Василий Верещагин. Часть V. Загадочное путешествие

Втр, 01/06/2015 - 18:31

ЭКСКУРСИЯ НА ВОЙНУ

В последней трети XIX века европейские державы усилили свое проникновение в Китай. В открытых для иностранцев портах активно действовали свыше 70 протестантских и католических миссионерских организаций. При возведении церквей служители культа бесцеремонно захватывали общественные здания и земли, храмовые постройки, занимались спекуляцией. Это вызвало недовольство и массовые выступления китайского народа. В начале 1884 года вспыхнула франко-китайская война за господство над Вьетнамом, находившимся в вассальной зависимости от Цинской династии. В марте 1884 года французские войска нанесли китайцам поражение под Бакнинем, одном из основных торговых центров Вьетнама, расположенном в дельте Красной реки, в 30 километрах от Ханоя. Одновременно Франция направила к берегам Китая две военно-морские эскадры. Правительство Китая пошло на уступки, заключив 11 мая 1884 года с французским военным командованием конвенцию о прекращении боевых действий. Но перемирие оказалось недолгим. Уже 23 июня 1884 года близ деревни Бакле на севере Вьетнама вспыхнул новый вооруженный конфликт. Это послужило поводом для французов начать широкомасштабные боевые действия. Французский корабль «Триумфант» из эскадры адмирала Курбе 23 августа на рейде Фучжоу (в устье реки Миньцзян) уничтожил китайскую эскадру из одиннадцати судов и двенадцати джонок. Первого октября французы высадили десант (2259 человек) на острове Тайвань, атаковали порт Цзилун и 23 октября установили блокаду всего острова.

Примечательно, что, оказавшись в нужное время и в нужном месте, автор путевых заметок узнал много любопытного об этих событиях. Вот как он описывает свои похождения: «На четвертый день нашего выезда из Гонконга мы увидели гористые берега Формозы (Тайвань) и через несколько часов бросили якорь около броненосного фрегата «Баяр», на котором находился покойный уже ныне командир всей эскадры адмирал Курбе. Через полчаса к нам на завтрак собрались несколько офицеров фрегата и командиры французских позиций в Келюнге (Keelung). Все они горько жаловались на страшные лишения от дурного климата, болезней (в основном венерических — С.А.) и дурной пищи». Поведали французы и факты, о которых печать помалкивала. Оказалось, что французская армия не многочисленна, а китайцы, против ожидания, хорошо вооружены и подготовлены. Из-за этого «не имея возможности продвинуться внутрь страны, они (французы — С.А.) вынуждены были отказаться от захвата богатейших каменноугольных копий, лежащих не далеко от Келюнга, захват которого был одной из главных целей военной операции на севере страны». Восхищаясь прекрасной кухней и отличным вином радушных хозяев, гости сетовали: «Все просьбы о подкреплении оставались без последствий, поэтому случалось нередко с несколькими сотнями солдат отбиваться от двух-трех тысяч китайцев, которые, против ожидания, оказывались хорошо вооруженными и стойкими в деле». Не без изумления узнал Верещагин, что китайцы, как и сарматы в Туркестанскую эпопею (1868), участником которой ему довелось побывать, за голову убитого француза получают приличное вознаграждение. «Китайцы, — рассказывали офицеры, — для получения премии в 50 таэлов (350 франков) за голову неприятеля ночью откапывали трупы французов на кладбищах и, надругавшись над телом, отрубали головы и представляли их, кому следует…».
Путешественнику удалось даже посмотреть на французскую атаку. «В день нашего приезда, — сообщает он, — была назначена атака одной из ближайших китайских позиций. Капитан нашего парохода собирался сойти на берег, чтобы издали посмотреть на атаку. Два пассажира, американцы и я просили позволения ему сопутствовать; капитан обратился к командиру, который, по неизвестной нам причине, моим спутникам в таком позволении отказал, мне же оно было дано, и я вместе с капитаном, офицерами фрегата и двумя десятками вооруженных матросов сошел на берег».

Но саму атаку, по словам Верещагина, им увидеть не удалось: «Она была закрыта от нас пригорком и мы слышали только сильную и близкую оружейную пальбу». Когда же стрельба утихла, то мимо них провезли десятка полтора китайцев, взятых в плен. Их потом использовали на работах по укреплению французских позиций, а тех, кто отказался выполнить приказ, расстреляли. Из Келюнга путешественник отправился в Гонконг. Познакомился с его ближайшими окрестностями, а затем «на громадном французском пароходе «I' Anadyr» отбыл на родину.

