Тотлебен

Втр, 12/10/2013 - 22:20

Следующую свою награду — Владимира 2-й степени, Тотлебен получил уже за участие в боевых действиях во время Кавказской войны 1847-1849 гг. Тогда же ему был присвоен чин капитана. В ноябре 1850 г. Эдуард Иванович был переведен в Варшаву, так как находившийся там в ту пору Шильдер предложил ему место адъютанта. Однако, вскоре Тотлебен поссорился со своим покровителем, и с осени 1851 г. служил в Петербурге в Инженерном корпусе. Конец этой размолвке положила Крымская война.

Когда началась война, Шильдер получил направление в Дунайскую армию, где в задачу инженеров входили подготовительные работы по форсированию Дуная русскими войсками. Отправляясь в зону боевых действий, генерал вызвал к себе Тотлебена, на тот момент подполковника инженерных войск.

После того, как водная преграда была успешно преодолена, Шильдер руководил инженерными работами при осаде крепости Силистрия — опорного пункта турок в нижнем течении Дуная, прикрывающего кратчайший путь от этой реки до Константинополя.

Осаду Силистрии, имевшую место в мае-июне 1854 г., нельзя назвать славной страницей в истории Российских вооруженных сил. У руководства изначально не было единого мнения о целесообразности этой операции. Главнокомандующий, фельдмаршал Паскевич, был категорически против штурма города, и вообще, считал, что армию необходимо немедленно отвести с занимаемых ею позиций, так как в случае вступления в войну Австрии, что казалось фельдмаршалу весьма вероятным, положение станет угрожающим, а все победы бесплодными. Император Николай I полагал австрийскую опасность призрачной, и в письмах, которые он слал из Петербурга Паскевичу, требовал, чтобы Силистрия была взята. В результате фельдмаршал нехотя приступил к осаде, которая велась весьма вяло. Раздраженный Шильдер называл эту операцию «практическими саперными работами против учебного турецкого полигона», а Тотлебен случайно слышал, как один из солдат дал ситуации еще более резкую характеристику: «Паша хочет сдать Силистрию, а фельдмаршал не хочет ее взять». «Практические саперные работы» стоили, однако, жизни старому генералу, 1 июня 1854 г., находясь в траншеях близ вражеских укреплений, Карл Андреевич получил смертельное ранение.

После того, как учитель Тотлебена выбыл из строя, Эдуард Иванович возглавил осадные работы на левом фланге. Ему удалось вплотную продвинуться к передовым турецким укреплениям и взорвать их, но последствий это не имело. 11 июня осада с Силистрии была снята. По горькой иронии судьбы, в тот самый день генерал Шильдер умер на операционном столе.
Неудача под Силистрией, наверняка оставившая тяжелый осадок в душе Тотлебена, тем не менее не может быть поставлена в вину руководителям осадных работ. По свидетельству английских офицеров, посетивших после отхода войск русские батареи, эти постройки доказывали «большое искусство русских инженеров». Большинство исследователей данной темы сходятся во мнении, что Силистрию «главнокомандующий не имел намерения взять, считая всякий одержанный на дунайском театре успех бесполезным».

Несмотря на все эти печальные обстоятельства, опыт, полученный под стенами дунайской крепости, весьма пригодился «русскому Вобану». Историк Крымской войны Зайончковский рассказывает, что во время осады турки «день и ночь усиливали свои укрепления , возводили новые работы и, по преувеличенному понятию англичан, дали нам маленький урок в том, как впоследствии оборонять Севастополь». Негативный опыт «силистрийского сидения» был также учтен при осаде Плевны в 1878 г.

Осенью 1854 г. Тотлебен был направлен в Севастополь. Участие в героической обороне — самые известные страницы биографии знаменитого фортификатора. Этой теме посвящены сотни книг. Вот причина, по которой автор данной статьи предпочитает дать лишь самую общую характеристику севастопольского периода жизни Тотлебена, уделив больше внимания менее известным моментам.

