Юлий Цезарь. Часть 1

Втр, 06/25/2013 - 15:57

Диктатура Цезаря

Победив своих противников, Цезарь, по словам Агашана (II,106), «внушил к себе такой страх и славу о себе, какую не имел никогда никто до него. Вот отчего и угождали ему так чрезмерно, и были оказаны ему все почести, даже сверхчеловеческие...». Правление Цезаря (49-44 гг.) стало важным этапом в римской истории и обеспечило переход от республиканской к имперской форме правления. Следуя по стопам Суллы, Цезарь создал режим, который представлял собой первую, специфическую форму римской военной монархии, переходную форму власти, которая имела черты как республики, так и империи, но не являлась в чистом виде ни тем, ни другим. Ведущую роль в функционировании этого режима играл его глава — военно-политический лидер, чрезвычайные полномочия которого подчеркивали его необычный статус, а многочисленные почести имели целью идеологическое и религиозное обоснования его права на верховную власть. «Первому в государстве человеку, — писал историк Луций Флор (IV, 2,91), — были дарованы все почести: его статуи вокруг храмов, в театре, диадема в виде лучей, кресло в курии, дом с фронтоном, месяц в календаре, звание отца отечества, пожизненного диктатора...». Это была настоящая военная диктатура, облаченная в республиканскую оболочку. Не только плебс, но и сенат зависел от Цезаря и вынужден был считаться с ним. Кассий Дион (Х1Л, 20) сообщает об этом: «И все прочее мог он иметь, не считаясь с их волей, однако им хотелось казаться еще полноправными и независимыми гражданами, и все это они предоставили ему голосованием. Он получил то, что не было позволено никому». Главной опорой нового режима была наемная армия, но Цезарь старался представить себя демократическим деятелем и придать своей диктатуре популярный характер, что проявилось в его политике социального лавирования и заигрывания с народными массами. Стремясь установить сотрудничество со всеми основными слоями римского общества, Цезарь всегда старался казаться демократическим деятелем, хотя, понятно, не исполнил многие свои обещания. Феномен Цезаря в том, что он установил авторитарный строй, но в рамках республики, стал пожизненным диктатором (dictator perpetuus) и даже богом, «Юпитером Юлием» (Дион, ХНУ, 6), но сохранил ореол народного покровителя. После убийства Цезаря в Риме началось анархическое народное движение, которое носило характер борьбы с плутократией, но проходило под лозунгом мести за Цезаря. По свидетельству Светония (гл.88), после смерти он был окончательно «сопричтен к богам не только словами указов, но и внутренним чувством толпы».

Недооценка Цезарем опасности со стороны консервативных сенатских кругов, недостаточная прочность его социальной опоры, находящейся еще в стадии формирования, определенные политические просчеты привели к убийству диктатора (15 марта 44 г.) и падению его режима. Простив многих своих противников и доверив им ответственные посты, Цезарь сам создал условия для формирования республиканской оппозиции, которая в итоге осуществила его убийство; в этом был главный просчет политики «милосердия». Выдающийся английский историософ Арнольд Джозеф Тойнби в своем знаменитом труде «Постижение истории» (1934-1961) дал этой проблеме следующий комментарий: «Убийство приемного отца Октавиана Гая Юлия Цезаря показало, что диктаторский режим, даже если он необходим и своевременен, не может обеспечить безопасность государственному деятелю, способному пойти на преступное насилие в попытках претворить свою идею в жизнь. Признание Римом необходимости диктаторской власти означало бы крушение того класса, в чьих руках последние два столетия была сконцентрирована государственная власть. Судьба диктатора показала, что невозможно было принудить римскую аристократию признать неизбежность такого пути. Приемный сын Цезаря Октавиан не обладал гением диктатора-бога, но у него была великолепная способность извлекать пользу из опыта» (цитируется по сборнику: Постижение истории. — М., 1991. — С .417-418).

