Василий Верещагин. Часть 1

Пнд, 03/17/2014 - 19:14

В Севастополе, как явствует из его рассказа, художник повстречал однокашника Ивана Семеновича Михалкова, «вышедшего на службу прямо в Черное море, которого почти не покидал» и командовавшего в ту пору миноносками.


Французское кладбище в Севастополе, современный вид

Надпись на одной из стел Французского кладбища


Английское военное кладбище в Севастополе, начало XX века

Фрагмент захоронения на могиле Георга Каткарта

Английское военное кладбище Холм Каткарта. Возможно, этюд

Восстановленный в 2009 году мемориал на Каткартовом холме

«Он, — сообщает Верещагин, — обещал мне выложить всю свою мудрость по части знакомства с историею севастопольской бойни — мудрость не малую, так как сам, живо интересуясь ею, он в свое время из первых уст собрал самые полные сведения обо всем, наиболее характеризующем эту интересную страницу истории». И, надо отдать должное, добровольный гид оказался сведущим человеком. Правда, внимательное чтение рассказа наводит на мысль, что осведомленность однокашника (персонаж чисто литературный, поскольку такового не значится в списках выпускников Морского кадетского корпуса3) — это результат серьезных «домашних заготовок» самого Василия Васильевича, который, прежде чем отправиться на места севастопольских сражений, основательно проштудировал исторический материал. Это обнаруживается в характерном замечании, сделанным им в другом литературном труде «На войне: воспоминания о Русско-турецкой войне 1877 г. художника В.В. Верещагина». Вот что он пишет: «Справедливость требует, впрочем, заметить, что, по всему читанному об осаде Севастополя (выделено мной — С.А.), положение на Шипке было очень сносное сравнительно с таковым в последнем, где противник был иной и где было меньше тех негласных смягчений огня, которые нет-нет, да и практиковались между воевавшими сторонами в турецкую войну»4. Не исключено, что во время пребывания в городе Верещагин внимательно ознакомился и с экспозицией музея обороны Севастополя, открытого еще 14 сентября 1869 года в одном из особняков генерала Э.И. Тотлебена. Особенно с экипировкой солдат, матросов и офицеров, вооружением, повседневным бытом воевавших сторон. А цель поездки состояла в детальном изучении фортификации бастионов, редутов, флешей, батарей, а также в сборе примеров героизма солдат, матросов, офицеров, адмиралов, сестер милосердия и городских обывателей.

Подробное знакомство с обороной города художник начал с четвертого бастиона, в юго-западной части Большого бульвара (ныне Исторический бульвар — С.А.), откуда лучше всего видно расположение всей оборонительной позиции, центра, левого и правого флангов. Побывал Василий Васильевич и на Малаховом кургане — месте гибели Павла Степановича Нахимова, и в Балаклаве — главной базе коалиционных войск. И чем больше узнавал об одиннадцатимесячном отчаянном сопротивлении защитников морской цитадели, тем больше убеждался, что история, к сожалению, ничему не учит наших высокопоставленных военных. Неподготовленность армии, неразбериху в первые дни войны, «шапкозакидательство», воровство и распутство военных чиновников с одной стороны, ничем не оправданную гибель тысяч солдат, офицеров, их беспримерные геройства и стойкость — с другой он видел своими глазами на Балканах. Там, как и в севастопольскую оборону, избежать позорного поражения удалось лишь благодаря незаурядным личностям из числа немногочисленных военных профессионалов.

В Севастополе это были П.С. Нахимов, Л.Г. Корнилов, С.А. Хрулев, Э.И. Тотлебен, на Балканах — М.Д. Драгомиров, М.Д. Скобелев, Н.И. Скрыдлов, Ф.Ф. Радецкий. И совершенно естественно после этого знакомства появление на свет проникновенного девяностостраничного рассказа «В Севастополе» — о беспримерной героической обороне крымской морской цитадели. Так он поступал всегда, прежде чем брался за осуществление большого творческого замысла.

