранился у них. Даже казна вечных соперников тамплиеров — госпитальеров-иоаннитов в конце XIII века хранилась в Тампле! Рыцарям Храма были знакомы бухгалтерский учет и принцип двойной записи, чековые расчеты и сложные проценты; во всем христианском мире не было более опытных и честных экономистов.
Орден вел активные строительные работы. На Востоке они по большей части заключались в возведении замков и мощении дорог. На Западе — дороги, церкви, соборы, замки. В Палестине тамплиерам принадлежало 18 важных замков, например Тортоза, Фев, Торон, Кастель-Пелегринум, Сафет, Гастин и другие.

За срок менее ста лет Орден построил в Европе «80 соборов и 70 храмов поменьше», — говорит Ж. Майе. Отдельно следует выделить такой вид деятельности тамплиеров, как строительство дорог. В то время нехватка дорог, множественность «таможенных барьеров» — сборов и пошлин, взимаемых каждым мелким феодалом у каждого моста и пункта обязательного проезда, не считая разбойников и пиратов, затрудняли возможность передвижения. К тому же качество этих дорог было отменно низким. Свои дороги тамплиеры охраняли и на их перекрестках строили комтурии, где можно было остановиться на ночлег. Люди были защищены на дорогах Ордена. Существенная деталь: за проезд по этим дорогам не взималась таможенная пошлина! Явление, исключительное для Средневековья.

Некоторые историки подсчитали стоимость построенных тамплиерами замков. Сумма получилась такая заоблачная, что официальных средств рыцарей просто не хватило бы. Выходит, храмовники вели «двойную бухгалтерию», и денег у них было гораздо больше!

В противоположность «братьям-рыцарям», «братья-монахи» организовали по всей Европе сеть командорств, в которых хранились богатства Ордена. Тамплиеры имели собственные замки с поместьями, в которых не переводилось зерно. Командорства были объединены в бальяжи (округа), которые по богатству и власти соперничали с бальяжами короля. Но несмотря на богатство Ордена, попавшим в плен тамплиерам запрещалось предлагать выкуп за свою жизнь и свободу.

Тамплиеры дошли и до Украины. Они воевали в дружинах князя Данилы Галицкого и даже возводили замки в Украине.

Значительной была благотворительная деятельность тамплиеров. Устав предписывал им трижды в неделю кормить бедных в своих домах. Кроме нищих во дворе, четверо ели за столом. Когда во время голода в Мостере цена меры пшеницы поднялась с 3 до 33 су, тамплиеры кормили 1000 человек ежедневно.

В 1291 г. Акка (последний оплот Ордена и христианства на Святой Земле) пала, и храмовники перенесли свою резиденцию на Кипр. Еще задолго до этого события они, используя свои накопления и широчайшие связи, стали крупнейшими банкирами Европы, так что военная сторона их деятельности отошла на второй план.

Итак, истинной основой богатств Ордена явились не военная добыча и пожертвования, а активная ростовщическая деятельность, фактически создание банковской системы Европы. Когда евреи, признаваемые сегодня основателями современной банковской системы, еще не поднимались выше уличных менял, тамплиеры уже располагали развитой системой кредитования, векселирования, денежные операции велись не только с помощью золота, но и ценных бумаг.

В руки тамплиеров, позиции которых были особенно сильны во Франции, Англии и Испании, стекались огромные богатства. Они стали, по существу, первыми банкирами Средневековья, создав свой банк. Каждая резиденция имела его отделение. Коммерсанты, монархи и епископы помещали в банк Ордена золото и другие драгоценные металлы. Золото монахи пускали в оборот.

Но вместе с богатствами к тамплиерам из Византии и Святой Земли стекались и знания, накопленные древними восточными мудрецами. Храмовники во время своего пребывания в Иерусалиме были тесно связаны с традициями просвещенного Востока. А свидетельства, собранные учеными античности, тоже не могли пройти мимо монахов Ордена. И поэтому, когда христиан сто лет спустя изгнали из Палестины, среди сокровищей храмовников были и ценнейшие «ноу-хау» раннего Средневековья.

