Василий Верещагин. Часть 4. Куба

Втр, 01/06/2015 - 18:27

ВЗЯТИЕ РУЗВЕЛЬТОМ СЕН–ЖУАНСКИХ ВЫСОТ

Однако вернемся к задуманной картине. Возвратившись в апреле в Вашингтон, Верещагин поселяется недалеко от Белого дома по другую сторону реки Потомак на территории военного городка Форт Майер и активно включается в работу. «Завтра, — сообщает он жене, — пойду устраивать себе временное помещение для работы — высокий забор и навес. Надеюсь, осилю картину и еще несколько, хотя можешь представить, каково работать на людях, — кругом офицеры и даже семьи их».

При очередной встрече с американским президентом Верещагин рассказал ему о своих впечатлениях от поездки на Кубу, о задушевных беседах с участниками знаменитого штурма, с которых написал несколько этюдов, и своем намерении немедленно приступить к работе. Польщенный президент охотно согласился позировать художнику. В июне Верещагин подарил Теодору Рузвельту две небольших картины. Как предполагает Аркадий Кудря (ЖЗЛ, «Верещагин»), одна из них — вид холма Сен-Жуан, а вторая — морской пейзаж с затопленным испанским кораблем. Рузвельт в ответ преподнес художнику недавно (1900) изданную в Нью-Йорке свою книгу «Буйные всадники».

При очередном посещении мастерской художника, осматривая грандиозное полотно (пять футов в ширину и девять в высоту), Рузвельт, как утверждала газета «New York World», нашел погрешности в изображении лиственного покрова на Сен-Жуанском холме, и Верещагин в июле вновь выехал на Кубу.

В РОССИЮ ИНКОГНИТО

Во всех литературных источниках прочно укрепилось мнение, что Верещагин не покидал США с момента своего приезда (декабрь 1901) до отъезда на родину (ноябрь 1902) после завершения в Нью-Йорке аукциона. Однако в рукописном фонде Государственной Третьяковской галереи А. Кудря обнаружил любопытный документ — уведомление Гамбургской пароходной компании от 7 октября 1902 года, отправленное Верещагину в Москву. Вот его содержание: «Господину Верещагину по его письму зарезервировано место 2 в каюте 105 на пароходе «Августа Виктория», отправляющемся из Гамбурга 23 октября».

Внимательно просматривая эпистолярный архив художника за сентябрь-ноябрь 1902 года, я обратил внимание на два факта: отсутствие в этот период какой-либо корреспонденции от Верещагина и довольно странную переписку его супруги Лидии Васильевны с Владимиром Васильевичем Стасовым.

Так, в письме, отправленном, судя по штемпелю на конверте, 18 октября 1902 года В.В. Стасову, Лидия Васильевна пишет: «Вам, как любящему искусство и художников, небезынтересно, может быть, сделать известным нашему обществу адрес, присланный венскими художниками моему мужу (по случаю 60-летия), знаменательный особенно ввиду пренебрежения официального мира к его работам (обида на нежелание царского двора приобрести картины «1812год» — С.А.). Если Вы этот листок почему-либо не сочтете нужным огласить, то, пожалуйста, пришлите мне его обратно.

Примите уверение в моем уважении. Л. Верещагина».

В ответном письме (19 октября 1902 года) из Петербурга Владимир Васильевич уведомляет, что с удовольствием исполнит просьбу, но просит сообщить: где сейчас находится Василий Васильевич? Когда планирует возвратиться в Россию? Думает ли устроить по возвращении выставку? Знает ли о «венском адресе» и не будет ли возражать против его публикации?

Ответ из Нижних Котлов последовал неделю спустя 25 октября 1902 года, когда уже Верещагин вторые сутки как плыл к берегам Америки. Вот его содержание: «Василий Васильевич в настоящее время находится в Америке, в Нью-Йорке, где устраивает сначала выставку, а затем продажу своих картин. Домой рассчитывает вернуться в начале этого декабря. Новых работ у него не много, так что вряд ли он выставит в России что-нибудь скоро. (Недавно появившееся в газетах известие, что Василий Васильевич привез из Китая, Маньчжурии и Кореи много новых этюдов и картин, — неверно. Василий Васильевич вот уже почти год живет в Америке...). Об адресе венских художников — знает и ничего не будет иметь против напечатания его».

В Нью-Йорк Верещагин, по-видимому, прибыл 8-9 ноября, остановившись в шикарной студии на Bryant Park, 13 ноября открыл выставку в галерее Астора, а 15 ноября, после долгого молчания, наконец, написал письмо Стасову: «Жена сообщает, что Вы хотели напечатать адрес, присланный Обществом венских художников, но затерялся перевод. Прилагаю оригинал: стоит, пожалуй, напечатания, потому что составлен в выражениях, вряд ли часто обращаемых к художнику, да еще иностранному. ...Они упредили день моего шестидесятилетия на год (Верещагин родился 14 октября 1842 года — С.А.), и я ответил здесь же прилагаемым письмом. Тогда от них последовало еще письмо и затем несколько телеграмм...».