Другие материалы рубрики


  • Последние годы жизни Василия Васильевича Верещагина отмечены отчаянной и безуспешной попыткой добиться у официальных властей гарантий на продолжение «наполеоновской» серии картин; поездкой в экзотическую Японию, открывшую для миллионов почитателей новую, неожиданную грань его художественного таланта; очередным разочарованием в способности высших военных российских чинов грамотно и достойно вести войну. И, наконец, трагической гибелью на ходовом мостике броненосца
    «Петропавловск»...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Дэвид Ллойд Джордж был первым и пока единственным премьер-министром Великобритании — валлийцем по происхождению. Будущий граф Двайфор родился 17 января 1863 г. в Манчестере, где его отец Уильям Джордж работал школьным учителем. В марте 1963 г. слабое здоровье вынудило мистера Джорджа оставить городскую жизнь, вернуться в родную деревню и заняться работой на ферме. Увы, это не помогло, год спустя он умер от пневмонии, а его вдова Элизабет Джордж вместе с тремя детьми — Мэри, Дэвидом и Уильямом — нашла приют у своего брата Ричарда Ллойда, который держал небольшую сапожную мастерскую в деревушке Лланистадви близ городка Криччита (графство Карнарвон, Северный Уэльс). Дядя с материнской стороны заменил Дэвиду отца, и мальчик принял решение носить его фамилию наряду с отцовской.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Личность императора-иконоборца Льва III всегда вызывала живой интерес — и при этом всегда освещалась тенденциозно. С одной стороны, православные писатели по понятным причинам любили изображать его кровожадным чудовищем. С другой стороны, многие историки относятся ко Льву Исавру с сочувствием и среди многочисленных сведений, предоставленных православными писателями, стараются выбирать такие, которые рисуют его наиболее симпатичным. Получается двойное искажение, и неизвестно, всегда ли второму удается компенсировать первое. Свидетельства же его сторонников и современников до нас практически не дошли. Но как бы мы ни относились к деятельности этого императора, биография у него интересная и насыщенная красочными событиями.
    Лев III происходил из небогатой и незнатной семьи. Его эпитет Исавр, давший название основанной им династии, происходит от названия народа, к которому он принадлежал. Исаврийские племена занимали восточные районы полуострова Малая Азия. Заселенные ими территории граничили с землями, подвластными арабам. Исходя из этого строят предположения, что Лев Исавр еще в юности хорошо владел арабским языком, а также испытывал на себе влияние мусульманских идей. Впервые будущий император выдвинулся в правление Юстиниана II, или вернее, в период его борьбы за отеческий престол с другими претендентами. Выказав себя верным сторонником Юстиниана, Лев возвысился, когда его покровитель вернулся в Константинополь.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • Иван Грозный был женат 7 раз. Для православного монарха это беспрецедентный рекорд. Также, как указывают источники, он, кроме «официальных» жен, имел множество наложниц, устраивал пьяные оргии.
    Судьба его жен поистине трагична. Мария Темрюковна, Марфа Собакина, Анна Васильчикова умерли от «таинственных» болезней. Еще двух жен, заподозренных в измене, пытали с целью вырвать признательные показания, а затем жестоко казнили. Мария Долгорукая прилюдно была утоплена в ледяной проруби, а Василису Мелентьеву, обвязанную веревками и с плотно заткнутым ртом, но еще живую, похоронили. Официально она считалась сосланной в монастырь. «Повезло» лишь Анне Колтовской, которую царь заключил в монастырь, где она прожила более 50 лет.
    Последней женой Ивана Грозного была Мария Нагая. Она и «впрямь была царицей. Высока, стройна, бела и умом и всем взяла». Настоящая русская красавица: большие, выразительные глаза, густая коса ниже пояса. Тем не менее и она скоро стала ненавистна царю, несмотря на то, что родила ему сына, впоследствии печально известного царевича Дмитрия.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • Едва ли в русской истории можно найти другого государственного деятеля, получившего столь противоречивые оценки. В значительной степени XVI в. можно назвать эпохой Ивана Грозного.
    Русский публицист XIX в. Н.К. Михайловский справедливо писал, что «при чтении литературы, посвященной Грозному, выходит такая длинная галерея его портретов, что прогулка по ней в конце концов утомляет. Одни и те же внешние черты, одни и те же рамки и при всем том совершенно-таки разные лица: то падший ангел, то просто злодей, то возвышенный и проницательный ум, то ограниченный человек, то самостоятельный деятель, сознательно и систематически преследующий великие цели, то какая-то утлая ладья «без руля и ветрил», то личность, недосягаемо высоко стоящая над всей Русью, то, напротив, низменная натура, чуждая лучшим стремлениям своего времени».

