Теория распада или теория конденсации? Часть2

Втр, 06/10/2014 - 19:55

Диаграмма Рессела...


SN 1987A — сверхновая звезда, вспыхнувшая в Большом Магеллановом Облаке, карликовой галактике-спутнике Млечного Пути, приблизительно в 50 килопарсеках от Солнца...

Изображение Крабовидной туманности в условных цветах...

— 5 —

Теория эволюции звезд основана на диаграмме «спектр-светимость». Спектр звезды связан с температурой ее поверхностных слоев, светимость — это количество световой энергии, излучаемой звездой в единицу времени. По оси абсцисс откладывается последовательность спектральных классов, по оси ординат — светимость. Звезды Галактики изображаются на диаграмме точками. Точки могли бы расположиться как попало, могли бы сгуститься к одной линии. Но они сгущаются к нескольким линиям и областям, из которых выделяются пять. Им соответствуют группы звезд: звезды главной последовательности, субкарлики, красные гиганты, сверхгиганты, белые карлики. Сопоставляя диаграммы «спектр-светимость», составленные для различных звездных скоплений, можно с уверенностью утверждать, что звезды главной последовательности на определенном этапе эволюции превращаются в красные гиганты. Из диаграмм также видно, как это происходит: температура звезды начинает уменьшаться, размеры и светимость, наоборот, увеличиваются. Через некоторое время температура опять начинает расти. Скорость эволюции определяется начальной массой звезды. Если масса достаточно велика, звезда быстро проходит стадию остывающего гиганта и становится сверхгигантом. Сопоставление диаграмм ничего не говорит о связи звезд главной последовательности с белыми карликами. Белый карлик — это горячая звезда малых размеров. Такие звезды часто наблюдаются внутри «планетарных туманностей», похожих на отделившиеся от звезд оболочки. Сравнительно большая масса белого карлика говорит о его высокой плотности. Вероятно, красный гигант, сбрасывая наружную оболочку, превращается в белый карлик. Наблюдения за вспышками сверхновых звезд и оставшимися после них туманностями заставляют предположить, что так избавляются от своих оболочек сверхгиганты. Диаграмма «спектр-светимость» подтверждает связь вспышек сверхновых с эволюцией звезд, выявив следующее соответствие. Немного ниже линии звезд главной последовательности, повторяя ее очертание, проходит линия субкарликов. Звезды, послужившие образами ее точек, принадлежат к сферической подсистеме Галактики. Как показывают наблюдения, звездный состав Галактики не отличается от звездного состава других спиральных галактик. Таким образом, существуют два типа звезд. Звезды первого типа населяют плоские подсистемы спиральных галактик. К ним принадлежат звезды главной последовательности. Звезды второго типа населяют эллиптические галактики и сферические подсистемы спиральных галактик. От звезд первого типа они отличаются меньшим содержанием тяжелых элементов. Возможно, это является причиной различия в светимостях при одинаковой температуре. Звезды обоих типов проходят одинаковые этапы эволюционных изменений, но в разном темпе. Например, на стадии превращения в красный гигант звезда становится переменной — ее блеск начинает периодически меняться. Такие звезды называются цефеидами. У цефеид первого типа период изменения блеска длиннее, чем у цефеид второго типа. В системах звезд второго типа также наблюдаются вспышки сверхновых. От аналогичных вспышек в системах звезд первого типа они отличаются большей мощностью и более быстрым спаданием блеска.

Таким образом, взрыв сверхновой означает превращение сверхгиганта в звезду, которую из теоретических соображений называют нейтронной звездой.
Теория, согласованная с диаграммой «спектр-светимость», утверждает, что в недрах звезд главной последовательности идет термоядерная реакция превращения водорода в гелий. После исчерпания водорода центральная область звезды сжимается, при этом температура повышается, и становится возможной ядерная реакция превращения гелия в углерод, а затем, в зависимости от массы звезды, возможны и дальнейшие реакции с образованием все более тяжелых ядер, вплоть до ядер железа. Если масса звезды не ограничена верхним пределом, то в результате сжатия сверхмассивных звезд должны образовываться черные дыры — объекты, связанные с окружающим миром только посредством гравитации.
Теперь о том, с чем теория не справляется.

В переломные моменты своей эволюции звезда становится переменной.