Военная и дипломатическая деятельность

В довольно-таки продолжительный полувековой промежуток времени между окончанием Второго крестового похода (1148), который закончился полным провалом (в котором только благодаря тамплиерам крестоносцам вообще удалось дойти до Дамасска и не погибнуть полностью еще на полпути), — и началом Третьего крестового похода (1189) история Северной Африки богата событиями борьбы между христианами и мусульманами. Здесь было все — и свирепая жестокость и тех и других, и заключения союзов, и предательство и успешные штурмы городов как с одной стороны, так и с другой. Во всех этих событиях тамплиеры принимают самое активное участие, стремясь как к насаждению христианства в Святой Земле, так и к своему собственному укреплению. В 1177 г. тамплиеры участвуют в битве при Аскалоне и вносят существенный вклад в победу христиан. Действуя в своей излюбленной манере — «тараня» плотной группой рыцарской конницы вражеские боевые порядки на максимальной скорости, — они пробивали в рядах врагов брешь, куда быстро проникали другие крестоносцы. О мастерстве и безрассудной отваге рыцарей свидетельствует битва при Монжизаре. 25 ноября 1177 года прокаженный король Иерусалима Балдуин IV с армией из 500 рыцарей (из них — 80 тамплиеров во главе с Великим магистром) и нескольких тысяч пехотинцев внезапно напал на армию Саладина, насчитывавшую 26 тысяч человек. Рыцари перебили почти всех арабов, включая легендарных мамлюков. Саладин спасся лишь потому, что сел на породистого «гоночного» верблюда и ускакал с поля боя. Неудивительно, что мусульмане люто ненавидели тамплиеров и считали их главными врагами ислама.

В 1179 г. на берегу реки Иордан крестоносцы терпят поражение от Саладина и заключают с ним перемирие.

Привычка бросаться на многократно превосходящие силы противника не раз выходила тамплиерам боком. В 1187 году Саладин вторгается в Иерусалимское королевство и осаждает Тивериаду. В битве при Кишоне 600 человек атаковали армию из 7000 сарацинов. Божьего чуда не произошло — арабы не только перебили их войско, но и надругались над телами павших. В последовавшей за этим битве при Хаттине (1187 год) Саладин захватил множество христиан, включая короля Иерусалима. Он пощадил их всех — кроме 230 тамплиеров, каждый из которых отверг предложение принять ислам в обмен на жизнь. После этого всех их убили, отпустив на свободу (?!) лишь магистра де Ридефора. Некоторые исторические источники утверждают, что Великий магистр купил себе жизнь принятием ислама и согласием на казнь всех тамплиеров, взятых в плен вместе с ним. Хаттинский разгром 1187 г. не мог не отразиться на тамплиерах. Орденские замки было почти некому защищать. В течение нескольких недель все крепости королевства пали. Затем наступила очередь и самого Иерусалима. Тампль — штаб-квартира тамплиеров-также оказывается в руках Саладина.
В Сирии тамплиеры удержали лишь Тортозу, госпитальеры — Маргит. Кроме них держались портовый Тир, где засел Конрад Монферратский (что сделало возможным Третий крестовый поход), и Триполи, владение графа Раймунда.

В 1189 году начинается Третий крестовый поход. Гвидо де Лузиньян с очень небольшими силами, нарушив данное Салах-ад-дину (так на самом деле звучит имя Саладин) в плену слово, возобновил войну и осадил Акру. Во время долгой осады осажденными был второй раз взят в плен и на этот раз обезглавлен Жерар де Ридефор. К 1191 году только прибытие участников Третьего крестового похода позволило Лузиньяну, после двухлетней осады, овладеть крепостью Сен-Жан д`Акр (Акра). Тамплиеры, принимавшие активное участие в осаде крепости, размещают в городе свой Тампль (так традиционно уже называется штаб-квартира Ордена). На сто лет город стал штаб-квартирой тамплиеров, которые лихорадочно собирали новые кадры. Восемнадцать месяцев у Ордена не было магистра. Но понемногу все снова наладилось.
15 июля 1199 года, т.е. в самом начале Четвертого крестового похода крестоносцам удается вновь овладеть Иерусалимом. Тамплиеры учиняют зверскую резню мусульман у стен своего старого Тампля. Как отмечал один из магистров Ордена тамплиеров в письме папе Римскому: «...знайте, что в портике Храма Соломонова и в самом Храме наши люди проезжали верхом сквозь нечистую кровь сарацин, которая доходила лошадям до колен». Историки того времени пишут, что в Иерусалиме во время резни крестоносцы уничтожили более 30 тысяч мусульман и иудеев.

