Юлиан-Отступник

Чт, 02/27/2014 - 17:22

«А Константин, не находя среди богов прообраз своего поведения, увидав поблизости богиню изнеженности, подбежал к ней. Та приняла его нежно, обхватила руками, затем, одев его в пестрый пеплос и нарядив его, подвела к Роскоши; здесь он застал и сына своего, который всем возглашал: «Кто развратитель, кто убийца, кто грешен и мерзок, смело сюда! Я омою его этой водой, и он станет чистым, и, если он опять окажется повинным в тех же преступлениях, я вновь сделаю его чистым, если он ударит себя в грудь и поколотит по голове». Константин был очень доволен, что встретил ее (богиню изнеженности), и увел с собой сыновей с собрания богов. Но его, так же как и детей, преследовали жестокие демоны нечестивости, мстя за кровь близких». Этот резкий выпад в сторону христианской идеи всепрощения многое объясняет в отношениях Юлиана с религией, которая для него была персонифицирована в императоре Констанции — убийце его семьи, и живущих доносительством придворных. Вскоре его ненависть к императорскому окружению получила дополнительное основание.

Благоприятная на первый взгляд перемена в судьбе старшего из племянников Константина Великого на деле оказалась для него роковой. Галл плохо справлялся с обязанностями правителя Сирии, часто проявлял жестокость и вызвал множество нареканий. Это было бы еще полбеды. Хуже было то, что он вызвал подозрения Констанция в заговоре с целью захвата власти. Эти подозрения намеренно разжигались придворной кликой, привыкшей делать свою карьеру на разоблачении мнимых заговорщиков и создавшей целую индустрию ложных доказательств. В 354 г. брат Юлиана был спешно вызван ко двору с тем, чтобы оправдаться перед императором от возведенного на него обвинения в государственной измене. Как часто бывало в таких случаях, обвиняемый так и не успел предстать перед судом. Цезарь Галл был убит по приказу Констанция по дороге в столицу.

Еще один заговор был «раскрыт» в Галлии. Эта римская провинция постоянно подвергалась нападению германцев. Многие укрепления на Рейне были разрушены или захвачены враждебными империи племенами. В это время главнокомандующим был назначен некто Сильван. Ему удалось одержать ряд побед, и он начал пользоваться популярностью среди солдат, следовательно — стал опасен. Против него тотчас состряпали обвинение в измене и попытке захватить престол. Из Константинополя были отправлены императорские посланцы, чтобы арестовать заговорщика. Когда слухи об этом достигли берегов Рейна, где в то время находился Сильван, он решил пойти навстречу событиям и действительно объявить себя августом. Другого выхода у него не было, доказать, что захват власти изначально не входил в его намерения, он бы не смог. Между тем замечательный римский историк и непосредственный свидетель событий Аммиан Марцеллин приводит убедительное доказательство, что это было именно так. За пять дней до объявления Сильвана императором, последний роздал жалованье солдатам и сделал это от имени Констанция. Но, как замечает Марцеллин, если бы полководец уже тогда вынашивал план переворота, он задержал бы деньги или раздал бы их от своего имени. Попытка Сильвана захватить власть оказалась безуспешной, и он разделил участь Галла.

Расправившись с обоими своими «врагами», император снова остался «один как перст». А между тем положение в Галлии требовало присутствия там энергичного лидера. Обезглавленная провинция разорялась опустошительными набегами и терпела неисчислимые бедствия. Возникла угроза потери империей значительных территорий на Западе. В этих условиях Констанций решился вызвать к себе двадцатитрехлетнего Юлиана, с тем чтобы, возложив на него титул цезаря, вакантный после гибели его несчастного брата, отправить молодого человека в Галлию.

Такое назначение, скорее всего, рассматривалось как временная мера, так как до сих пор Юлиан никак не проявлял себя ни на военном, ни на политическом поприще, и не было никаких оснований ожидать, что он справится там, где терпели поражение куда более опытные военачальники. При дворе бытовало мнение, что император попросту решил таким способом избавиться от двоюродного брата, молодого, неопытного, не изучавшего ничего, кроме философии и богословия. Сам Юлиан стал думать так же, когда выяснилось, что перед отправкой в Галлию от него скрыли важнейший факт: накануне германцами была взята Колония Агриппа (Кельн) — сильная римская крепость на берегу Рейна. Кто-то из приближенных слышал, как, узнав об этом, новоиспеченный цезарь пробормотал, что «получил право умереть в хлопотах». Однако, если расчеты Констанция и в самом деле были таковы, то его ожидал сюрприз.