Перед выходом на главную последовательность, т.е. на этапе превращения протозвезды в звезду, она начинает проявлять вспышечную активность. Блеск звезды в течение нескольких секунд может увеличиться в 10 или 100 раз, а затем вернуться в первоначальное состояние. Вспышки могут происходить иррегулярно или регулярно, могут быть продолжительными или короткими; могут одновременно наблюдаться в различных участках спектра в любых сочетаниях. Последнее обстоятельство является самым трудным для объяснения — считается, что каждый вид излучения имеет свою причину.

После выхода на главную последовательность звезда успокаивается, но на этапе превращения в красный гигант начинает пульсировать. Ее радиус и температура периодически изменяются, что сопровождается изменением блеска. Период колебаний может быть постоянным; может периодически или спонтанно изменяться; может быть результатом сложения нескольких колебаний. Колебания могут не только складываться, но и накладываться друг на друга — известны звезды с несколькими периодами колебаний. Пульсация звезды может сопровождаться выбросами из ее недр огромных масс диффузной материи — из-за окутывающей их пелены, такие звезды выглядят как неправильные переменные, в колебаниях блеска которых нет какой-либо периодичности.
Переменность звезды легко объясняется потерей устойчивости в моменты включения термоядерной реакции и переключения ее на другой режим. Но при попытке уложить в одну схему все многообразие явлений переменности возникают трудности, которые не должны были бы возникнуть, если звезда — это просто сжатое облако водорода. У звезд и окружающей их обстановки не так уж много свойств, сочетанием которых можно было бы объяснить наблюдаемое разнообразие явлений. Дело даже не в широте этого разнообразия, а в его внутренней организации.

На примере Солнца видно, что вспышечная активность и пульсации сопровождают звезду на протяжении всей ее жизни. В спокойные времена масштабы явлений намного скромнее, но их упорядоченное разнообразие сохраняется. Например, Солнце пульсирует, по крайней мере, с двумя различными периодами. Мощность солнечных радиовспышек трудно объяснить иначе, как согласованным, «когерентным» движением электронов в больших объемах плазмы. Комплекс явлений, называемый солнечной активностью, имеет сложную циклическую структуру. Все говорит о том, что переменность является характерным свойством звезды, а не отклонением от нормы.

В теории эволюции звезд до сих пор нет удовлетворительной модели взрыва сверхновой. Остается непонятным механизм излучения пульсара — молодой нейтронной звезды; трудности здесь те же, что и с переменными звездами.

Условия внутри звезд могут сильно отличаться от предсказанных стандартной моделью. Скорость протекания ядерной или химической реакции — это ее вероятность. Высокая температура нужна, чтобы увеличить вероятность реакции, или, что то же самое, — снизить ее энергетический барьер. В химии снижение энергетического барьера достигается выбором оптимального режима протекания реакции и применением катализаторов. В живой природе тот же вопрос решается на качественно ином уровне. Оптимальные условия для каждой из протекающих в организме реакций заключаются в их взаимной согласованности. В качестве катализаторов используются ферменты — биомолекулы, структура которых строго соответствует преобразованию структуры реагирующих веществ. Фермент в организме и вне организма — принципиально разные вещи. Для извлеченного из организма и помещенного в питательный раствор фермента мерой активности служит разность концентраций субстрата и продукта осуществляемой им реакции. Но в организме концентрация определенного вещества создается не отдельным ферментом, а согласованной работой всей системы ферментов. В результате статистические черты процессов полностью стираются. Биофизики до сих пор не могут ответить на основной вопрос: каким образом химическая энергия, запасенная в молекулах АТФ, превращается в другие виды энергии, например в механическую энергию мышечного сокращения? Дело в том, что работа мышц как раз и заключается в расщеплении молекул АТФ, поэтому не удается провести границу между выделением и поглощением энергии. По всей видимости, выражения «выделение энергии», «превращение энергии» для описания взаимодействий биомолекул неприменимы — определяющее значение в данном случае имеет не энергетическое, а структурное соответствие; энергетический баланс формально выполняется, но не несет информации о процессе.

