Тотлебен

Втр, 12/10/2013 - 22:20

Следующую свою награду — Владимира 2-й степени, Тотлебен получил уже за участие в боевых действиях во время Кавказской войны 1847-1849 гг. Тогда же ему был присвоен чин капитана. В ноябре 1850 г. Эдуард Иванович был переведен в Варшаву, так как находившийся там в ту пору Шильдер предложил ему место адъютанта. Однако, вскоре Тотлебен поссорился со своим покровителем, и с осени 1851 г. служил в Петербурге в Инженерном корпусе. Конец этой размолвке положила Крымская война.

Когда началась война, Шильдер получил направление в Дунайскую армию, где в задачу инженеров входили подготовительные работы по форсированию Дуная русскими войсками. Отправляясь в зону боевых действий, генерал вызвал к себе Тотлебена, на тот момент подполковника инженерных войск.

После того, как водная преграда была успешно преодолена, Шильдер руководил инженерными работами при осаде крепости Силистрия — опорного пункта турок в нижнем течении Дуная, прикрывающего кратчайший путь от этой реки до Константинополя.

Осаду Силистрии, имевшую место в мае-июне 1854 г., нельзя назвать славной страницей в истории Российских вооруженных сил. У руководства изначально не было единого мнения о целесообразности этой операции. Главнокомандующий, фельдмаршал Паскевич, был категорически против штурма города, и вообще, считал, что армию необходимо немедленно отвести с занимаемых ею позиций, так как в случае вступления в войну Австрии, что казалось фельдмаршалу весьма вероятным, положение станет угрожающим, а все победы бесплодными. Император Николай I полагал австрийскую опасность призрачной, и в письмах, которые он слал из Петербурга Паскевичу, требовал, чтобы Силистрия была взята. В результате фельдмаршал нехотя приступил к осаде, которая велась весьма вяло. Раздраженный Шильдер называл эту операцию «практическими саперными работами против учебного турецкого полигона», а Тотлебен случайно слышал, как один из солдат дал ситуации еще более резкую характеристику: «Паша хочет сдать Силистрию, а фельдмаршал не хочет ее взять». «Практические саперные работы» стоили, однако, жизни старому генералу, 1 июня 1854 г., находясь в траншеях близ вражеских укреплений, Карл Андреевич получил смертельное ранение.

После того, как учитель Тотлебена выбыл из строя, Эдуард Иванович возглавил осадные работы на левом фланге. Ему удалось вплотную продвинуться к передовым турецким укреплениям и взорвать их, но последствий это не имело. 11 июня осада с Силистрии была снята. По горькой иронии судьбы, в тот самый день генерал Шильдер умер на операционном столе.
Неудача под Силистрией, наверняка оставившая тяжелый осадок в душе Тотлебена, тем не менее не может быть поставлена в вину руководителям осадных работ. По свидетельству английских офицеров, посетивших после отхода войск русские батареи, эти постройки доказывали «большое искусство русских инженеров». Большинство исследователей данной темы сходятся во мнении, что Силистрию «главнокомандующий не имел намерения взять, считая всякий одержанный на дунайском театре успех бесполезным».

Несмотря на все эти печальные обстоятельства, опыт, полученный под стенами дунайской крепости, весьма пригодился «русскому Вобану». Историк Крымской войны Зайончковский рассказывает, что во время осады турки «день и ночь усиливали свои укрепления , возводили новые работы и, по преувеличенному понятию англичан, дали нам маленький урок в том, как впоследствии оборонять Севастополь». Негативный опыт «силистрийского сидения» был также учтен при осаде Плевны в 1878 г.

Осенью 1854 г. Тотлебен был направлен в Севастополь. Участие в героической обороне — самые известные страницы биографии знаменитого фортификатора. Этой теме посвящены сотни книг. Вот причина, по которой автор данной статьи предпочитает дать лишь самую общую характеристику севастопольского периода жизни Тотлебена, уделив больше внимания менее известным моментам.

Накануне высадки союзных войск главный военный порт юга Российской империи был удовлетворительно защищен только с моря. Укрепления вокруг города приходилось возводить в большой спешке. Хотя с появлением Тотлебена, по словам адмирала Корнилова, «в неделю сделали больше, чем прежде делали в год», правду сказать, до появления неприятеля с северной стороны успели лишь создать видимость наличия там мощных оборонительных сооружений. Но этих декоративных укреплений оказалось достаточно, чтобы ввести противника в заблуждение, и союзники отказались от немедленного штурма. Таким образом, было выиграно время, и этим временем воспользовались, чтобы завершить строительство мощных фортов, бастионов и люнетов, надежно прикрывших главную русскую военно-морскую базу на Черном море. В дальнейшем, во время обороны Севастополя Тотлебен умело использовал малейшую паузу в наступательных действиях противника для восстановления разрушенных неприятельским огнем укреплений. Суровость и требовательность, которую он проявил во время организации оборонительных работ, вызвали нарекания подчиненных. Но руководитель обороны адмирал Нахимов ценил инженера чрезвычайно высоко. Имеется свидетельство, что, узнав о намерении одного из своих офицеров пожаловаться он ответил: «На Тотлебена? Подите вон!». В ходе Севастопольской операции Эдуард Иванович был произведен сначала в полковники, а затем в генерал-майоры.
8 июня 1855 г. генерал Тотлебен был ранен в ногу навылет. Не имея возможности находиться в строю, он еще два месяца оставался в осажденном Севастополе, но, в конце концов, был вынужден его покинуть. Вскоре после этого Южная сторона города была занята войсками противника. Севастополь продержался одиннадцать месяцев.