Итак, с достаточной долей уверенности можно считать, что большую часть октября Василий Васильевич провел в Нижних Котлах. Об этой поездке не знали ни вездесущие американские журналисты, ни даже самые близкие друзья в России. Чем вызвана столь тщательная конспиративность? Ближе всего к истине, вероятно, стоит объяснение, данное Александром Кудря: «Приехав в Россию, Василий Васильевич сделал последнюю отчаянную попытку с помощью высокопоставленных знакомых убедить царское правительство приобрести коллекцию картин о войне 1812 года и тем самым уберечь их от продажи на аукционе в Нью-Йорке». Это тем более убедительно, что Верещагин, как мы знаем, оказался в Америке в крайне тяжелой финансовой ситуации. Что даст предстоящий Нью-йоркский аукцион, было неизвестно, а сроки возврата полученных ссуд неумолимо сокращались. Возможно, что были и более серьезные причины не афишировать свое появление в Нижних Котлах. Не зря же И.С. Тургенев, близко знавший Василия Васильевича, еще в октябре 1881 года в письме поэту Я.В. Полонскому отмечал, что Верещагин всегда «очень тщательно прячется». Нельзя отрицать и желание художника отметить свой юбилей не на берегах Потомака, а в кругу семьи, разлуку с которой он всегда тягостно переживал, и в привычной обстановке своей мастерской сосредоточиться на написании важного во всех отношениях полотна. Правда, для этого не требовалась столь тщательная конспирация.

Другие материалы рубрики


  • Иван Грозный был женат 7 раз. Для православного монарха это беспрецедентный рекорд. Также, как указывают источники, он, кроме «официальных» жен, имел множество наложниц, устраивал пьяные оргии.
    Судьба его жен поистине трагична. Мария Темрюковна, Марфа Собакина, Анна Васильчикова умерли от «таинственных» болезней. Еще двух жен, заподозренных в измене, пытали с целью вырвать признательные показания, а затем жестоко казнили. Мария Долгорукая прилюдно была утоплена в ледяной проруби, а Василису Мелентьеву, обвязанную веревками и с плотно заткнутым ртом, но еще живую, похоронили. Официально она считалась сосланной в монастырь. «Повезло» лишь Анне Колтовской, которую царь заключил в монастырь, где она прожила более 50 лет.
    Последней женой Ивана Грозного была Мария Нагая. Она и «впрямь была царицей. Высока, стройна, бела и умом и всем взяла». Настоящая русская красавица: большие, выразительные глаза, густая коса ниже пояса. Тем не менее и она скоро стала ненавистна царю, несмотря на то, что родила ему сына, впоследствии печально известного царевича Дмитрия.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • ... Вернемся, однако, к главному герою нашей статьи. Говоря о деятельности Тотлебена в период между двумя войнами: 1854-1856 и 1877-1878 гг., необходимо, наверное, вспомнить о том, что этот период — время проведения весьма радикальной военной реформы, полностью изменившей принцип формирования российских вооруженных сил. Но, несмотря на занимаемый высокий пост, роль Эдуарда Ивановича в структурных, а не технических преобразованиях армии — весьма скромная. Он не слишком сочувствовал реформам, по мнению некоторых современников даже стремился их тормозить. Надо сказать, что многие талантливые русские военачальники были по своим убеждениям реакционерами...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • ...Про принадлежность М. Грушевского к масонским «ветеранам» свидетельствует и тот факт, что именно он, вместе с Ф. Штейнгелем, представлял киевские ложи на всероссийском масонском конвенте летом 1912 г. в Москве. Наличие в России 14...15 масонских лож давало основание для создания собственной организации, наряду с другими Великими Собраниями. Участник этого тайного собрания А. Гальперн позже свидетельствовал, что между российскими и украинскими ложами разгорелась острая дискуссия по поводу названия организации. Преимущественное большинство Конвента отстаивало название «Великое Собрание России», Грушевский же требовал, чтобы слово "Россия" ни в каком случае в названии не фигурировало. В конце концов было одобрено компромиссное название «Великое Собрание народов России». Следует отметить, что Ф. Штейнгель в этой дискуссии поддерживал российскую сторону. Поэтому не случайно он был избран в верховный совет российской масонской организации.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • ...Мир с остготами удалось достигнуть, но он оставался непрочным. Было очевидно, что германцам тесно на отведенной им территории и они не станут ею довольствоваться. Единственный способ обезопасить пределы Византии от их набегов — это указать Теодориху направление экспансии, выгодное империи. Зенон принимает решение отдать остготам не принадлежащую ему Италию. Он рассчитывал, что возведенный им в сан римского патриция и в принципе согласный на положение федерата Теодорих будет там более удобным правителем, чем совершенно независимый Одоакр...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Когда Мэри Тюдор выходила замуж за своего возлюбленного, думала ли она о том, что королевская кровь, которая течет в ее жилах, принесет несчастье едва ли не всем ее потомкам? Вряд ли. Она любила, она была любима. Ей было не до раздумий — Мэри, наконец, получила от судьбы драгоценный подарок — возможность стать супругой того, к кому столько лет стремилось ее сердце. А даже если бы и задумалась, что с того? Ведь ее супруг был близким другом короля, а сама она — любимой его сестрой. Разве это не залог счастливого будущего детей, которые у них появятся? Но судьба распорядилась иначе.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Есть люди, читая биографию которых не перестаешь удивляться, сколько всяких невероятных и удивительных событий было в их жизни. Одним из таких людей был сын словацкого дворянина и венгерской графини, борец за свободу и самозваный король, авантюрист и искатель приключений Мориц Август Беньовский (Móric August Beňovský). Он прожил короткую, но такую яркую и насыщенную жизнь, что она своими удивительными приключениями и поворотами судьбы напоминает жизнь литературных героев романов Александра Дюма и Фенимора Купера. Всего за сорок лет, отмерянных для него судьбой, ему довелось столько всего сделать, увидеть и пережить, что этого с лихвой хватило бы на двадцать других жизней. Хорошее представление об этом человеке дает характеристика генерал-прокурора Сената князя Вяземского, которую тот дал Беньовскому после его отправки на Камчатку: «Беньовского во время заарестования в Петербурге сам я видел человеком, которому жить или умереть все едино».