Республиканцы обвиняли Цезаря в стремлении к царской власти, и античные историки подхватили эту тенденцию. Как показал обзор историографии, и некоторые современные историки высказывают аналогичные мнения. Однако исторические факты свидетельствуют, что Цезарь не имел необходимости в царском венце, так как это могло нанести значительный ущерб его власти, сводило на нет его демократическую агитацию, размывало его социальную опору, наконец, дестабилизировало политическую обстановку в Риме, что никак не увязывается с реформами Цезаря, направленными как раз на выход из кризиса, который в 40-е годы охватил Рим. 15 февраля 44 г. Цезарь официально отверг царский венец, который ему предлагали перед народом, сказав при этом: «В Риме один только царь — Юпитер» (Алл., П, 109; Дион, ХLIV, 11; Плут., 61; Свет., 79, 2). Более того, диктатор приказал сделать в капитолийских фастах специальную запись, которая гласила, что ему предлагали царскую власть, но он отверг ее (Цицерон, Филиппики. II, 87). Зафиксировав отказ от царской власти в анналах, Цезарь, следовательно, тем самым стремился предупредить подобные обвинения в будущем. Как правильно заметил английский историк Рональд Сайм («Римская революция», 1939), диктаторские полномочия вполне обеспечивали реализацию политической программы Цезаря, поэтому в царском титуле не было никакой необходимости. Таким образом, стремление Цезаря к царскому венцу — не более чем инсинуация его противников. Римская аристократия с первых лет существования республики обвиняла своих политических противников в монархических устремлениях, и подобная практика была традиционной. Так что случай с Цезарем не стал исключением.

В период своей диктатуры Цезарь осуществил много преобразований, однако в данном случае представляют интерес наиболее важные из них.
Самым долговечным нововведением Цезаря стала реформа календаря, проведенная в 46 г.: диктатор заменил римский лунный календарь, который отставал от реального хода солнца, эллинистическим солнечным календарем из 365 дней, который использовался вплоть до реформы папы Григория XIII в 1582 г. Вычисления для нового календаря произвел александрийский астроном Сосиген, который и был главным его создателем. «С этого года, так упорядоченного Юлием Цезарем, последующие на нашей памяти называются юлианскими, открываясь четвертым консульством Цезаря», — писал ученый III в. н.э. Цензорин в своем трактате «О дне рождения» (гл.20). — год вместо 10 состоял теперь из 12 месяцев, причем месяц квинтилий, в котором родился диктатор, был назван Юлием
(Свет., 40; Алл., II, 106).
(Окончание следует…)

Другие материалы рубрики


  • ...Изменил Павел и административно-территориальное деление страны, принципы управления окраинами империи. Так, 50 губерний были преобразованы в 41 губернию и Область Войска Донского. Прибалтийским губерниям, Украине и некоторым другим окраинным территориям были возвращены традиционные органы управления. Все эти преобразования очевидно противоречивы: с одной стороны, они увеличивают центра-лизацию власти в руках царя, ликвидируют элементы самоуправления, с другой — обнаруживают возврат к разнообразию форм управления на национальных окраинах. Это противоречие происходило прежде всего от слабости нового режима, боязни не удержать в руках всю страну, а также от стремления завоевать популярность в районах, где была угроза вспышек национально-освободительного движения. Ну и, конечно, прояв-лялось желание переделать все по-новому. Показательно, что содержание судебной реформы Павла и ликвидация органов сословного самоуправления означали для России, по сути, шаг назад. Эта реформа коснулась не только городского населения, но и дворянства.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5