Согласно бюроканской концепции, жизнедеятельность звезды определяется наличием в ее центре активного ядра. Механизм взаимодействия ядра с оболочкой не уточняется. Продолжая аналогию с номогенезом, предположим, что подобно тому, как ядро клетки управляет ее жизнедеятельностью посредством ферментов, так ядро звезды управляет ее жизнедеятельностью посредством различных модификаций электромагнитного поля. При этом ядро может получать энергию как из звездной плазмы, превращая водород в гелий, так и черпать ее из своих недр. Таким образом, различные виды звездной активности имеют общую внутризвездную причину. Внешние условия играют роль регулятора внутренней активности. Но, как и в случае живых организмов, зачастую трудно провести границу между внешними и внутренними причинами активности.

Термин «модификации электромагнитного поля» мало о чем говорит, но тем и продолжает аналогию. Взаимосвязь протекающих в организме процессов удобно выражать понятием морфогенетического поля, элементами которого являются биомолекулы и клетки. Это «поле» имеет вполне реальные проявления, но заменяет их понимание термином.

Раздел теории эволюции звезд, посвященный тесным двойным системам, напоминает росток номогенеза на поле классической концепции. В диске нашей Галактики (а значит и в дисках других спиральных галактик) тесных двойных систем не меньше, чем одиночных звезд. Члены пары не объединяются по воле сил гравитации, а рождаются совместно в результате разделения на две части общего протообъекта. Эволюция пары предопределена эволюцией отдельной звезды. При этом эволюционные трансформации звезды играют неожиданно конструктивную роль. Равновесие сил в двойной системе таково, что стоит одной звезде увеличить свой радиус до определенного предела, как ее вещество начинает перетекать на соседку. Когда приходит время, более массивная звезда пары превращается в красный гигант, ее радиус увеличивается, и вещество начинает перетекать на соседнюю звезду. В свое время звезда-донор превращается в белый карлик или нейтронную звезду. Так как значительная часть оболочки уже потеряна, взрыв сверхновой не разрушает двойную систему. Наконец и вторая звезда превращается в красный гигант. Начинается второй обмен массами, но из-за высокой плотности звезды-потребителя он качественно отличается от предыдущего обмена. Вокруг белого карлика или нейтронной звезды образуется аккреционный диск, и вместе с ним звезда превращается в источник рентгеновского излучения — при падении вещества на поверхность звезды кинетическая энергия превращается в тепловую.

Остановим внимание на рентгеновских источниках с нейтронными звездами. Их можно разделить на два класса: пульсары и барстеры. В первом случае аккреция происходит на звезду с сильным магнитным полем, во втором — со слабым или отсутствующим. Падая на магнитосферу, вещество обтекает ее с двух сторон и соприкасается с поверхностью звезды в районах магнитных полюсов. В результате на поверхности образуются два горячих излучающих пятна; при вращении звезды они периодически появляются в поле зрения наблюдателя, создавая рентгеновский пульсар. В отсутствие магнитного поля падение вещества происходит на всю поверхность звезды, превращая ее в источник излучения. Излучение тормозит падение газа, тот накапливается на поверхности и через некоторое время взрывается, давая вспышку рентгеновского излучения. Очевидно, вспышечная активность источника зависит от темпа аккреции.
Как и в случае квазаров, тепловое излучение рентгеновских звезд сочетается с синхротронным излучением. Последнее возникает при торможении релятивистских электронов в магнитном поле. Магнитное поле присутствует везде, где есть движение вещества; механизм ускорения электронов также понятен: при достаточно высоком темпе аккреции давление излучения сначала тормозит падающий газ, а затем отталкивает его от поверхности. Странно то, что выбросы осуществляются в виде направленных потоков и струй. С точки зрения классической концепции, здесь имеет место явление самоорганизации, когда неравновесная система скачком переходит в более устойчивое состояние. О механизме, превращающем тепло в упорядоченное движение вещества, можно строить предположения. Возможно, он подобен лазеру и связан с нейтронной звездой. Его поразительная эффективность особенно отчетливо видна на примере объекта SS 433. Объект представляет собой двойную систему с нейтронной звездой. Перпендикулярно аккреционному диску в противоположных направлениях от поверхности звезды отходят две тонкие, как лучи, струи плазмы. Газ в струях движется со скоростью 80 тысяч километров в секунду. Судя по окружающей систему туманности, начальный момент выброса струй сопровождался взрывом, подобным взрыву сверхновой.
Режим аккреции зависит от параметров системы. В квазарах и ядрах галактик параметры, определяющие их активность, часто меняются, что говорит о более свободных, чем в двойных системах, условиях аккреции. По всей видимости, донором, поставляющим газ в центральную область ядра, является сама галактика: центральный объект находится на дне «потенциальной ямы», в которую постоянно стекает газ.
В центральных областях шаровых скоплений Галактики обнаружены рентгеновские источники со свойствами барстеров. Вероятно, это не двойные системы, а уменьшенные копии ядра Галактики. Их вспышечная активность однообразна, но иногда наблюдаются всплески активности в различных участках спектра.