Накануне высадки союзных войск главный военный порт юга Российской империи был удовлетворительно защищен только с моря. Укрепления вокруг города приходилось возводить в большой спешке. Хотя с появлением Тотлебена, по словам адмирала Корнилова, «в неделю сделали больше, чем прежде делали в год», правду сказать, до появления неприятеля с северной стороны успели лишь создать видимость наличия там мощных оборонительных сооружений. Но этих декоративных укреплений оказалось достаточно, чтобы ввести противника в заблуждение, и союзники отказались от немедленного штурма. Таким образом, было выиграно время, и этим временем воспользовались, чтобы завершить строительство мощных фортов, бастионов и люнетов, надежно прикрывших главную русскую военно-морскую базу на Черном море. В дальнейшем, во время обороны Севастополя Тотлебен умело использовал малейшую паузу в наступательных действиях противника для восстановления разрушенных неприятельским огнем укреплений. Суровость и требовательность, которую он проявил во время организации оборонительных работ, вызвали нарекания подчиненных. Но руководитель обороны адмирал Нахимов ценил инженера чрезвычайно высоко. Имеется свидетельство, что, узнав о намерении одного из своих офицеров пожаловаться он ответил: «На Тотлебена? Подите вон!». В ходе Севастопольской операции Эдуард Иванович был произведен сначала в полковники, а затем в генерал-майоры.
8 июня 1855 г. генерал Тотлебен был ранен в ногу навылет. Не имея возможности находиться в строю, он еще два месяца оставался в осажденном Севастополе, но, в конце концов, был вынужден его покинуть. Вскоре после этого Южная сторона города была занята войсками противника. Севастополь продержался одиннадцать месяцев.

По окончании Крымской войны Эдуард Иванович провел два года за границей. Целью этой поездки было не только поправка здоровья. Генерал стремился ознакомиться с организацией инженерного дела на Западе. Он понимал, что по возвращении на родину его ожидает большая работа.

Другие материалы рубрики


  • Цезарь был не только волевым и амбициозным деятелем, мастером военного дела и политических интриг, но также и великим оратором, имеющим большой дар убеждения. Многие речи и распоряжения Цезаря сохранились в его мемуарных «Записках» и трудах античных авторов, а также в эпиграфических надписях, обнаруженных археологическим путем. Ниже приведены некоторые исторические документы, благодаря которым современный читатель может судить о Цезаре по его собственным словам.



  • ...Будучи «человеком превосходного дарования и светлого ума», Цезарь, тем не менее, был прагматиком. Дион Кассий (ХLII, 49) приписывает ему такие слова: «Есть две вещи, которые защищают, укрепляют и увеличивают власть, — войска и деньги, причем друг без друга они немыслимы». Следуя этому принципу, Цезарь установил прочную взаимовыгодную связь со своими легионерами, став их фактическим патроном и рассматривая их как клиентов; подобная практика была свойственна и Помпею, и другим современным Цезарю полководцам. Цезарь стремился поставить армию под свой постоянный контроль и, несмотря на щедрое награждение воинов и покровительственное отношение к ним, беспощадно расправлялся с бунтовщиками. Так, после возмущения нескольких легионов в Италии в 47 г., Цезарь, по рассказу Диона Кассия (ХLII, 54), помиловал основную массу солдат, но «особенно дерзких и способных сотворить большое зло он из Италии, дабы они не затеяли там мятежа, перевел в Африку и с удовольствием под разными предлогами использовал их в особо опасных делах; так он одновременно и от них избавился и ценою их жизни победил своих врагов. Он был человеколюбивейшим из людей и сделал очень много добра воинам и другим, но страшно ненавидел смутьянов и обуздывал их самым жестоким образом»...