Совершенно неожиданно для всех книжный мальчик Юлиан оказался блестящим полководцем и администратором. Обладая колоссальной работоспособностью, он легко обучался, внимательно прислушивался к мнению опытных военачальников, но в то же время был тверд в принятии решений. На поле боя он проявлял чудеса храбрости, но при выборе тактики отличался осторожностью и предусмотрительностью. Он возвратил империи Колонию Агриппу (Кельн) и разбил варваров в битве при Аргеноторуме (Страсбурге). В кратчайшие сроки Галлия была очищена от германцев, укрепления на Рейне отстроены. Между тем одерживать блестящие победы в царствование Констанция было занятие нездоровое. Над победителем висел Дамоклов меч. Люди, осведомленные в политике, шептались, что цезарь Юлиан потому так отчаянно храбр, что предпочитает смерть в сражении смерти на плахе.

Другие материалы рубрики


  • 7 июля «Св. Петр и Павел» подошел к побережью Японии. Япония в те годы, после недавнего восстания христиан и гражданской войны, была наглухо закрыта для посещений любых иностранцев, кроме подданных Голландии, через которых и проходила вся торговля и сношения с остальным миром. По утверждению американского исследователя Дональда Кина, изучившего японские документы тех лет, судно бунтовщиков подошло к юго-восточной части Японии, к провинции Ава на острове Сикоку.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • ...Мы видели, как Петр заботливо охранял достоинство русской национальности, как высоко держал ее знамя, как, привлекая отовсюду полезных иностранцев, не давал им первых мест, которые принадлежали русским. Петр оставил судьбу России в русских руках. Чтобы такой порядок вещей продолжался, нельзя было ограничиться одним физическим исключением иностранцев; для этого нужно было поступать так, как учил Петр Великий: не складывать рук, не засыпать, постоянно упражнять свои силы, сохранять старых людей способных и продолжать непрестанную гоньбу за новыми способностями... Но что всего хуже, русские люди, оставленные Петром наверху, начинают усобицу, начинают истреблять друг друга... Ряды разредели, на Салтыковых и Черкасских не было благословения Петра Великого, и на праздные места выступают таланты, защищенные также преобразователем, но иностранцы — Остерман и Миних. Можно было помириться с возвышением этих иностранцев, очень даровитых и усыновивших себя России... но нельзя было помириться с теми условиями, которые их подняли и упрочили их значение: перед ними стоял фаворит обер-камергер граф Бирон, служивший связью между иностранцами и верховною властию.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • ...В условиях подъема 1890-х годов система Витте способствовала развитию промышленности и железнодорожного строительства. С 1895 по 1899 г. в стране было сооружено рекордное количество новых железнодорожных линий, — в среднем строилось свыше 3 тыс. км путей в год. К 1900 г. Россия вышла на первое место в мире по добыче нефти. Казавшийся стабильным политический режим и развивавшаяся экономика, завораживали мелкого европейского держателя, охотно покупавшего высокопроцентные облигации русских государственных займов (во Франции) и железнодорожных обществ (в Германии). Современники шутили, что русская железнодорожная сеть строилась на деньги берлинских кухарок. В 1890-е годы резко возросло влияние Министерства финансов, а сам Витте на какое-то время выдвинулся на первое место в бюрократическом аппарате империи.



  • ...Однако с течением времени становилось ясно, что государственная машина приказного типа не выдерживает все возрастающей нагрузки, не справляется с задачами, которые ставил перед ней Петр. Первой отказала система местного управления — уездов, непосредственно подчиненных приказам. Тогдашние уезды охватывали огромные пространства, равные нескольким современным областям. Малочисленная же администрация их была не в состоянии выполнить всех распоряжений верховной власти, особенно когда речь шла о бесчисленных денежных, натуральных, отработочных, рекрутских повинностях местного населения. Следствием такого положения стало образование губерний — нового звена управления, возвышавшегося над уездами. В декабре 1707 г. появился соответствующий указ Петра: «Расписать города частьми, кроме тех, которые во 100 верстах от Москвы к Киеву, Смоленску, к Азову, к Казани и к Архангельскому».