  • Когда Мэри Тюдор выходила замуж за своего возлюбленного, думала ли она о том, что королевская кровь, которая течет в ее жилах, принесет несчастье едва ли не всем ее потомкам? Вряд ли. Она любила, она была любима. Ей было не до раздумий — Мэри, наконец, получила от судьбы драгоценный подарок — возможность стать супругой того, к кому столько лет стремилось ее сердце. А даже если бы и задумалась, что с того? Ведь ее супруг был близким другом короля, а сама она — любимой его сестрой. Разве это не залог счастливого будущего детей, которые у них появятся? Но судьба распорядилась иначе.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • В 1911 г. Ллойд Джордж смог вплотную заняться разработкой билля о социальном страховании, включающего систему выплаты пособий по безработице, инвалидности и болезни. Однако ситуация в стране была далека от классовой идиллии. Пожалуй, она была даже более тревожной, чем в памятные 1905-1907 годы. В 1912 г. в Англии было в три раза больше бастующих, чем в 1910, а число потерянных за счет стачек рабочих дней превысило общее число за предыдущие шесть лет. Чтобы подавить выступления рабочих, все чаще использовалась армия. В некоторых случаях отдавались приказы стрелять в толпу. Счет раненых среди протестующих шел на сотни, случались убитые. Как и «полицейский социализм» в России, английские социальные реформы 1908-1911 гг. вводились «не вместо террора, а вместе с террором» — с той, однако, разницей, что в Англии представление о том, кто должен стать объектом террора, было гораздо более четким. Речь тогда шла не об установлении прочного классового мира, а лишь о попытке хотя бы отчасти сбить разгоравшееся пламя социальной борьбы. Радикальная пресса в общем-то правильно отмечала, что целью реформ было отколоть от рабочего движения тех, кто склонен к компромиссу, чтобы затем беспощадно раздавить непримиримых «разрушителей». Другое дело, что лидеры либеральной партии никогда и не отрицали, что желают воспрепятствовать полному разрушению существующего общества, поэтому они идут на уступки ради того, чтобы не потерять все. В отличие от коммунистов, они не видели в этом ничего предосудительного.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5


  • В Петербурге Василий Васильевич пробыл не долго. Решив свои дела, повстречался со Стасовым, тоже обратившим внимание на разительные перемены в поведении старого друга. «Он оставался у меня от 3 до 11 вечера, — сообщает Владимир Васильевич своей племяннице В.Д. Комаровой. — Был мил, умнее, любезен, все что угодно, но… прежнего Верещагина уже нет. Прежняя сила, гордость, взбалмошность, непреклонность — пропали. В сто раз мягче стал, многое стал спускать, стушевывать, прощать… Характер прежний и физиономия — сбавились!!!». А перед самым отъездом на Филиппины Верещагин молит Стасова принять на себя роль душеприказчика: «…прошу Вас позаботиться о том, чтобы в случае если умру, утону, буду застрелен и т.п., в возможно скором времени после моей смерти была устроена в Обществе поощрения художеств аукционная продажа моих картин и выручена возможно большая сумма денег моим «детишкам на молочишко». И это пишет человек незаурядной смелости, воли и твердости характера!

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4
    • 5
    • 6


  • ...Однако с течением времени становилось ясно, что государственная машина приказного типа не выдерживает все возрастающей нагрузки, не справляется с задачами, которые ставил перед ней Петр. Первой отказала система местного управления — уездов, непосредственно подчиненных приказам. Тогдашние уезды охватывали огромные пространства, равные нескольким современным областям. Малочисленная же администрация их была не в состоянии выполнить всех распоряжений верховной власти, особенно когда речь шла о бесчисленных денежных, натуральных, отработочных, рекрутских повинностях местного населения. Следствием такого положения стало образование губерний — нового звена управления, возвышавшегося над уездами. В декабре 1707 г. появился соответствующий указ Петра: «Расписать города частьми, кроме тех, которые во 100 верстах от Москвы к Киеву, Смоленску, к Азову, к Казани и к Архангельскому».