Христианские владения, однако, после четвертого похода остались одиночными замками, разбросанными по Святой Земле, не связанными общей властью. Таковой властью, со временем, должен был стать именно Орден. Тем более, что в 1236 г. на Кипре скончался Жан д’Ибелен, и Сирия осталась без христианского государя. Не долго думая, при поддержке местных поселенцев тамплиеры выбили из Святой Земли сторонников Фридриха II, человека, вернувшего христианам Иерусалим и заслуженно ставшего иерусалимским королем! С Дамаском была достигнута договоренность о мирном сосуществовании. Остались, в принципе, последние противники — госпитальеры... Но именно в тот момент, когда тамплиеры протянули руку к мечте, она разбилась вдребезги.

В октябре 1240 года брат английского короля Генриха III Ричард Корнуолл сумел поссорить и натравить друг на друга мусульман Египта и Дамаска, после чего в мае 1241 года добился заключения мирного договора с египтянами, по которому крестоносцы получили большую часть Палестины, включая Иерусалим. Ему удалось бескровно одержать крупнейшую по тому времени победу! Все погубила алчность тамплиеров…

Они в это время, предав общее дело крестоносцев, вступают в сговор с дамасцами и совместно с ними нападают на войска египетского султана Аюба. Более того, они нападают на силы Ордена госпитальеров (!!!), выбивают из Акры тевтонских рыцарей (!!!) и берут в плен часть госпитальеров, оказавшихся в Акре! Тамплиеры по отношению к своим собратьям ведут себя крайне жестоко, не позволяя последним даже похоронить своих павших!

Вскоре султан Египта Аюба, вступив в союз с хорезмийцами, вытесненными татаро-монголами со своих земель восточнее Каспийского моря, поднимает мусульман на священную войну со всеми христианами. В середине июля он осаждает Иерусалим и через шесть недель овладевает городом, учинив там резню, не уступавшую по масштабам резне, устроенной тамплиерами в 1199 году.

В 1244 г. при Ла-Форбье (под Газой) рыцари повторили свою «фирменную ошибку» и сошлись с превосходящим противником в большом полевом сражении. На их стороне выступил эмир Дамаска, против них были египетские мамлюки и примкнувшая к ним туркменская конница из Хорезма. Несмотря на мужество, проявленное крестоносцами в бою, сражение они проиграли. С точностью повторился хаттинский эффект. Было выбито ядро обоих орденов — потери составили триста рыцарей у тамплиеров, две сотни у госпитальеров. С поля боя живыми выбрались 33 тамплиера, 26 госпитальера и 3 тевтона. Замки стояли пустые перед полчищами Бейбарса. В 1245 г. египтянам сдался Дамаск, и Сирия и Египет объединились против креста. На этот раз только крестовый поход латинян в Египет и вторжение монголов в 1250 — начале 1260-ых гг. принесли отсрочку. Монголы взяли Багдад и овладели Месопотамией, затем вторглись в подчинявшуюся Куттузу Сирию. Ситуация стала крайне запутанной, и победа монголов, чьей целью был Иерусалим, могла сделать ее фантастической!