На этом путевые наброски заканчиваются, оставляя для грядущих поколений еще одну из многочисленных загадок удивительной судьбы выдающегося российского живописца…
(окончание следует)

Другие материалы рубрики


  • Выдающиеся русские ученые —Жуковский, Менделеев, Чаплыгин — создали теорию, а Можайский изобрел аэроплан с паровым двигателем. Можайский построил и испытал самолет задолго до братьев Райт. Но история авиации берет свой стремительный отсчет именно с их первого полета, 110-летие которого отмечается в этом году.
    Украина вошла в число немногих стран, которые обладают технологиями создания летательных аппаратов и авиационных двигателей. Мы горды тем, что есть в Украине коллективы, благодаря которым жива одна из самых наукоемких и престижных отраслей экономики — авиационная.
    110-летие авиации связано с еще одной значительной датой — 110-летием со дня рождения основателя ГП «Ивченко-Прогресс», генерального конструктора, академика Александра Георгиевича Ивченко.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • Когда Мэри Тюдор выходила замуж за своего возлюбленного, думала ли она о том, что королевская кровь, которая течет в ее жилах, принесет несчастье едва ли не всем ее потомкам? Вряд ли. Она любила, она была любима. Ей было не до раздумий — Мэри, наконец, получила от судьбы драгоценный подарок — возможность стать супругой того, к кому столько лет стремилось ее сердце. А даже если бы и задумалась, что с того? Ведь ее супруг был близким другом короля, а сама она — любимой его сестрой. Разве это не залог счастливого будущего детей, которые у них появятся? Но судьба распорядилась иначе.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • В Петербурге Василий Васильевич пробыл не долго. Решив свои дела, повстречался со Стасовым, тоже обратившим внимание на разительные перемены в поведении старого друга. «Он оставался у меня от 3 до 11 вечера, — сообщает Владимир Васильевич своей племяннице В.Д. Комаровой. — Был мил, умнее, любезен, все что угодно, но… прежнего Верещагина уже нет. Прежняя сила, гордость, взбалмошность, непреклонность — пропали. В сто раз мягче стал, многое стал спускать, стушевывать, прощать… Характер прежний и физиономия — сбавились!!!». А перед самым отъездом на Филиппины Верещагин молит Стасова принять на себя роль душеприказчика: «…прошу Вас позаботиться о том, чтобы в случае если умру, утону, буду застрелен и т.п., в возможно скором времени после моей смерти была устроена в Обществе поощрения художеств аукционная продажа моих картин и выручена возможно большая сумма денег моим «детишкам на молочишко». И это пишет человек незаурядной смелости, воли и твердости характера!

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5
    • 6


  • Едва ли в русской истории можно найти другого государственного деятеля, получившего столь противоречивые оценки. В значительной степени XVI в. можно назвать эпохой Ивана Грозного.
    Русский публицист XIX в. Н.К. Михайловский справедливо писал, что «при чтении литературы, посвященной Грозному, выходит такая длинная галерея его портретов, что прогулка по ней в конце концов утомляет. Одни и те же внешние черты, одни и те же рамки и при всем том совершенно-таки разные лица: то падший ангел, то просто злодей, то возвышенный и проницательный ум, то ограниченный человек, то самостоятельный деятель, сознательно и систематически преследующий великие цели, то какая-то утлая ладья «без руля и ветрил», то личность, недосягаемо высоко стоящая над всей Русью, то, напротив, низменная натура, чуждая лучшим стремлениям своего времени».