  • ...В марте 1937 г. Ландау переезжает в Москву, и здесь, в ИФП, он работает до конца своих дней. Первая научная работа, опубликованная Ландау после перехода в ИФП, была посвящена вопросам ядерной физики. Ландау, развивая идеи Бора, применил методы статистической физики к изучению тяжелых атомных ядер. Он получил количественные оценки для многих наблюдаемых величин, включая ширину ядерных уровней. Работа быстро стала классической в своей области...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4


  • Иван Грозный был женат 7 раз. Для православного монарха это беспрецедентный рекорд. Также, как указывают источники, он, кроме «официальных» жен, имел множество наложниц, устраивал пьяные оргии.
    Судьба его жен поистине трагична. Мария Темрюковна, Марфа Собакина, Анна Васильчикова умерли от «таинственных» болезней. Еще двух жен, заподозренных в измене, пытали с целью вырвать признательные показания, а затем жестоко казнили. Мария Долгорукая прилюдно была утоплена в ледяной проруби, а Василису Мелентьеву, обвязанную веревками и с плотно заткнутым ртом, но еще живую, похоронили. Официально она считалась сосланной в монастырь. «Повезло» лишь Анне Колтовской, которую царь заключил в монастырь, где она прожила более 50 лет.
    Последней женой Ивана Грозного была Мария Нагая. Она и «впрямь была царицей. Высока, стройна, бела и умом и всем взяла». Настоящая русская красавица: большие, выразительные глаза, густая коса ниже пояса. Тем не менее и она скоро стала ненавистна царю, несмотря на то, что родила ему сына, впоследствии печально известного царевича Дмитрия.

    • Страницы
    • 1
    • 2


  • Величайший триумф небесной механики, каковым стало открытие Нептуна, неразрывно связан с именем Леверье.
    Однако историки науки часто умалчивают о том, что научная деятельность Урбена Леверье не всегда была столь безупречно успешной.
    История с открытием Нептуна, являясь самым ярким событием в жизни ученого, имеет и свое не столь триумфальное продолжение.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • Европа в целом благосклонно оценивает «1812 год», но былого всеобщего восторга, как при показе Туркестанских, Балканских и Индийских полотен в 70-е годы, теперь нет. Почти за десятилетний перерыв в общении с европейской публикой многое изменилось. Умами современной молодежи, да и старшего поколения, начинают прочно овладевать модернистские течения и, прежде всего, импрессионисты.
    Чтобы возвратить утраченные позиции, Верещагину теперь как никогда нужна моральная поддержка. Но по горячности и невыдержанности характера он давно дистанцировался от передовых российских художников, многие годы находился в разрыве с влиятельным критиком и покровителем его таланта Владимиром Васильевичем Стасовым. Прервал связь с Иваном Николовичем Терещенко.

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3


  • Желание узнать внутренний мир Василия Верещагина возникло после того, как я впервые увидел в Севастопольском Художественном музее его великолепный этюд «Японка». После крови, страданий и боли военных полотен, принесших живописцу оглушительную славу, миниатюрная женщина в цветистом кимоно, возле скромных хризантем, казалась воплощением мира и покоя. Не верилось, что эту солнечную вещь создал человек, поставивший цель красками и кистью обнажить жестокую изнанку войн и своими картинами вызвать у людей отчаянный протест изуверскому способу разрешения конфликтов.
    Внимательно знакомясь с литературным творчеством художника, письмами и документами, воспоминаниями современников и историографией, я утверждался в той мысли, что огромный эпистолярный материал, накопившийся более чем за столетие со дня его трагической гибели, так и не раскрывает суть этой неистовой и сложной натуры. Тогда я рискнул, не претендуя на всесторонний и глубокий охват, создать небольшой цикл очерков о некоторых малоизвестных страницах жизни Василия Васильевича Верещагина. И начать решил с истории появления на свет этюдов военных кладбищ, написанных весной 1896 года в Севастополе, поскольку уже сам этот факт открывает нам нового Верещагина...

    • Страницы
    • 1
    • 2
    • 3
    • 4