Но этого не случилось. Боэмунд Антиохийский примкнул к монголам и… был за это отлучен от церкви. Тамплиеры сразу объявили, что считают монголов своими врагами («пусть эти черти приходят, мы готовы»), граф Сидонский атаковал монгольский отряд и убил племянника Кит-Буки, поселенцы предоставляли провиант и отдых мамлюкам (Л. Гумилев риторически спрашивает: вспоминали ли тамплиеры в плену, в промежутках между пытками… что именно благодаря их Ордену, деяниям их предшественников было уничтожено христианское население Сирии, убиты врагами пришедшие к ним на помощь союзники и… навсегда потеряна цель крестовых походов — Святая Земля). А ведь в Сирию пришла христианская монгольская армия несториан во главе с несторианином Кит-Букой и сочувствовавшим несторианам ханом Хулагу. Но в тылу у них вспыхнуло восстание грузин, основные силы во главе с Хулагу ушли на курултай по случаю смерти Мункэ. И Бейбарс отбил монголов, впервые в истории нанеся им полное поражение (Айн-Джалут, 1260 г.). Немного раньше провалился крестовый поход (1248-1254) против Египта (седьмой по счету). Упорнейшая битва в Мансуре началась с отчаянной атаки Робера д'Артуа и тамплиеров, в ходе которой погиб эмир Факр-эд-дин. Но закончилась она через четыре кровавых дня победой Бейбарса. Когда лагерь крестоносцев охватили дизентерия и цинга, победа стала окончательной. Тамплиеры предоставили деньги для выкупа попавшего в плен французского короля Людовика IX — и «отличились» в присвоении имущества убегавших от преследования мусульманами европейских колонистов и междуусобными стычками с рыцарями-госпитальерами.

Таким образом, предательство тамплиеров в 1241 году привело к коренному перелому в многолетней борьбе христиан и мусульман за Святую Землю в пользу мусульман. Последующие крестовые походы, несмотря на то, что крестоносцам порой удавались отдельные победы, сколько-нибудь заметных положительных результатов уже не давали.

В 1270 году французский король Людовик IX начинает Восьмой (последний) крестовый поход, закончившийся полным провалом. В последующие двадцать лет египетские султаны город за городом отнимают у христиан — Арсуф (1265), Яффу и Антиохию (1268), крепость госпитальеров Маркаб (1285), Триполи (1289). Затем настала очередь Иерусалима.

В конце 1290 года мусульмане подступили к Акре, в которой в это время находился Тампль храмовников. Обороной Акры руководил Великий магистр ордена Гишар де Божо. Гарнизон насчитывал 15 тыс. чел, включая 900 рыцарей — тамплиеров и госпитальеров. После шести месяцев осады, мусульманам с помощью стенобитной машины удалось обрушить одну из башен крепости. Видя неминуемое поражение, около четверти гарнизона, в основном госпитальеры, пошли на прорыв во главе с магистром Вилье де л'Иль Адамом, забрав патриарха и последнего христианского короля Иерусалима и Палестины, и удачно совершив его, смогли сесть на корабли и бежать на остров Кипр. 18 мая 1291 мусульмане ворвались внутрь крепости. В ходе боя уже внутри крепости пали около 300 рыцарей тамплиеров во главе с Великим магистром де Божо. Остальным (несколько сотен) удалось укрыться в Тампле. После нескольких дней переговоров, в ходе которых тамплиеры обманом заманили в Тампль около 300 мусульман и затем всех их перебили, султан Амелик Азашраф — сын умершего в начале похода 19 ноября 1290 г. султана Калавуна — приказал подвести под Тампль мину. Как пишет историк Д. Легман:

«Утром... султан, отчаявшись взять Тампль приступом, отдал приказ о его разрушении. Под фундамент был сделан подкоп, и башню подперли деревянными стойками. После этих приготовлений подпорки подожгли. Когда пламя ослабило опоры, башня со страшным треском обрушилась, и все тамплиеры погибли под обломками либо сгорели в огне».

Очень сомнительно, что эта огромная по объему работа была проделана в течение 1-2 дней. Ведь Тампль — большое сооружение, в котором укрылось несколько сот человек. По меньшей мере на это потребовалось бы 2-4 месяца. Вероятнее всего, эта мина подводилась мусульманами в течение всего времени осады.