Другие материалы рубрики


  • Прошло без малого сто лет с того момента, как были открыты космические лучи-потоки заряженных частиц, приходящих из глубин Вселенной. С тех пор сделано много открытий, связанных с космическими излучениями, но и загадок остается еще немало. Одна из них, возможно, наиболее интригующая: откуда берутся частицы с энергией более
    1020 эВ, то есть почти миллиард триллионов электрон-вольт, в миллион раз большей, чем будет получена в мощнейшем ускорителе — Большом адронном коллайдере (LHC)? Какие силы и поля разгоняют частицы до таких чудовищных
    энергий?

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • ...Тесное сходство протона и нейтрона наводит на мысль, что здесь существует симметрия. И действительно, на ядерный процесс никак не отразится, если можно было бы заменить все протоны на нейтроны, или наоборот. Это свойство получило название — симметрия изотопического спина, или изотопическая симметрия. Название связано с тем, что ядра, отличающиеся только числом нейтронов, называются изотопами. Нынешнему состоянию Вселенной соответствует равное количество протонов и нейтронов, которые находятся в постоянном движении. Но какая причина вызывает эти движения и вообще изменения в природе?..

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Наблюдения на рентгеновской обсерватории «Чандра» показали наличие большого числа маломассивных рентгеновских двойных звезд в эллиптических и линзовидных галактиках, а также в балджах — центральных сферических компонентах — дисковых галактик. Распределение источников по светимостям хорошо описывается двумя компонентами, граница между которыми соответствует светимости порядка (2-3) 1038 эрг/с. Т.к. эта величина примерно соответствует максимальной (т.н. Эддингтоновской) светимости объекта с массой 1.4 Мо, то возможно, что более мощные источники являются аккрецирующими черными дырами, а менее мощные — нейтронными звездами. Т.о. с некоторой долей уверенности можно говорить, что мы видим в галактиках ранних типов — эллиптических и линзовидных — тесные двойные системы как с черными дырами (самые яркие источники), так и с нейтронными звездами (менее яркие).



  • ...Уходить от Солнца на еще большее расстояние, по подсчетам швейцарского астрофизика, нет смысла. Потому что в стадии красного гиганта Солнце пробудет всего несколько миллионов лет, а затем станет снова быстро сжиматься, превратится в белого карлика и начнет деградировать как источник энергии. И тогда Земле, чтобы получать достаточное количество тепла и света, понадобится орбита меньшая, чем сейчас у Меркурия. Но при таком приближении к светилу силы притяжения довольно скоро остановят вращение Земли вокруг ее оси. Планета будет повернута к Солнцу всегда одной стороной. Значит, жизнь на Земле быстро погибнет: на ночной стороне — от тьмы и холода, а на освещенной — от жары и губительного для всего живого ультрафиолетового и рентгеновского излучения, идущего от белого карлика.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • Существует небольшой шанс, что через 3,34 миллиарда лет Марс столкнется с Землей. Также есть вероятность столкновения Земли и Венеры или Меркурия и Венеры. Меркурий вообще может упасть на Солнце или улететь в межзвездное пространство. Таковы причуды нашей системы, новые тайны которой раскрыли ученые.
    Подробнейшее численное моделирование эволюции орбит в Солнечной системе выполнили профессор Жак Ласкар (Jacques Laskar) и Микаэль Гастино (Mickael Gastineau) из Парижской обсерватории (Observatoire de Paris).
    Долгое время астрономы полагали, что орбиты планет в Солнечной системе стабильны и неизменны. Потом стали появляться сведения, что на заре зарождения системы орбиты ряда планет сильно отличались от нынешних и претерпевали большие изменения, прежде чем все «устоялось».