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • Ее жизнь — одна из самых ярких и самых трагических страниц английской истории. До наших дней не дошел ни один ее достоверный прижизненный портрет. Все портреты, на которых якобы была изображена леди Джейн, либо написаны через много лет после ее смерти, либо изображают совсем других женщин. Почти во всех учебниках об этой королеве либо не упоминается вообще, либо посвящено всего пару строчек. Такое ощущение, что кто-то специально вычеркнул ее со страниц истории. Уничтожил все документы и изображения. Попытался стереть из памяти людской. Но тем не менее о маленькой королеве помнят, пишут стихи и книги, снимают кинофильмы. На ее могиле, как и на могилах казненных жен Генриха VIII Анны Болейн и Кэтрин Говард, постоянно лежат свежие цветы.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • ...Про принадлежность М. Грушевского к масонским «ветеранам» свидетельствует и тот факт, что именно он, вместе с Ф. Штейнгелем, представлял киевские ложи на всероссийском масонском конвенте летом 1912 г. в Москве. Наличие в России 14...15 масонских лож давало основание для создания собственной организации, наряду с другими Великими Собраниями. Участник этого тайного собрания А. Гальперн позже свидетельствовал, что между российскими и украинскими ложами разгорелась острая дискуссия по поводу названия организации. Преимущественное большинство Конвента отстаивало название «Великое Собрание России», Грушевский же требовал, чтобы слово "Россия" ни в каком случае в названии не фигурировало. В конце концов было одобрено компромиссное название «Великое Собрание народов России». Следует отметить, что Ф. Штейнгель в этой дискуссии поддерживал российскую сторону. Поэтому не случайно он был избран в верховный совет российской масонской организации.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • ...Мы видели, как Петр заботливо охранял достоинство русской национальности, как высоко держал ее знамя, как, привлекая отовсюду полезных иностранцев, не давал им первых мест, которые принадлежали русским. Петр оставил судьбу России в русских руках. Чтобы такой порядок вещей продолжался, нельзя было ограничиться одним физическим исключением иностранцев; для этого нужно было поступать так, как учил Петр Великий: не складывать рук, не засыпать, постоянно упражнять свои силы, сохранять старых людей способных и продолжать непрестанную гоньбу за новыми способностями... Но что всего хуже, русские люди, оставленные Петром наверху, начинают усобицу, начинают истреблять друг друга... Ряды разредели, на Салтыковых и Черкасских не было благословения Петра Великого, и на праздные места выступают таланты, защищенные также преобразователем, но иностранцы — Остерман и Миних. Можно было помириться с возвышением этих иностранцев, очень даровитых и усыновивших себя России... но нельзя было помириться с теми условиями, которые их подняли и упрочили их значение: перед ними стоял фаворит обер-камергер граф Бирон, служивший связью между иностранцами и верховною властию.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • Путешествие начинает в Бремене с визита к известному немецкому критику Юджину Цабелю — автору обширной монографии (на русский язык не переводилась) о нем. В дружеской беседе художник рассказывает: весной 1898 года сорокалетний помощник министра военно-морских сил США Теодор Рузвельт из «золотой молодежи» и отчаянных сынов диких прерий сформировал добровольческий кавалерийский батальон «Буйные всадники». С этими парнями отправился покорять Кубу. Взятием Сен-Жуанских высот будущий президент личной отвагой добыл себе чин полковника, всеобщее признание героя войны и безграничную любовь женщин, единодушно признавших его одним из храбрейших мужчин Америки. Вот об этих подвигах теперь уже действующего двадцать шестого президента США он и намеревается написать большое полотно.
    Впечатлениями от недавнего путешествия в Восточную Азию художник делиться не стал, обмолвившись, что нашел там много немецкого: кораблей, банков, складов. Выглядел Верещагин, по мнению Цабеля, неважно. Сильно постарел, «выражение лица — утомленное, борода почти седая».

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • ...В марте 1937 г. Ландау переезжает в Москву, и здесь, в ИФП, он работает до конца своих дней. Первая научная работа, опубликованная Ландау после перехода в ИФП, была посвящена вопросам ядерной физики. Ландау, развивая идеи Бора, применил методы статистической физики к изучению тяжелых атомных ядер. Он получил количественные оценки для многих наблюдаемых величин, включая ширину ядерных уровней. Работа быстро стала классической в своей области...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4