В ночь накануне гибели Тампля 11 храмовников через тайный ход покинули Тампль, погрузились на поджидавший их корабль и отплыли на Кипр, увозя с собой все сокровища Ордена тамплиеров. Имена их стерла история, кроме одного — Тибо Години, избранного в том же году на Кипре Великим магистром Ордена.

Итак, тамплиеры дольше всех держались в Святой Земле. «Когда остальные крестоносцы горько сетовали на жару и холод, на грязь и пыль, тамплиеры и госпитальеры, стиснув зубы, заменяли сторожевых псов. Когда французы или англичане с ностальгией говорили о возвращении на Запад к своим очагам, женам и детям, рыцари-монахи молчали. Магистр ордена Храма сеньор Эврар де Бар, почитаемый за свою веру и ценный пример для войска, и его братья следили за своими собственными лошадьми и поклажей и, насколько могли, храбро защищали поклажу и лошадей других. Король, который любил их и охотно подражал их примеру, пожелал, чтобы все войско держалось их и чтобы наше духовное единство укрепило слабых» — пишет Одон де Дей, участник Второго крестового похода.

Но нельзя избежать впечатления, что с какого-то времени тамплиеры сражались за Святую Землю не как за общехристианское достояние, а как за свою собственность. Здесь сложили голову Великие магистры Бернар де Тремеле, Одон де Сент-Аман, Жерар де Ридефор, Арман де Перигор и Гийом де Шартр. Замки тамплиеров побили рекорды неприступности, многие их них так и не были взяты и были разрушены самими рыцарями (Баграс, Роше-Руссель, Шато-Пелерин).

Тамплиеров не следует идеализировать. Они могли показывать чудеса отваги и жертвенности. Но также сознательно нарушали договора, отказывались возвращать денежные вклады, грабили караваны, участвовали в феодальных междоусобицах и крайне неохотно расставались со своими богатствами. Так, когда после битвы при Хаттине пал Иерусалим, Саладин предложил тамплиерам выкупить его жителей, но орден, созданный специально для защиты города, отказался это сделать, и 16 тысяч христиан попали в рабство.
Приведенные выше примеры не позволяют однозначно трактовать действия тамплиеров в делах Европы и, особенно, на Святой Земле. Однако никто из исследователей не сомневается во влиятельности этого ордена по всей Европе. Как указывают многие историки: «В некотором роде они служили живым оправданием крестовых походов вообще...». Современникам нужно было персонифицировать крестовые походы в виде реально существующего военного Ордена, и таковым был Орден Храма. Более 20000 рыцарей и пять магистров Ордена погибло на Святой Земле за время его существования.

Потеряв свои ближневосточные корни, Орден глубоко и необратимо ослаб. Тем более достойно уважения то, что всего за пару десятилетий он в третий раз реанимировал себя и выстроил свою европейскую копию. В начале века он снова был богат, хотя и подрастерял свою репутацию: тамплиерам не верили, их не уважали, не понимали, но боялись. Орден же мечтал о возвращении в Святую Землю. Пока же его основными центрами были Кипр, Лондон и Париж, где рыцари выстроили Тампль. В Париж же переехало высшее руководство Ордена по приглашению Филиппа Красивого. Легко догадаться, чем он их заманил — обещанием крестового похода. Но все, связанное с тамплиерами, исключая Тампль, рухнуло на рассвете 13-го октября
1307 г., в пятницу…

Тайные ритуалы Ордена

Правила 1128 года, которые прежде были единственным руководством для Ордена, и их позднейшие дополнения стали для Тамплиеров лишь внешней формальностью. Истинная же сущность Ордена выражалась в особом тайном уставе. Вот против этого тайного устава Тамплиеров и были направлены усилия папы Климента V.

Возникший на Востоке между 1220 и 1290 годами, устав этот составлял неприкосновенную тайну и секрет. Под угрозой строжайшего наказания братьям было воспрещено иметь с него копии или даже носить их при себе.