  • Немного найдется произведений, передающих красоту космических объектов, называемых планетарными туманностями. Освещенные изнутри родительской звездой, расцвеченные флуоресцирующими атомами и ионами на фоне космической черноты, газовые структуры кажутся живыми. Ученые дали им прозвища — Муравей, Морская Звезда, Кошачий Глаз...
    Термин «планетарные туманности» — представляющие собой размытые, похожие на облака объекты, видимые только в телескоп — придумал два столетия назад английский астроном Вильям Гершель (William Herschel), исследователь туманностей. Многие из них имеют округлую форму, которая напомнила ученому зеленоватый диск планеты Уран, им же и открытой. К тому же он полагал, что округлые туманности могут быть планетными системами, формирующимися вокруг молодых звезд. Термин прижился, несмотря на то, что действительность оказалась иной: туманности такого типа состоят из газа, сброшенного умирающими звездами. Примерно через 5 млрд. лет Солнце закончит свой космический век изящным выбросом планетарной туманности, что не вполне соответствует теории эволюции звезд — основе, на которой базируется наше понимание космоса. Если звезды рождаются, живут и умирают круглыми, то как же они создают вокруг себя структуры, которые мы видим на фотографиях «Хаббла», подобные Муравью, Морской Звезде или Кошачьему Глазу?

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • Впервые астрономы обнаружили планету вне нашей Солнечной системы, которая является потенциально пригодной для жизни, с температурами подобными земным, сопоставимыми с Землей массой и размером и, вероятно, жидкой водой на поверхности. Что приятно, потенциально обитаемый мир находится всего в двух десятках световых лет от нас. Когда-нибудь люди туда смогут добраться.
    О сенсационной находке рассказала 25 апреля 2007 года международная группа из 11 астрономов (из Швейцарии, Португалии и Франции), которая работала в Чили, на одном из телескопов Европейской южной обсерватории (ESO). Ученые нашли сходную с Землей планету у звезды Gliese 581 — красного карлика, расположенного в созвездии Весы.
    Планета, получившая имя Gliese 581c, обладает массой примерно в 5 масс Земли. Ее диаметр оценивается в 1,5 диаметра нашей планеты, так что сила тяжести на ее поверхности составляет приблизительно 1,6 g. Из-за этих параметров астрономы окрестили ее также «Суперземлей» (super-Earth).
    Ученые предполагают, что эта планета — скалистый мир, сходный с Землей по облику. Как возможный вариант — это может быть ледяная планета. Но в обоих случаях на ее поверхности должна быть жидкая вода. Причем, в случае с ледяным миром — она может быть покрыта океаном полностью.



  • Уже очень скоро сверхмассивную черную дыру в центре нашей Галактики украсит красочный венец из молодых и ярких звезд. Следы метилового спирта в огромном газовом кольце вокруг нее означают, что в нем уже формируются массивные звезды. Раньше астрономы думали, что черная дыра образованию звезд может помешать.
    В центрах большинства галактик, особенно крупных, находятся сверхмассивные черные дыры, весящие миллионы и даже миллиарды солнечных масс — куда больше тех, что возникают в конце эволюции звезд. Судя по всему, эти объекты зародились еще в первые сотни миллионов лет после Большого взрыва, породившего нашу Вселенную, и с тех пор лишь росли, постепенно нагуливая массу и освещая свои вселенские окрестности ярким светом активности галактического ядра

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • ...Итак, согласно полученным результатам, в конце первой секунды температура достигла 1010 К — это слишком много для того, чтобы могли существовать сложные ядра. Все пространство Вселенной было тогда заполнено хаотически движущимися протонами и нейтронами, вперемешку с электронами, нейтрино и фотонами (тепловым излучением). Ранняя Вселенная расширялась чрезвычайно быстро, так что по прошествии минуты температура упала до 108 К, а спустя еще несколько минут — ниже уровня, при котором возможны ядерные реакции...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Вращаясь вокруг Солнца, инфракрасная обсерватория НАСА ищет следы молодых звезд и галактик, а также межзвездное пространство, в котором они образовались.
    Космический телескоп имеет очевидные преимущества в изучении инфракрасного теплового излучения, которое испускают объекты, слишком холодные, чтобы сиять в спектре видимого света. Атмосфера Земли - постоянная помеха для инфракрасных приборов, поскольку она не только впитывает слабые инфракрасные лучи из космоса, но и сама выделяет их огромное количество.
    В 1979 году НАСА представило инфракрасный космический телескоп SIRTF. Он не стал первым инфракрасным прибором на орбите, но долгое время оставался самым большим.