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • Личность императора-иконоборца Льва III всегда вызывала живой интерес — и при этом всегда освещалась тенденциозно. С одной стороны, православные писатели по понятным причинам любили изображать его кровожадным чудовищем. С другой стороны, многие историки относятся ко Льву Исавру с сочувствием и среди многочисленных сведений, предоставленных православными писателями, стараются выбирать такие, которые рисуют его наиболее симпатичным. Получается двойное искажение, и неизвестно, всегда ли второму удается компенсировать первое. Свидетельства же его сторонников и современников до нас практически не дошли. Но как бы мы ни относились к деятельности этого императора, биография у него интересная и насыщенная красочными событиями.
    Лев III происходил из небогатой и незнатной семьи. Его эпитет Исавр, давший название основанной им династии, происходит от названия народа, к которому он принадлежал. Исаврийские племена занимали восточные районы полуострова Малая Азия. Заселенные ими территории граничили с землями, подвластными арабам. Исходя из этого строят предположения, что Лев Исавр еще в юности хорошо владел арабским языком, а также испытывал на себе влияние мусульманских идей. Впервые будущий император выдвинулся в правление Юстиниана II, или вернее, в период его борьбы за отеческий престол с другими претендентами. Выказав себя верным сторонником Юстиниана, Лев возвысился, когда его покровитель вернулся в Константинополь.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • В журнале «Известия Академии Наук СССР» за 1965 год (том 163, №4, стр. 891-854) была опубликована статья под названием «Некоторые соотношения между физическими константами». Имя автора — Роберто Орос ди Бартини — ничего не говорило читателям этого специализированного физического журнала. Содержание статьи вызвало неоднозначную реакцию в академической среде, а история ее опубликования носит почти детективный характер.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • ... Вернемся, однако, к главному герою нашей статьи. Говоря о деятельности Тотлебена в период между двумя войнами: 1854-1856 и 1877-1878 гг., необходимо, наверное, вспомнить о том, что этот период — время проведения весьма радикальной военной реформы, полностью изменившей принцип формирования российских вооруженных сил. Но, несмотря на занимаемый высокий пост, роль Эдуарда Ивановича в структурных, а не технических преобразованиях армии — весьма скромная. Он не слишком сочувствовал реформам, по мнению некоторых современников даже стремился их тормозить. Надо сказать, что многие талантливые русские военачальники были по своим убеждениям реакционерами...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Желание узнать внутренний мир Василия Верещагина возникло после того, как я впервые увидел в Севастопольском Художественном музее его великолепный этюд «Японка». После крови, страданий и боли военных полотен, принесших живописцу оглушительную славу, миниатюрная женщина в цветистом кимоно, возле скромных хризантем, казалась воплощением мира и покоя. Не верилось, что эту солнечную вещь создал человек, поставивший цель красками и кистью обнажить жестокую изнанку войн и своими картинами вызвать у людей отчаянный протест изуверскому способу разрешения конфликтов.
    Внимательно знакомясь с литературным творчеством художника, письмами и документами, воспоминаниями современников и историографией, я утверждался в той мысли, что огромный эпистолярный материал, накопившийся более чем за столетие со дня его трагической гибели, так и не раскрывает суть этой неистовой и сложной натуры. Тогда я рискнул, не претендуя на всесторонний и глубокий охват, создать небольшой цикл очерков о некоторых малоизвестных страницах жизни Василия Васильевича Верещагина. И начать решил с истории появления на свет этюдов военных кладбищ, написанных весной 1896 года в Севастополе, поскольку уже сам этот факт открывает нам нового Верещагина...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Цезарь был не только волевым и амбициозным деятелем, мастером военного дела и политических интриг, но также и великим оратором, имеющим большой дар убеждения. Многие речи и распоряжения Цезаря сохранились в его мемуарных «Записках» и трудах античных авторов, а также в эпиграфических надписях, обнаруженных археологическим путем. Ниже приведены некоторые исторические документы, благодаря которым современный читатель может судить о Цезаре по его собственным словам.



  • Военные заслуги Цезаря в 50-е годы до н.э. позитивно повлияли на его репутацию в Риме. Его политический противник Цицерон в одной из официальных речей признает: «Могу ли я быть врагом тому, чьи письма, молва о нем и курьеры всякий день радуют слух мой не слыханными доселе названиями племен, народностей и местностей?» («О консульских провинциях», 22). «Некогда ... природа укрепила Италию Альпами; ведь если бы доступ в нее был открыт полчищам диких галлов, этому городу [Риму] никогда не довелось бы стать оплотом и местопребыванием верховной власти. Теперь же Альпы могут опуститься! Ведь по ту сторону высоких гор, вплоть до Океана, уже нет ничего такого, чего Италии следовало бы бояться» (там же, 34). С галльскими походами Цезаря были связаны еще некоторые мини-открытия. По словам его биографа Светония (56, 6), Цезарь, составляя отчеты сенату, первым стал придавать им вид книги со страницами, тогда как ранее консулы и военачальники писали их на листах сверху донизу. Римский архитектор Витрувий в своем известном трактате «Об архитектуре» (П, 9,14-16) сообщает, что во время боевых действий в Альпах Цезарь открыл для римлян лиственницу, из которой галлы строили свои крепости. Во время второго похода в Германию (54 г.) Цезарем были открыты такие диковинные для римлян виды животных, как большерогий олень («бык с видом оленя»), лоси и зубры.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5
    • 6