Юлий Цезарь. Часть 1

Втр, 06/25/2013 - 15:57

Цезарь первым открыл для античного мира Британию, о которой до него ходили слухи как об острове огромных размеров. Диодор Сицилийский о покорении Британии говорит следующее: «В древности она оставалась неподверженной вражеским вторжениям: ни Дионис, ни Геракл и никто другой из героев не совершал против нее похода. В наши же времена Гай Цезарь, провозглашенный за свои деяния богом, впервые [из всех, чье имя] сохранилось в памяти [человеческой], захватил этот остров и, победив британцев в войне, заставил их платить установленную дань» («Истор. библиотека», V, 21, 2). Средневековый английский ученый и естествоиспытатель Роджер Бэкон (1214-1292) сообщает легенду об использовании Цезарем оптических приборов для осмотра Британии: «Полагают, что Цезарь с помощью больших зеркал с галльского берега мог видеть расположение лагерей и городов Британии...». Цезарь два раза (в 55 и 54 гг.) вторгался на остров, победил главнокомандующего британских племен Кассивелауна и номинально подчинил бриттов Риму.
Опыт галльских войн помог Цезарю сделать существенный вклад в развитие военного искусства. Историк Николай Дамасский в «Жизни Цезаря» (XXII, 80) сообщает, что он участвовал в 320 битвах в Европе и Азии. Военные операции Цезаря подробно характеризуются в «Стратегемах» Фронтина (I в. н.э.) и Полиэна (II в. н.э.) — лучших античных энциклопедиях военного искусства. Одной из главных военных заслуг Цезаря стало создание резерва и разработка принципов его использования. Ф. Энгельс писал по этому поводу: «Цезарь для боя строил армию обыкновенно в три линии: четыре когорты каждого легиона стояли в первой линии и по три когорты во второй и третьей линиях... Третья линия составляла общий резерв для решительных маневров против фронта или фланга противника и для отражения решающего удара» (Избр. воен. произв. — М., 1956. — С. 153). Цезарю были свойственны быстрота переходов и стремительность нападения, рискованные поступки. Несмотря на слабое здоровье, Цезарь упорно переносил военные тяготы. Известным военным приемом Цезаря был следующий: он приказывал не закалять на огне наконечники копий: попав в щит врага, они загибались и затрудняли ему защиту. Некоторые авторы (американский историк П. Кафф), однако, полагают, что как полководец Цезарь допускал тактические просчеты, поэтому на первый план следует выдвигать его способности политического лидера и организатора. Как бы там ни было, но военное искусство Цезаря вплоть до XIX в. тщательно изучалось полководцами и военными историками. Поклонниками стратегии и тактики Цезаря были Наполеон Бонапарт и его племянник Наполеон III, написавший в 1860-е трехтомную «Историю Юлия Цезаря», популярный в XIX в. исторический труд. «Записки» Цезаря и его военный опыт изучал известный советский полководец, маршал г. К. Жуков,

С завоеванием Запада связано создание знаменитых «Записок о галльской войне», которые стали классикой военно-мемуарного жанра. «Записки» были написаны Цезарем с целью подчеркнуть свои заслуги и оправдать все свои действия, поэтому некоторые авторы воспринимают их как фальсификацию. Однако чрезмерное недоверие «Запискам» вряд ли имеет серьезные основания, так как крайняя тенденциозность Цезаря была бы только на руку его противникам. Тем не менее, Цезарь всегда подчеркивает превосходство римской доблести (virtue) над галльской, хотя отмечает и храбрость галлов, их стремление к свободе и изобретательность.

Военные заслуги Цезаря в 50-е годы до н.э. позитивно повлияли на его репутацию в Риме. Его политический противник Цицерон в одной из официальных речей признает: «Могу ли я быть врагом тому, чьи письма, молва о нем и курьеры всякий день радуют слух мой не слыханными доселе названиями племен, народностей и местностей?» («О консульских провинциях», 22). «Некогда ... природа укрепила Италию Альпами; ведь если бы доступ в нее был открыт полчищам диких галлов, этому городу [Риму] никогда не довелось бы стать оплотом и местопребыванием верховной власти. Теперь же Альпы могут опуститься! Ведь по ту сторону высоких гор, вплоть до Океана, уже нет ничего такого, чего Италии следовало бы бояться» (там же, 34). С галльскими походами Цезаря были связаны еще некоторые мини-открытия. По словам его биографа Светония (56, 6), Цезарь, составляя отчеты сенату, первым стал придавать им вид книги со страницами, тогда как ранее консулы и военачальники писали их на листах сверху донизу. Римский архитектор Витрувий в своем известном трактате «Об архитектуре» (П, 9,14-16) сообщает, что во время боевых действий в Альпах Цезарь открыл для римлян лиственницу, из которой галлы строили свои крепости. Во время второго похода в Германию (54 г.) Цезарем были открыты такие диковинные для римлян виды животных, как большерогий олень («бык с видом оленя»), лоси и зубры.