По окончании Крымской войны Эдуард Иванович провел два года за границей. Целью этой поездки было не только поправка здоровья. Генерал стремился ознакомиться с организацией инженерного дела на Западе. Он понимал, что по возвращении на родину его ожидает большая работа.

Другие материалы рубрики


  • Начнем, пожалуй, с одного литературного отрывка, довольно длинного, но настолько интересного и емкого, что сокращать его не стоит:
    В кабинете у князя сидел посетитель, Сергей Витальевич Зубцов, что-то очень уж раскрасневшийся и возбужденный.
    — А-а, Эраст Петрович, — поднялся навстречу Пожарский. — Вижу по синим кругам под глазами, что не ложились. Вот, сижу, бездельничаю. Полиция и жандармерия рыщут по улицам, филеры шныряют по околореволюционным закоулкам и помойкам, а я засел тут этаким паучищем и жду, не задергается ли где паутинка. Давайте ждать вместе. Сергей Витальевич вот заглянул. Прелюбопытные взгляды излагает на рабочее движение. Продолжайте, голубчик. Господину Фандорину тоже будет интересно.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • ...Мы видели, как Петр заботливо охранял достоинство русской национальности, как высоко держал ее знамя, как, привлекая отовсюду полезных иностранцев, не давал им первых мест, которые принадлежали русским. Петр оставил судьбу России в русских руках. Чтобы такой порядок вещей продолжался, нельзя было ограничиться одним физическим исключением иностранцев; для этого нужно было поступать так, как учил Петр Великий: не складывать рук, не засыпать, постоянно упражнять свои силы, сохранять старых людей способных и продолжать непрестанную гоньбу за новыми способностями... Но что всего хуже, русские люди, оставленные Петром наверху, начинают усобицу, начинают истреблять друг друга... Ряды разредели, на Салтыковых и Черкасских не было благословения Петра Великого, и на праздные места выступают таланты, защищенные также преобразователем, но иностранцы — Остерман и Миних. Можно было помириться с возвышением этих иностранцев, очень даровитых и усыновивших себя России... но нельзя было помириться с теми условиями, которые их подняли и упрочили их значение: перед ними стоял фаворит обер-камергер граф Бирон, служивший связью между иностранцами и верховною властию.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • Цезарь был не только волевым и амбициозным деятелем, мастером военного дела и политических интриг, но также и великим оратором, имеющим большой дар убеждения. Многие речи и распоряжения Цезаря сохранились в его мемуарных «Записках» и трудах античных авторов, а также в эпиграфических надписях, обнаруженных археологическим путем. Ниже приведены некоторые исторические документы, благодаря которым современный читатель может судить о Цезаре по его собственным словам.



