Василий Верещагин. Часть 4. Куба

Втр, 01/06/2015 - 18:27

ЗНАКОМСТВО С ПРЕЗИДЕНТОМ РУЗВЕЛЬТОМ

Открыв выставку в Нью-Йорке, Василий Васильевич, через российское посольство в Вашингтоне, обратился к президенту США с предложением написать картину о взятии Сен-Жуанских высот и просьбой о личной встречи для обсуждения художественной композиции. Хозяин Белого дома к этой идее отнесся благосклонно. «Пришло ко мне сейчас известие, — уведомляет жену Верещагин, — что президент (Рузвельт) будет рад помочь мне в писании картин, и если дело сделается, как я думаю и надеюсь, по-хорошему, то я съезжу в Вашингтон, потом в те места, где живут люди бывшие с Рузвельтом на войне, потом на Кубу, где напишу этюды, и потом приеду к тебе писать картину, которую к осени надобно будет кончить и прислать сюда…».

По прибытии в Вашингтон Верещагин встретился с Российским послом Артуром Павловичем Касини. Тот связался с помощником президента и получил известие, что Рузвельт готов принять русского художника в тот же день, в половине третьего. Встреча состоялась в Голубой гостиной Белого дома.
Предложение Верещагина написать картину о взятии полком «Буйные всадники» Сен-Жуанских высот очень заинтриговало Рузвельта. Об этом читатели «Новостей и биржевой газеты» узнали из уст самого Верещагина: «Президент любезно обещал дать нужные сведения относительно всего того, что меня интересует, и, прежде всего, пригласил прийти в тот же день вечером поговорить об этом предмете. Он любезно сказал, что не столько за себя, сколько за свой полк Rouqh Riders (Буйные всадники) будет доволен, если я напишу картину, представляющую атаку Сен-Жуанских высот».

Следует подчеркнуть, что Теодор Рузвельт всегда гордился боевым опытом, приобретенным в американо-испанской войне, и, как истинный янки, не упустил благоприятного случая еще раз публично продемонстрировать эту гордость. Таким образом, вольно или нет, Верещагин задел самую отзывчивую струну в душе американского президента, за что и был вознагражден не только любезностью хозяина Белого дома, но и широкими полномочиями пребывания на закрытом для иностранцев мятежном острове. В середине февраля, получив от помощника президента все необходимые инструкции и рекомендации, Василий Васильевич отправился на Кубу.

КУБА, 1902

В обширной литературе, посвященной жизни и творчеству Верещагина, Куба обычно упоминается вскользь. Долгое время даже не было известно: сколько же раз посещал Верещагин Кубу, где побывал и с кем встречался. Во многом это объясняется скудостью документального материала об этих годах жизни художника. Но вот в майском номере «Огонька» за 1962 год появилась статья В. Владимирова и Л. Шура «Верещагин. Куба. 1902.», в которой авторы, тщательно изучив архивы Государственной Третьяковской галереи, несколько приоткрыли тайну. Оказалось, что в течение 1902 года живописец побывал на Кубе дважды: с конца февраля по апрель и потом в июле. Много времени провел в Гаване и во втором (после Гаваны) по величине городе Сантьяго. По всей видимости, объехал весь остров и хорошо его изучил. Утверждать так позволяют свидетельства его адвоката Г. Макдона, который сообщает, что «не в состоянии представить маршрут путешествия Верещагина по Кубе по его торопливым и коротким письмам из разных мест».
Правда, по-прежнему остается не выясненным кубинский круг общения Верещагина. Исследователям (см. статью в «Огоньке») удалось в этом плане не многое. В одном из писем они обнаружили, что «художнику отправлены рисунки испанской военной формы, сделанные неким Пеле Хересоми, и ему рекомендуется обратиться к Тутьерресу, живущему в Сантьяго, у которого сохранились образцы униформы испанских войск». В другом письме сообщается о пересылке Верещагину «нескольких рекомендательных писем к разным лицам, живущим в Сантьяго». Правда, в обоих письмах не указан отправитель.

Известно, что большой интерес к творчеству Верещагина проявлял лидер кубинского освободительного движения национальный герой Хосе Марти. Он погиб 19 мая 1895 года в одном из сражений с испанцами. Посетив в 1888 году первую нью-йоркскую выставку художника, где наряду с кавказскими этюдами экспонировались знаменитые индийские полотна и серия картин о русско-турецкой войне, Хосе Марти в статье «Выставка картин русского художника Верещагина» с восторгом писал: «По напряжению, мощи, искренности и эпической широте мы узнаем в картинах Верещагина его родину». Вполне вероятно, что Василий Васильевич, не афишируя своих контактов, не упустил возможности пообщаться и с продолжателями дела кубинского «Апостола Независимости».