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • ...Изменил Павел и административно-территориальное деление страны, принципы управления окраинами империи. Так, 50 губерний были преобразованы в 41 губернию и Область Войска Донского. Прибалтийским губерниям, Украине и некоторым другим окраинным территориям были возвращены традиционные органы управления. Все эти преобразования очевидно противоречивы: с одной стороны, они увеличивают центра-лизацию власти в руках царя, ликвидируют элементы самоуправления, с другой — обнаруживают возврат к разнообразию форм управления на национальных окраинах. Это противоречие происходило прежде всего от слабости нового режима, боязни не удержать в руках всю страну, а также от стремления завоевать популярность в районах, где была угроза вспышек национально-освободительного движения. Ну и, конечно, прояв-лялось желание переделать все по-новому. Показательно, что содержание судебной реформы Павла и ликвидация органов сословного самоуправления означали для России, по сути, шаг назад. Эта реформа коснулась не только городского населения, но и дворянства.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5


  • Началось с венского Кюнстлерхауза, где Василий Васильевич в конце октября 1885 года представил австрийской публике около полутора сотен произведений, в том числе и только что законченные «Евангельский цикл» из шести картин и две картины из задуманной «Трилогии казней». Посетивший экспозицию кардинал Гангльбауер нашел «Святое семейство» и «Воскресение Христово» богохульными и потребовал либо немедленно убрать их из экспозиции, либо закрыть выставку. Верещагин наотрез отказался. Тогда разгневанный князь-архиепископ опубликовал в газетах письмо, обвиняя художника в профанации, подрыве веры «в искупление человечества Воплотившимся Сыном Божьим» и призвал паству не принимать участия в этом кощунстве. Скандал только подогрел любопытство обывателей. Народ повалил на выставку толпами.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • ...Однако с течением времени становилось ясно, что государственная машина приказного типа не выдерживает все возрастающей нагрузки, не справляется с задачами, которые ставил перед ней Петр. Первой отказала система местного управления — уездов, непосредственно подчиненных приказам. Тогдашние уезды охватывали огромные пространства, равные нескольким современным областям. Малочисленная же администрация их была не в состоянии выполнить всех распоряжений верховной власти, особенно когда речь шла о бесчисленных денежных, натуральных, отработочных, рекрутских повинностях местного населения. Следствием такого положения стало образование губерний — нового звена управления, возвышавшегося над уездами. В декабре 1707 г. появился соответствующий указ Петра: «Расписать города частьми, кроме тех, которые во 100 верстах от Москвы к Киеву, Смоленску, к Азову, к Казани и к Архангельскому».



  • Начнем, пожалуй, с одного литературного отрывка, довольно длинного, но настолько интересного и емкого, что сокращать его не стоит:
    В кабинете у князя сидел посетитель, Сергей Витальевич Зубцов, что-то очень уж раскрасневшийся и возбужденный.
    — А-а, Эраст Петрович, — поднялся навстречу Пожарский. — Вижу по синим кругам под глазами, что не ложились. Вот, сижу, бездельничаю. Полиция и жандармерия рыщут по улицам, филеры шныряют по околореволюционным закоулкам и помойкам, а я засел тут этаким паучищем и жду, не задергается ли где паутинка. Давайте ждать вместе. Сергей Витальевич вот заглянул. Прелюбопытные взгляды излагает на рабочее движение. Продолжайте, голубчик. Господину Фандорину тоже будет интересно.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4