  • Величайший триумф небесной механики, каковым стало открытие Нептуна, неразрывно связан с именем Леверье.
    Однако историки науки часто умалчивают о том, что научная деятельность Урбена Леверье не всегда была столь безупречно успешной.
    История с открытием Нептуна, являясь самым ярким событием в жизни ученого, имеет и свое не столь триумфальное продолжение.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • «От Сан-Франциско до Гонконга» — так называются путевые наброски некоего В.Верещагина, опубликованные в февральском и мартовском номерах журнала «Русская мысль» за 1886 год. В них подробно рассказывается о морском путешествии автора в сентябре — декабре 1884 года из Америки в Японию и Китай. Об этих очерках все исследователи творчества Верещагина упорно умалчивают, принимая в качестве аксиомы утверждение: Верещагин бывал в Японии однажды в 1903 году. Однако в последнее время многие устои биографии Василия Верещагина рушатся под напором ранее не обсуждавшихся фактов, и эти наброски, возможно, помогут пролить свет на самый загадочный и мало исследованный период жизни художника...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Желание узнать внутренний мир Василия Верещагина возникло после того, как я впервые увидел в Севастопольском Художественном музее его великолепный этюд «Японка». После крови, страданий и боли военных полотен, принесших живописцу оглушительную славу, миниатюрная женщина в цветистом кимоно, возле скромных хризантем, казалась воплощением мира и покоя. Не верилось, что эту солнечную вещь создал человек, поставивший цель красками и кистью обнажить жестокую изнанку войн и своими картинами вызвать у людей отчаянный протест изуверскому способу разрешения конфликтов.
    Внимательно знакомясь с литературным творчеством художника, письмами и документами, воспоминаниями современников и историографией, я утверждался в той мысли, что огромный эпистолярный материал, накопившийся более чем за столетие со дня его трагической гибели, так и не раскрывает суть этой неистовой и сложной натуры. Тогда я рискнул, не претендуя на всесторонний и глубокий охват, создать небольшой цикл очерков о некоторых малоизвестных страницах жизни Василия Васильевича Верещагина. И начать решил с истории появления на свет этюдов военных кладбищ, написанных весной 1896 года в Севастополе, поскольку уже сам этот факт открывает нам нового Верещагина...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • ...В марте 1937 г. Ландау переезжает в Москву, и здесь, в ИФП, он работает до конца своих дней. Первая научная работа, опубликованная Ландау после перехода в ИФП, была посвящена вопросам ядерной физики. Ландау, развивая идеи Бора, применил методы статистической физики к изучению тяжелых атомных ядер. Он получил количественные оценки для многих наблюдаемых величин, включая ширину ядерных уровней. Работа быстро стала классической в своей области...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • ...В условиях подъема 1890-х годов система Витте способствовала развитию промышленности и железнодорожного строительства. С 1895 по 1899 г. в стране было сооружено рекордное количество новых железнодорожных линий, — в среднем строилось свыше 3 тыс. км путей в год. К 1900 г. Россия вышла на первое место в мире по добыче нефти. Казавшийся стабильным политический режим и развивавшаяся экономика, завораживали мелкого европейского держателя, охотно покупавшего высокопроцентные облигации русских государственных займов (во Франции) и железнодорожных обществ (в Германии). Современники шутили, что русская железнодорожная сеть строилась на деньги берлинских кухарок. В 1890-е годы резко возросло влияние Министерства финансов, а сам Витте на какое-то время выдвинулся на первое место в бюрократическом аппарате империи.



  • Личность императора-иконоборца Льва III всегда вызывала живой интерес — и при этом всегда освещалась тенденциозно. С одной стороны, православные писатели по понятным причинам любили изображать его кровожадным чудовищем. С другой стороны, многие историки относятся ко Льву Исавру с сочувствием и среди многочисленных сведений, предоставленных православными писателями, стараются выбирать такие, которые рисуют его наиболее симпатичным. Получается двойное искажение, и неизвестно, всегда ли второму удается компенсировать первое. Свидетельства же его сторонников и современников до нас практически не дошли. Но как бы мы ни относились к деятельности этого императора, биография у него интересная и насыщенная красочными событиями.
    Лев III происходил из небогатой и незнатной семьи. Его эпитет Исавр, давший название основанной им династии, происходит от названия народа, к которому он принадлежал. Исаврийские племена занимали восточные районы полуострова Малая Азия. Заселенные ими территории граничили с землями, подвластными арабам. Исходя из этого строят предположения, что Лев Исавр еще в юности хорошо владел арабским языком, а также испытывал на себе влияние мусульманских идей. Впервые будущий император выдвинулся в правление Юстиниана II, или вернее, в период его борьбы за отеческий престол с другими претендентами. Выказав себя верным сторонником Юстиниана, Лев возвысился, когда его покровитель вернулся в Константинополь.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • В 1911 г. Ллойд Джордж смог вплотную заняться разработкой билля о социальном страховании, включающего систему выплаты пособий по безработице, инвалидности и болезни. Однако ситуация в стране была далека от классовой идиллии. Пожалуй, она была даже более тревожной, чем в памятные 1905-1907 годы. В 1912 г. в Англии было в три раза больше бастующих, чем в 1910, а число потерянных за счет стачек рабочих дней превысило общее число за предыдущие шесть лет. Чтобы подавить выступления рабочих, все чаще использовалась армия. В некоторых случаях отдавались приказы стрелять в толпу. Счет раненых среди протестующих шел на сотни, случались убитые. Как и «полицейский социализм» в России, английские социальные реформы 1908-1911 гг. вводились «не вместо террора, а вместе с террором» — с той, однако, разницей, что в Англии представление о том, кто должен стать объектом террора, было гораздо более четким. Речь тогда шла не об установлении прочного классового мира, а лишь о попытке хотя бы отчасти сбить разгоравшееся пламя социальной борьбы. Радикальная пресса в общем-то правильно отмечала, что целью реформ было отколоть от рабочего движения тех, кто склонен к компромиссу, чтобы затем беспощадно раздавить непримиримых «разрушителей». Другое дело, что лидеры либеральной партии никогда и не отрицали, что желают воспрепятствовать полному разрушению существующего общества, поэтому они идут на уступки ради того, чтобы не потерять все. В отличие от коммунистов, они не видели в этом ничего предосудительного.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5