Мистерии Ордена проходили обыкновенно в уединенно стоящих зданиях, по возможности в подземных помещениях, под покровом ночи. Для сохранения тайны принимались самые тщательные меры предосторожности. Непосвященные отсылались в самые отдаленные помещения Ордена или же оставались под строжайшим надзором в своих кельях. Все ворота и двери запирались на крепкие засовы. На башнях стояли сторожа, которые внимательно озирали окрестности и должны были сообщать собравшимся о приближении непосвященных.

Прежде чем начинать посвящение, кандидат должен был дать клятву в том, что обязуется свято сохранить все тайны, которые будут ему открыты. Также ему сообщалось, что в случае нарушения клятвы ему неминуемо грозит мучительная смерть не только тела, но и души. В зале для посвящения кандидату показывали распятие и разъясняли, что он не должен верить в распятого, потому что он не более чем пророк, учитель, которых в разные времена направляли в мир высшие силы. Но отрицанием Христа и отречением от господствовавшего церковного учения дело не ограничивалось. Посвященному показывали странную фигурку, называвшуюся Бафомет. Это была металлическая фигура, украшенная золотом и серебром, и напоминавшая не то череп мертвеца, не то лицо старца с большой бородой. Указывая на эту фигурку, посвященному говорилось: «Верь в нее, ей доверься, и благо тебе будет!». В это время посвященный должен был с непокрытой головой склониться до земли, выражая этим почтение к Бафомету. По окончании обряда фигурку укладывали в футляр и заботливо запирали.

Затем посвященного обвязывали белым шнуром, так называемым «поясом Иоанна», который через прикосновение к Бафомету делался талисманом. Поэтому он никогда не должен был более снимать его, чтобы постоянно находиться под благотворным влиянием его волшебной силы. Он должен был также служить тайным отличительным знаком, с помощью которого кандидат получал доступ к мистериям Ордена.

Этот ритуал соблюдался при всех тайных посвящениях, но новичкам при этом редко объяснялось его значение. Разъяснение давалось позже, когда новый брат достигал высших разрядов.

Другие материалы рубрики


  • ...С этого момента начинается история бесконечных войн Карла Великого. В 774 г. он одержал победу над лангобардами и на Пасху прибыл в Рим. Ему устроили невиданную по торжественности встречу, а он вручил папе дарственную на земли, намного превышающую по щедрости дар Пипина Кроткого. После этого Карл стал называться королём франков и лангобардов. Потом пришлось сражаться с союзником Дезидерия, герцогом Баварским. Франкский король присоединил к своим владениям Баварию, после долгой, кровопролитной, много раз возобновлявшейся войны, затем завоевал и крестил языческую Саксонию. Чтобы покорить эту страну, ему пришлось переселить на эти земли франков, и превратить в крепостных две трети её жителей, а также устроить невиданное по жестокости избиение сакских пленных в городе Вердене. В течение одного дня там было казнено четыре с половиной тысячи саксов, отказавшихся принять христианство. На востоке Карл воевал с аварами, и в результате этих войн народ авары перестал существовать. На этот раз ему не удалось даже никого крестить, ибо население было истреблено полностью. Вот как описывает эту войну Эйнхард: «Самой значительной из всех проведенных Карлом войн, если не считать саксонской, была та, которая последовала за походом в страну вильцев, а именно война против аваров, или гуннов.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5
    • 6


  • ...Следствием преобразований были впечатляющие военные успехи империи в борьбе с Арабским халифатом. В 717 году критическая военная ситуация отдала власть в руки Льва Исавра — стратига малоазийской фемы Анатолика, ставшего императором Львом III, основоположником Исаврийской династии. Ему удалось одержать ряд побед над арабами и снять угрозу со столицы. В 726 году ведущий успешную борьбу с арабами и потому любимый народом Лев Исавр, опираясь на широкие крестьянские массы, сделал официальной государственной политикой иконоборчество, неортодоксальную ветвь христианства, популярную в среде стратиотов. Идеологическая база иконоборчества давала ему основания для изъятия части монастырских сокровищ и ликвидации податных льгот монастырям. Полученные таким образом средства шли на закрепление военных успехов. Политика императора естественно вызвала сопротивление церкви, находящей поддержку у остатков старой городской знати и городской бедноты, которую церковь подкармливала на свои средства. Но пока императоры-иконоборцы одерживали победы, их позиции оставались достаточно сильными. Преемник Льва III Константин V закрыл и превратил в казармы и мастерские мятежные монастыри. В 754 г. иконоборческий собор осудил иконопочитание, предал анафеме "древопочитателей" и "костепочитателей".