  • Величайший триумф небесной механики, каковым стало открытие Нептуна, неразрывно связан с именем Леверье.
    Однако историки науки часто умалчивают о том, что научная деятельность Урбена Леверье не всегда была столь безупречно успешной.
    История с открытием Нептуна, являясь самым ярким событием в жизни ученого, имеет и свое не столь триумфальное продолжение.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • Есть люди, читая биографию которых не перестаешь удивляться, сколько всяких невероятных и удивительных событий было в их жизни. Одним из таких людей был сын словацкого дворянина и венгерской графини, борец за свободу и самозваный король, авантюрист и искатель приключений Мориц Август Беньовский (Móric August Beňovský). Он прожил короткую, но такую яркую и насыщенную жизнь, что она своими удивительными приключениями и поворотами судьбы напоминает жизнь литературных героев романов Александра Дюма и Фенимора Купера. Всего за сорок лет, отмерянных для него судьбой, ему довелось столько всего сделать, увидеть и пережить, что этого с лихвой хватило бы на двадцать других жизней. Хорошее представление об этом человеке дает характеристика генерал-прокурора Сената князя Вяземского, которую тот дал Беньовскому после его отправки на Камчатку: «Беньовского во время заарестования в Петербурге сам я видел человеком, которому жить или умереть все едино».

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • В журнале «Известия Академии Наук СССР» за 1965 год (том 163, №4, стр. 891-854) была опубликована статья под названием «Некоторые соотношения между физическими константами». Имя автора — Роберто Орос ди Бартини — ничего не говорило читателям этого специализированного физического журнала. Содержание статьи вызвало неоднозначную реакцию в академической среде, а история ее опубликования носит почти детективный характер.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Путешествие начинает в Бремене с визита к известному немецкому критику Юджину Цабелю — автору обширной монографии (на русский язык не переводилась) о нем. В дружеской беседе художник рассказывает: весной 1898 года сорокалетний помощник министра военно-морских сил США Теодор Рузвельт из «золотой молодежи» и отчаянных сынов диких прерий сформировал добровольческий кавалерийский батальон «Буйные всадники». С этими парнями отправился покорять Кубу. Взятием Сен-Жуанских высот будущий президент личной отвагой добыл себе чин полковника, всеобщее признание героя войны и безграничную любовь женщин, единодушно признавших его одним из храбрейших мужчин Америки. Вот об этих подвигах теперь уже действующего двадцать шестого президента США он и намеревается написать большое полотно.
    Впечатлениями от недавнего путешествия в Восточную Азию художник делиться не стал, обмолвившись, что нашел там много немецкого: кораблей, банков, складов. Выглядел Верещагин, по мнению Цабеля, неважно. Сильно постарел, «выражение лица — утомленное, борода почти седая».

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • ...Будучи «человеком превосходного дарования и светлого ума», Цезарь, тем не менее, был прагматиком. Дион Кассий (ХLII, 49) приписывает ему такие слова: «Есть две вещи, которые защищают, укрепляют и увеличивают власть, — войска и деньги, причем друг без друга они немыслимы». Следуя этому принципу, Цезарь установил прочную взаимовыгодную связь со своими легионерами, став их фактическим патроном и рассматривая их как клиентов; подобная практика была свойственна и Помпею, и другим современным Цезарю полководцам. Цезарь стремился поставить армию под свой постоянный контроль и, несмотря на щедрое награждение воинов и покровительственное отношение к ним, беспощадно расправлялся с бунтовщиками. Так, после возмущения нескольких легионов в Италии в 47 г., Цезарь, по рассказу Диона Кассия (ХLII, 54), помиловал основную массу солдат, но «особенно дерзких и способных сотворить большое зло он из Италии, дабы они не затеяли там мятежа, перевел в Африку и с удовольствием под разными предлогами использовал их в особо опасных делах; так он одновременно и от них избавился и ценою их жизни победил своих врагов. Он был человеколюбивейшим из людей и сделал очень много добра воинам и другим, но страшно ненавидел смутьянов и обуздывал их самым жестоким образом»...



  • Начнем, пожалуй, с одного литературного отрывка, довольно длинного, но настолько интересного и емкого, что сокращать его не стоит:
    В кабинете у князя сидел посетитель, Сергей Витальевич Зубцов, что-то очень уж раскрасневшийся и возбужденный.
    — А-а, Эраст Петрович, — поднялся навстречу Пожарский. — Вижу по синим кругам под глазами, что не ложились. Вот, сижу, бездельничаю. Полиция и жандармерия рыщут по улицам, филеры шныряют по околореволюционным закоулкам и помойкам, а я засел тут этаким паучищем и жду, не задергается ли где паутинка. Давайте ждать вместе. Сергей Витальевич вот заглянул. Прелюбопытные взгляды излагает на рабочее движение. Продолжайте, голубчик. Господину Фандорину тоже будет интересно.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4