  • В журнале «Известия Академии Наук СССР» за 1965 год (том 163, №4, стр. 891-854) была опубликована статья под названием «Некоторые соотношения между физическими константами». Имя автора — Роберто Орос ди Бартини — ничего не говорило читателям этого специализированного физического журнала. Содержание статьи вызвало неоднозначную реакцию в академической среде, а история ее опубликования носит почти детективный характер.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Начнем, пожалуй, с одного литературного отрывка, довольно длинного, но настолько интересного и емкого, что сокращать его не стоит:
    В кабинете у князя сидел посетитель, Сергей Витальевич Зубцов, что-то очень уж раскрасневшийся и возбужденный.
    — А-а, Эраст Петрович, — поднялся навстречу Пожарский. — Вижу по синим кругам под глазами, что не ложились. Вот, сижу, бездельничаю. Полиция и жандармерия рыщут по улицам, филеры шныряют по околореволюционным закоулкам и помойкам, а я засел тут этаким паучищем и жду, не задергается ли где паутинка. Давайте ждать вместе. Сергей Витальевич вот заглянул. Прелюбопытные взгляды излагает на рабочее движение. Продолжайте, голубчик. Господину Фандорину тоже будет интересно.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Ее жизнь — одна из самых ярких и самых трагических страниц английской истории. До наших дней не дошел ни один ее достоверный прижизненный портрет. Все портреты, на которых якобы была изображена леди Джейн, либо написаны через много лет после ее смерти, либо изображают совсем других женщин. Почти во всех учебниках об этой королеве либо не упоминается вообще, либо посвящено всего пару строчек. Такое ощущение, что кто-то специально вычеркнул ее со страниц истории. Уничтожил все документы и изображения. Попытался стереть из памяти людской. Но тем не менее о маленькой королеве помнят, пишут стихи и книги, снимают кинофильмы. На ее могиле, как и на могилах казненных жен Генриха VIII Анны Болейн и Кэтрин Говард, постоянно лежат свежие цветы.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Началось с венского Кюнстлерхауза, где Василий Васильевич в конце октября 1885 года представил австрийской публике около полутора сотен произведений, в том числе и только что законченные «Евангельский цикл» из шести картин и две картины из задуманной «Трилогии казней». Посетивший экспозицию кардинал Гангльбауер нашел «Святое семейство» и «Воскресение Христово» богохульными и потребовал либо немедленно убрать их из экспозиции, либо закрыть выставку. Верещагин наотрез отказался. Тогда разгневанный князь-архиепископ опубликовал в газетах письмо, обвиняя художника в профанации, подрыве веры «в искупление человечества Воплотившимся Сыном Божьим» и призвал паству не принимать участия в этом кощунстве. Скандал только подогрел любопытство обывателей. Народ повалил на выставку толпами.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • Иван Грозный был женат 7 раз. Для православного монарха это беспрецедентный рекорд. Также, как указывают источники, он, кроме «официальных» жен, имел множество наложниц, устраивал пьяные оргии.
    Судьба его жен поистине трагична. Мария Темрюковна, Марфа Собакина, Анна Васильчикова умерли от «таинственных» болезней. Еще двух жен, заподозренных в измене, пытали с целью вырвать признательные показания, а затем жестоко казнили. Мария Долгорукая прилюдно была утоплена в ледяной проруби, а Василису Мелентьеву, обвязанную веревками и с плотно заткнутым ртом, но еще живую, похоронили. Официально она считалась сосланной в монастырь. «Повезло» лишь Анне Колтовской, которую царь заключил в монастырь, где она прожила более 50 лет.
    Последней женой Ивана Грозного была Мария Нагая. Она и «впрямь была царицей. Высока, стройна, бела и умом и всем взяла». Настоящая русская красавица: большие, выразительные глаза, густая коса ниже пояса. Тем не менее и она скоро стала ненавистна царю, несмотря на то, что родила ему сына, впоследствии печально известного царевича Дмитрия.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • ...Однако с течением времени становилось ясно, что государственная машина приказного типа не выдерживает все возрастающей нагрузки, не справляется с задачами, которые ставил перед ней Петр. Первой отказала система местного управления — уездов, непосредственно подчиненных приказам. Тогдашние уезды охватывали огромные пространства, равные нескольким современным областям. Малочисленная же администрация их была не в состоянии выполнить всех распоряжений верховной власти, особенно когда речь шла о бесчисленных денежных, натуральных, отработочных, рекрутских повинностях местного населения. Следствием такого положения стало образование губерний — нового звена управления, возвышавшегося над уездами. В декабре 1707 г. появился соответствующий указ Петра: «Расписать города частьми, кроме тех, которые во 100 верстах от Москвы к Киеву, Смоленску, к Азову, к Казани и к Архангельскому».



  • Когда Мэри Тюдор выходила замуж за своего возлюбленного, думала ли она о том, что королевская кровь, которая течет в ее жилах, принесет несчастье едва ли не всем ее потомкам? Вряд ли. Она любила, она была любима. Ей было не до раздумий — Мэри, наконец, получила от судьбы драгоценный подарок — возможность стать супругой того, к кому столько лет стремилось ее сердце. А даже если бы и задумалась, что с того? Ведь ее супруг был близким другом короля, а сама она — любимой его сестрой. Разве это не залог счастливого будущего детей, которые у них появятся? Но судьба распорядилась иначе.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Едва ли в русской истории можно найти другого государственного деятеля, получившего столь противоречивые оценки. В значительной степени XVI в. можно назвать эпохой Ивана Грозного.
    Русский публицист XIX в. Н.К. Михайловский справедливо писал, что «при чтении литературы, посвященной Грозному, выходит такая длинная галерея его портретов, что прогулка по ней в конце концов утомляет. Одни и те же внешние черты, одни и те же рамки и при всем том совершенно-таки разные лица: то падший ангел, то просто злодей, то возвышенный и проницательный ум, то ограниченный человек, то самостоятельный деятель, сознательно и систематически преследующий великие цели, то какая-то утлая ладья «без руля и ветрил», то личность, недосягаемо высоко стоящая над всей Русью, то, напротив, низменная натура, чуждая лучшим стремлениям своего времени».

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3