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • В течение почти 200 лет эта своеобразная тайная организация шиитской секты исмаилитов наводили страх и ужас на просторах мусульманского мира и Европы. Они покоряли и уничтожали города, свергали могущественных правителей и владык. Иранские ассасины были разгромлены монгольским ханом Хулагу в 1256 году. В Сирии и Ливане в 1272 году их добил египетский султан Бейбарс I, но тем не менее они существуют и поныне…

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • ... Тем временем, очень далеко от Франции и Англии произошло событие, которое взбудоражило всю Европу. В 1187 г. султан Египта и Дамаска Саладин отбил у христиан Иерусалим — бывший с 1099 г. столицей государства крестоносцев (Иерусалимского королевства). Как только эта ужасная новость достигла дворов европейских государей, было принято решение о новом крестовом походе, и Ричард поклялся принять в нем участие. Но весь следующий год ему было не до того. Он даже потратил значительную часть собранного для крестового похода чрезвычайного налога (так называемой Саладиновой десятины) на политическую и военную кампанию против Генриха II. В мятеж удалось вовлечь и принца Джона. Говорили, что известие об измене младшего сына стало роковым для английского короля. Потрясенный, он умер в 1189 г. в луарском замке Шинон, бывшем частью его континентальных владений (впоследствии этот замок прославился тем, что именно здесь Жанна д’Арк явилась ко двору дофина Карла)...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5
    • 6


  • Вопрос о том, что именно в книге Гальфрида Монмутского, повествующей о короле Артуре, соответствует исторической правде и откуда писатель брал свои сюжеты, в значительной степени остается открытым. Но некоторые его источники проследить все же удалось. Так, не подлежит сомнению, что, прежде чем приступить к своей «Истории бриттов», Гальфрид ознакомился с книгой того же названия, принадлежащей перу Ненния, валлийского писателя, жившего в конце VIII — начале IX вв. В отличие от Гальфрида, Ненний не считается беллетристом. Его работу, к сожалению, небольшую по объему, относят к серьезным историческим источникам.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Курляндия стала герцогством в 1561 году, как феодальное владение Речи Посполитой на территории современной Латвии. После распада в 1567 году государств Ливонии, власть в которых принадлежала ордену и епископам, возникло Курземско-Земгальское герцогство (герцогство Курляндское и Земгальское) — государство, находившееся в вассальной зависимости от Польши. Обычно его называли Курземским (Курляндским) герцогством (немецкое Kurland — земля куршей). Во главе этого государства стоял герцог, являвшийся вассалом короля Речи Посполитой.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • Летом 1187 г. войска султана Египта и Дамаска Салах-ад-Дина, известного европейцам под именем Саладин, подошли к стенам Иерусалима, который вот уже 88 лет был столицей Иерусалимского королевства, основанного в Святой Земле рыцарями-крестоносцами. Этому событию предшествовал целый ряд побед мусульманского полководца, в результате чего под его контроль перешло множество городов и крепостей ранее принадлежавших христианам: Сен-Жан-д'Акр, Яффа, Кесария, Арсуф, Бейрут, Иерихон, Наблус, Рамла. Особенно тяжелые последствия для пришельцев с Запада имела битва при Хаттине, когда основные силы крестоносцев были разгромлены, а король Иерусалимский Ги де Лузиньян был взят в плен.
    Положение жителей осажденной столицы было крайне тяжелым, чтобы не сказать — безнадежным. Им неоткуда было ждать помощи. Тем не менее они предприняли попытку оказать сопротивление...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5