С Кубы Верещагин привез не только много этюдов для будущей картины, но и, что не менее важно, много наблюдений о жизни и общественных процессах, происходивших на острове. Правда, подчас необоснованно восторженных. Так, он неоднократно упоминает о благотворном влиянии пребывания американцев на острове: «Город Гавана никогда при испанском владычестве не был в таком цветущем состоянии: чистота на улицах, яркая зелень на площадях; помина нет о диких собаках и кошках, валявшихся по улицам и наполнявших их зловонием». Но Верещагин не бывал на Кубе во времена испанского владычества и, следовательно, видеть дохлых кошек и собак, издававших зловоние, не мог. Эта эйфория, скорее всего, обдуманное желание потрафить и президентским референтам, снабдивших живописца перед убытием на Кубу соответствующими пояснительными «историческими» справками, и самому Теодору Рузвельту, обласкавшему заокеанского гостя. Сказанное подтверждает такой, например, пассаж Верещагина: «В санитарном оздоровлении местности огромная заслуга американского администратора Кубы, врача по профессии, бригадного генерала Вуда, большого друга президента Рузвельта, вместе с ним стоявшего у истоков создания полка «Буйных всадников».

С читателями «Новостей и биржевой газеты» Василий Васильевич поделился своими мыслями о возможных путях развития Кубы. «Большинство республиканцев, — пишет он, — а также и часть демократов, все-таки выпустили из рук богатые острова с сожалением и ворчанием, отразившимися на медленности, с которой трактуется и обсуждается вопрос о сбавке кубинцам пошлин на их сахар, — меры, без которой Кубе грозит полное разорение… Соединенные Штаты ждут беспорядков в новой кубинской республике и не прочь снова, вмешавшись в дела острова, присоединить его. …Голытьба на Кубе, конечно, стоит за свободу и независимость во что бы то ни стало, но сумеет ли она провести их и направить правительство республики к твердости, неподкупности и нелицеприятности — покажет только будущее».

Будущее показало, что «голытьба», под предводительством преданных идее свободы патриотов во главе с Фиделем Кастро, создала достойное для своих граждан государство, независимое от американского диктата, и пессимизм художника оказался не оправдан.

Другие материалы рубрики


  • ...В марте 1937 г. Ландау переезжает в Москву, и здесь, в ИФП, он работает до конца своих дней. Первая научная работа, опубликованная Ландау после перехода в ИФП, была посвящена вопросам ядерной физики. Ландау, развивая идеи Бора, применил методы статистической физики к изучению тяжелых атомных ядер. Он получил количественные оценки для многих наблюдаемых величин, включая ширину ядерных уровней. Работа быстро стала классической в своей области...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Цезарь был не только волевым и амбициозным деятелем, мастером военного дела и политических интриг, но также и великим оратором, имеющим большой дар убеждения. Многие речи и распоряжения Цезаря сохранились в его мемуарных «Записках» и трудах античных авторов, а также в эпиграфических надписях, обнаруженных археологическим путем. Ниже приведены некоторые исторические документы, благодаря которым современный читатель может судить о Цезаре по его собственным словам.



  • ...Мир с остготами удалось достигнуть, но он оставался непрочным. Было очевидно, что германцам тесно на отведенной им территории и они не станут ею довольствоваться. Единственный способ обезопасить пределы Византии от их набегов — это указать Теодориху направление экспансии, выгодное империи. Зенон принимает решение отдать остготам не принадлежащую ему Италию. Он рассчитывал, что возведенный им в сан римского патриция и в принципе согласный на положение федерата Теодорих будет там более удобным правителем, чем совершенно независимый Одоакр...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • В журнале «Известия Академии Наук СССР» за 1965 год (том 163, №4, стр. 891-854) была опубликована статья под названием «Некоторые соотношения между физическими константами». Имя автора — Роберто Орос ди Бартини — ничего не говорило читателям этого специализированного физического журнала. Содержание статьи вызвало неоднозначную реакцию в академической среде, а история ее опубликования носит почти детективный характер.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Последние годы жизни Василия Васильевича Верещагина отмечены отчаянной и безуспешной попыткой добиться у официальных властей гарантий на продолжение «наполеоновской» серии картин; поездкой в экзотическую Японию, открывшую для миллионов почитателей новую, неожиданную грань его художественного таланта; очередным разочарованием в способности высших военных российских чинов грамотно и достойно вести войну. И, наконец, трагической гибелью на ходовом мостике броненосца
    «Петропавловск»...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • ... Совершенно неожиданно для всех книжный мальчик Юлиан оказался блестящим полководцем и администратором. Обладая колоссальной работоспособностью, он легко обучался, внимательно прислушивался к мнению опытных военачальников, но в то же время был тверд в принятии решений. На поле боя он проявлял чудеса храбрости, но при выборе тактики отличался осторожностью и предусмотрительностью. Он возвратил империи Колонию Агриппу (Кельн) и разбил варваров в битве при Аргеноторуме (Страсбурге). В кратчайшие сроки Галлия была очищена от германцев, укрепления на Рейне отстроены. Между тем одерживать блестящие победы в царствование Констанция было занятие нездоровое. Над победителем висел Дамоклов меч. Люди, осведомленные в политике, шептались, что цезарь Юлиан потому так отчаянно храбр, что предпочитает смерть в сражении смерти на плахе...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5
    • 6