Римское завоевание стоило Галлии огромных потерь — Цезарь был завоевателем не только великим, но и кровавым. По Плутарху (гл.15), за десять лет галльской кампании более 1 млн. человек было убито и еще около 1 млн. захвачено в плен и, следовательно, продано в рабство. Известно, что своим солдатам Цезарь дарил по рабу. С самого начала галльской войны Цезарь стремился подчеркнуть свою природную мягкость и доступность для просьб, но вместе с тем применял и жестокость. Например, в 51 г., когда Галлия была почти завоевана, Цезарь сурово расправился с племенем кадурков после взятия их столицы Укселлодуна: хотя защитники города сдались в плен, победитель приказал отрубить им руки и отпустить их, стремясь этой мерой навести страх на всех галлов. При этом в «Записках о галльской войне» (VIII, 44) сказано: «Цезарь знал, что мягкость его всем известна», и поэтому не боялся испортить свою «человеколюбивую» репутацию.

Другие материалы рубрики


  • Европа в целом благосклонно оценивает «1812 год», но былого всеобщего восторга, как при показе Туркестанских, Балканских и Индийских полотен в 70-е годы, теперь нет. Почти за десятилетний перерыв в общении с европейской публикой многое изменилось. Умами современной молодежи, да и старшего поколения, начинают прочно овладевать модернистские течения и, прежде всего, импрессионисты.
    Чтобы возвратить утраченные позиции, Верещагину теперь как никогда нужна моральная поддержка. Но по горячности и невыдержанности характера он давно дистанцировался от передовых российских художников, многие годы находился в разрыве с влиятельным критиком и покровителем его таланта Владимиром Васильевичем Стасовым. Прервал связь с Иваном Николовичем Терещенко.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • Цезарь был не только волевым и амбициозным деятелем, мастером военного дела и политических интриг, но также и великим оратором, имеющим большой дар убеждения. Многие речи и распоряжения Цезаря сохранились в его мемуарных «Записках» и трудах античных авторов, а также в эпиграфических надписях, обнаруженных археологическим путем. Ниже приведены некоторые исторические документы, благодаря которым современный читатель может судить о Цезаре по его собственным словам.