  • ...Но не XVI век изобрел «козни дьявола». Вера в магию, чертей, колдунов и ведьм — древнейшего происхождения. В законодательстве самых «темных» столетий, как было принято некогда именовать раннее Средневековье, то предусматривались наказания для обвиняемых в ведовстве, то запрещалось их преследование. В VIII в. Карл Великий воспретил под страхом смерти в недавно обращенной тогда в христианство Саксонии «языческий обычай» сожжения ведьм. В решениях церковных соборов X в. указывалось, что убеждение некоторых женщин, будто они летали на шабаш, есть следствие происков сатаны, и доверие к таким рассказам равносильно впадению в ересь. Однако уже в XII—XIII вв. положение существенно изменилось. А в конце XV и начале XVI вв. восторжествовало вообще диаметрально противоположное мнение: кознями дьявола и ересью надлежит считать как раз неверие в реальность шабаша. Эта позиция была зафиксирована, между прочим, в получившей зловещую известность книге «Молот ведьм», написанной инквизиторами Г. Инститорисом и Я. Шпренгером и опубликованной в 1487 г. при прямом поощрении со стороны римского престола...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • ...Сразу нужно отметить, что самым жестоким было преследование тамплиеров именно во Франции. Там к тамплиерам сразу же были применены пытки и жестокое обращение. Именно во Франции впервые стали сжигать на кострах рыцарей Ордена Храма. К несчастью инквизиторов, среди тамплиеров не было ни одного подследственного, который бы отстаивал ересь Ордена. Наличие такого свидетеля было бы просто подарком судьбы для Филиппа IV. Конечно, рыцари под пытками признавались во всех грехах, но не отстаивали приписываемые им ереси. Пытки были настолько ужасны, что Аймери де Вильер позже заявил: «Я бы признал все; я думаю, что признал бы, что убил Бога, если бы этого потребовали». Но после, на следующем же допросе рыцари отказывались от признаний в ереси. Эти отказы носили столь массовый характер, что Жан де Мариньи, архиепископ Санской епархии (в которую тогда входил и Париж) был вынужден под давлением Филиппа IV передавать отказывающихся от своих показаний тамплиеров в руки светской власти для сожжения на кострах. Все инквизиционные правила перевернулись наоборот: ведьма, отказавшаяся от ереси, была уверена в своем спасении и окончании пытки; тамплиер, отказавшийся от ереси, попадал на костер...



  • В одной рукописи конца IX в., повествующей о жизни и деяниях Карла Великого, приводится такая история: «Однажды случилось так, что Карл, объезжая свои земли, прибыл в некий город Нарбоннской Галлии. Когда он сидел за столом, в гавани появились норманнские лазутчики, высматривая добычу. Но никто не догадался об их истиной принадлежности. Все смотрели на корабли, и одни приняли их за иудейских, другие за африканских, а третьи — за британских купцов. Но премудрый Карл немедленно узнал по их вооружению и ловкости маневрирования, что это не купцы, а враги, и сказал своим людям: «Эти корабли набиты не товарами, они полны наших злейших неприятелей!». При этих словах все поспешили к кораблям, обгоняя друг друга, но напрасно. Едва норманны узнали, что тут находится Он, Карл-Молот, как они его называли, то немедленно обратились в бегство, избегая не только оружия, но и взгляда преследовавших.
    Они боялись, что от взгляда императора их мечи потеряют силу и разлетятся на куски. Но благочестивый Карл, муж праведный и богобоязненный, встал из-за стола и подошел к окну, которое выходило на восток. Тут он плакал долгое время, и так как никто не дерзал заговорить с ним, сам обратился к своим воинственным соратникам и сказал им, желая объяснить свое поведение и слезы: «Знаете ли, о мои возлюбленные, о чем я плакал? Не о том, что я боюсь, будто эти глупцы, эти ничтожные людишки могут быть мне опасны, но меня огорчает, что при моей жизни они осмелились коснуться этих берегов, и горюю я потому, что предвижу, сколько бедствий они причинят моим преемникам и их подданным.»
    Скорбь императора была пророческой. Последующие три столетия норманны наводили ужас на всю Европу.