  • Личность императора-иконоборца Льва III всегда вызывала живой интерес — и при этом всегда освещалась тенденциозно. С одной стороны, православные писатели по понятным причинам любили изображать его кровожадным чудовищем. С другой стороны, многие историки относятся ко Льву Исавру с сочувствием и среди многочисленных сведений, предоставленных православными писателями, стараются выбирать такие, которые рисуют его наиболее симпатичным. Получается двойное искажение, и неизвестно, всегда ли второму удается компенсировать первое. Свидетельства же его сторонников и современников до нас практически не дошли. Но как бы мы ни относились к деятельности этого императора, биография у него интересная и насыщенная красочными событиями.
    Лев III происходил из небогатой и незнатной семьи. Его эпитет Исавр, давший название основанной им династии, происходит от названия народа, к которому он принадлежал. Исаврийские племена занимали восточные районы полуострова Малая Азия. Заселенные ими территории граничили с землями, подвластными арабам. Исходя из этого строят предположения, что Лев Исавр еще в юности хорошо владел арабским языком, а также испытывал на себе влияние мусульманских идей. Впервые будущий император выдвинулся в правление Юстиниана II, или вернее, в период его борьбы за отеческий престол с другими претендентами. Выказав себя верным сторонником Юстиниана, Лев возвысился, когда его покровитель вернулся в Константинополь.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • ...Изменил Павел и административно-территориальное деление страны, принципы управления окраинами империи. Так, 50 губерний были преобразованы в 41 губернию и Область Войска Донского. Прибалтийским губерниям, Украине и некоторым другим окраинным территориям были возвращены традиционные органы управления. Все эти преобразования очевидно противоречивы: с одной стороны, они увеличивают центра-лизацию власти в руках царя, ликвидируют элементы самоуправления, с другой — обнаруживают возврат к разнообразию форм управления на национальных окраинах. Это противоречие происходило прежде всего от слабости нового режима, боязни не удержать в руках всю страну, а также от стремления завоевать популярность в районах, где была угроза вспышек национально-освободительного движения. Ну и, конечно, прояв-лялось желание переделать все по-новому. Показательно, что содержание судебной реформы Павла и ликвидация органов сословного самоуправления означали для России, по сути, шаг назад. Эта реформа коснулась не только городского населения, но и дворянства.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5


  • Начнем, пожалуй, с одного литературного отрывка, довольно длинного, но настолько интересного и емкого, что сокращать его не стоит:
    В кабинете у князя сидел посетитель, Сергей Витальевич Зубцов, что-то очень уж раскрасневшийся и возбужденный.
    — А-а, Эраст Петрович, — поднялся навстречу Пожарский. — Вижу по синим кругам под глазами, что не ложились. Вот, сижу, бездельничаю. Полиция и жандармерия рыщут по улицам, филеры шныряют по околореволюционным закоулкам и помойкам, а я засел тут этаким паучищем и жду, не задергается ли где паутинка. Давайте ждать вместе. Сергей Витальевич вот заглянул. Прелюбопытные взгляды излагает на рабочее движение. Продолжайте, голубчик. Господину Фандорину тоже будет интересно.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Желание узнать внутренний мир Василия Верещагина возникло после того, как я впервые увидел в Севастопольском Художественном музее его великолепный этюд «Японка». После крови, страданий и боли военных полотен, принесших живописцу оглушительную славу, миниатюрная женщина в цветистом кимоно, возле скромных хризантем, казалась воплощением мира и покоя. Не верилось, что эту солнечную вещь создал человек, поставивший цель красками и кистью обнажить жестокую изнанку войн и своими картинами вызвать у людей отчаянный протест изуверскому способу разрешения конфликтов.
    Внимательно знакомясь с литературным творчеством художника, письмами и документами, воспоминаниями современников и историографией, я утверждался в той мысли, что огромный эпистолярный материал, накопившийся более чем за столетие со дня его трагической гибели, так и не раскрывает суть этой неистовой и сложной натуры. Тогда я рискнул, не претендуя на всесторонний и глубокий охват, создать небольшой цикл очерков о некоторых малоизвестных страницах жизни Василия Васильевича Верещагина. И начать решил с истории появления на свет этюдов военных кладбищ, написанных весной 1896 года в Севастополе, поскольку уже сам этот факт открывает нам нового Верещагина...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4