  • ...В марте 1937 г. Ландау переезжает в Москву, и здесь, в ИФП, он работает до конца своих дней. Первая научная работа, опубликованная Ландау после перехода в ИФП, была посвящена вопросам ядерной физики. Ландау, развивая идеи Бора, применил методы статистической физики к изучению тяжелых атомных ядер. Он получил количественные оценки для многих наблюдаемых величин, включая ширину ядерных уровней. Работа быстро стала классической в своей области...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Начнем, пожалуй, с одного литературного отрывка, довольно длинного, но настолько интересного и емкого, что сокращать его не стоит:
    В кабинете у князя сидел посетитель, Сергей Витальевич Зубцов, что-то очень уж раскрасневшийся и возбужденный.
    — А-а, Эраст Петрович, — поднялся навстречу Пожарский. — Вижу по синим кругам под глазами, что не ложились. Вот, сижу, бездельничаю. Полиция и жандармерия рыщут по улицам, филеры шныряют по околореволюционным закоулкам и помойкам, а я засел тут этаким паучищем и жду, не задергается ли где паутинка. Давайте ждать вместе. Сергей Витальевич вот заглянул. Прелюбопытные взгляды излагает на рабочее движение. Продолжайте, голубчик. Господину Фандорину тоже будет интересно.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • «От Сан-Франциско до Гонконга» — так называются путевые наброски некоего В.Верещагина, опубликованные в февральском и мартовском номерах журнала «Русская мысль» за 1886 год. В них подробно рассказывается о морском путешествии автора в сентябре — декабре 1884 года из Америки в Японию и Китай. Об этих очерках все исследователи творчества Верещагина упорно умалчивают, принимая в качестве аксиомы утверждение: Верещагин бывал в Японии однажды в 1903 году. Однако в последнее время многие устои биографии Василия Верещагина рушатся под напором ранее не обсуждавшихся фактов, и эти наброски, возможно, помогут пролить свет на самый загадочный и мало исследованный период жизни художника...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Когда Мэри Тюдор выходила замуж за своего возлюбленного, думала ли она о том, что королевская кровь, которая течет в ее жилах, принесет несчастье едва ли не всем ее потомкам? Вряд ли. Она любила, она была любима. Ей было не до раздумий — Мэри, наконец, получила от судьбы драгоценный подарок — возможность стать супругой того, к кому столько лет стремилось ее сердце. А даже если бы и задумалась, что с того? Ведь ее супруг был близким другом короля, а сама она — любимой его сестрой. Разве это не залог счастливого будущего детей, которые у них появятся? Но судьба распорядилась иначе.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Желание узнать внутренний мир Василия Верещагина возникло после того, как я впервые увидел в Севастопольском Художественном музее его великолепный этюд «Японка». После крови, страданий и боли военных полотен, принесших живописцу оглушительную славу, миниатюрная женщина в цветистом кимоно, возле скромных хризантем, казалась воплощением мира и покоя. Не верилось, что эту солнечную вещь создал человек, поставивший цель красками и кистью обнажить жестокую изнанку войн и своими картинами вызвать у людей отчаянный протест изуверскому способу разрешения конфликтов.
    Внимательно знакомясь с литературным творчеством художника, письмами и документами, воспоминаниями современников и историографией, я утверждался в той мысли, что огромный эпистолярный материал, накопившийся более чем за столетие со дня его трагической гибели, так и не раскрывает суть этой неистовой и сложной натуры. Тогда я рискнул, не претендуя на всесторонний и глубокий охват, создать небольшой цикл очерков о некоторых малоизвестных страницах жизни Василия Васильевича Верещагина. И начать решил с истории появления на свет этюдов военных кладбищ, написанных весной 1896 года в Севастополе, поскольку уже сам этот факт открывает нам нового Верещагина...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Едва ли в русской истории можно найти другого государственного деятеля, получившего столь противоречивые оценки. В значительной степени XVI в. можно назвать эпохой Ивана Грозного.
    Русский публицист XIX в. Н.К. Михайловский справедливо писал, что «при чтении литературы, посвященной Грозному, выходит такая длинная галерея его портретов, что прогулка по ней в конце концов утомляет. Одни и те же внешние черты, одни и те же рамки и при всем том совершенно-таки разные лица: то падший ангел, то просто злодей, то возвышенный и проницательный ум, то ограниченный человек, то самостоятельный деятель, сознательно и систематически преследующий великие цели, то какая-то утлая ладья «без руля и ветрил», то личность, недосягаемо высоко стоящая над всей Русью, то, напротив, низменная натура, чуждая лучшим стремлениям своего времени».

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • В журнале «Известия Академии Наук СССР» за 1965 год (том 163, №4, стр. 891-854) была опубликована статья под названием «Некоторые соотношения между физическими константами». Имя автора — Роберто Орос ди Бартини — ничего не говорило читателям этого специализированного физического журнала. Содержание статьи вызвало неоднозначную реакцию в академической среде, а история ее опубликования носит почти детективный характер.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Выдающиеся русские ученые —Жуковский, Менделеев, Чаплыгин — создали теорию, а Можайский изобрел аэроплан с паровым двигателем. Можайский построил и испытал самолет задолго до братьев Райт. Но история авиации берет свой стремительный отсчет именно с их первого полета, 110-летие которого отмечается в этом году.
    Украина вошла в число немногих стран, которые обладают технологиями создания летательных аппаратов и авиационных двигателей. Мы горды тем, что есть в Украине коллективы, благодаря которым жива одна из самых наукоемких и престижных отраслей экономики — авиационная.
    110-летие авиации связано с еще одной значительной датой — 110-летием со дня рождения основателя ГП «Ивченко-Прогресс», генерального конструктора, академика Александра Георгиевича Ивченко.

    • Страницы
    • 1
    • 2